— Не думаю, что это убийца-гедонист, но, безусловно, он получает определенное удовольствие от убийств. Беря во внимание символы и эпитафии, я думаю, что он, скорее всего, считает себя освободителем или ангелом милосердия, устраняя последствия причиненного, по его мнению, зла.

— Разве обычно не женщины убивают из милосердия?

— Обычно, но не всегда. И это не объясняет, почему он убил Камиллу.

— Вы знали, что она лесбиянка?

Он пожал плечами.

— Этому слуху уже много лет, но я никогда не брал его во внимание.

— По словам Темпл, Камилла никогда в этом не признавалась, потому что её сексуальная ориентация вызвала бы массу проблем с Эмерсоном и родными.

Девлин одарил меня задумчивым взглядом.

— Это ваше предположение? Думаете, её убила любовница?

— Эпитафия кажется очень личной. «Мирная жизнь, безмятежная смерть. Спи, дорогая. Спасен наш секрет».

У нас с Камиллой были свои минутки счастья.

Не это ли сказала Темпл о своей интрижке с Эшби?

— Но эпитафия написана не для Камиллы, — напомнил Девлин. — Этой могиле более полутора века. Сомневаюсь, что убийца каким-то образом узнал о личной жизни Камиллы. Он мог выбрать эпитафию из-за её двойного смысла. Может быть, он считал, что смерть Камиллы освободит её от бремени тайны.

— Вы похоже убеждены, что убийца мужчина.

 — Как я уже говорил, большинство убийц-хищников — мужчины. То, что он нашел оправдания своим действиям, ещё не означает, что он не выслеживает своих жертв.

В голове пронеслись мрачные образы.

— Как нам узнать, кто станет его следующей жертвой?

— Мы попытаемся установить связь между убийствами. Чем больше временной промежуток, тем сложнее установить связь, так что логичней всего начать с последних жертв: Камиллы и Ханны Фишер.

Я повертела скрепку, не зная, хочу ли я озвучивать свое ужасное подозрение.

— Как думаете, Камилла могла быть в тех туннелях, когда мы там ходили? — Я подняла взгляд. — Мы никогда не узнаем, куда улетали мухи.

Судя по выражению его лица, он подумал о том же самом.

— Мы оцепили кладбище и туннели менее чем за час. Он никак не мог вытащить её оттуда и бросить в могилу незамеченным.

 — Если только нет туннеля, который мы ещё не нашли. К примеру, вход в другой мавзолей. Он подождал, пока все ушли, и затем её вынес. Охранники у ворот могли не увидеть убийцу, если он уже был на кладбище.

— Даже если он смог в одиночку донести тело до могилы, он не смог бы поднять крышку.

 — Ему бы в любом случае понадобилась помощь?

— Не обязательно. Он разбирается в блоках. При достаточном количестве времени он мог поднять крышку с помощью веревки и ветки дерева.

— Но стул в гробнице…

— Да, — тихо произнес он. — Стул.

Участие двух убийц — один из них вуайерист — было слишком тяжело принять. Я резко встала.

— Я заварю чай.

Словно ромашка или дарджилинг[32] могли избавить от чудовищных образов, рожденных в ходе нашего разговора.

Я неспеша поставила чайник, расставила чашки и заварила чай в пакетиках. Я все еще недоумевала, почему Девлин приехал сюда сегодня вечером, после того, как сам сказал, что мне нужно отдалиться от расследования и, возможно, от него. Просто стоило мне убедить себя, что он может быть прав... как он оказался на моем пороге. Сколько отцовских правил я нарушила, просто впустив его в дом?

Смела ли я надеяться, что это как-то связано с отсутствием его призраков?

Когда я наконец отнесла чай в кабинет, то ожидала найти его спящим на кушетке. Вместо этого он стоял у окна и вглядывался в ночь. Он так сильно ушел в себя, что мне не захотелось прерывать его раздумья, поэтому я поставила чай на стол и бесшумно подкралась встать рядом с ним.

Завеса тонких облаков, укрывших луну, постепенно развеялась и обнажила величие белого сада. Его еще называли лунным садом. Я была совершенно очарована, когда случайно увидела его в одну из ночей. Днем царствуют крупные и яркие цветы, но в свете луны серебристая листва предстает во всей красе. Давным-давно — до Девлина и убийств — я могла сидеть часами в одиночестве, закрыв глаза, и впитывать букет цветочных ароматов с такими же романтическими названиями, как и сам сад: сердцецвет, незабудки, луноцвет, тимьян, белый олеандр.

Идеальное место для призраков Девлина, но сегодня сад был пуст. Даже тени не шевелились.

Девлин выглядел опустошенным и вымотанным, но, когда он повернулся ко мне, я увидела в его глазах проблеск, как мне показалось, тоски.

— Почему вы сегодня приехали? — тихо спросила я. — Ранее вы сказали, что мне нужно отдалиться от расследования.

— И я не передумал.

— Тогда зачем вы здесь?

— Я не мог устоять.

Его слова проникли в самое моё сердце, и впервые я поняла, что не одинока в своих чувствах. Его тянуло ко мне так же, как и меня к нему.