Я откинула голову на спинку сидения и закрыла глаза. Небольшое усилие, и душераздирающая сцена предстала передо мной во всех подробностях. Автомобиль с грохотом пробивает ограждение. Мутная вода добирается до лобового стекла. К горлу подкатывается комок от того, как быстро машина погружается в реку.

Мариама дёргает ремень, судорожно отслеживая повышение уровня воды и пытаясь успокоить перепуганную дочь.

А затем автомобиль опускается на дно… темнота…

Не бросай меня, мамочка… пожалуйста…

Эти крики раздались настолько реально, что я открыла глаза и огляделась.

Я была одна в комнате. Стук сердца отдавался в ушах.

Прижимая руку к груди, я сделала судорожный вдох. Сколько раз эта сцена разыгрывалась в ночных кошмарах Девлина? Сколько раз он просыпался от отчаянных мольб дочери?

Неудивительно, что ему потребовалось время, чтобы справиться со своим горем. Вес вины, бесконечные «если бы», должно быть, стали невыносимой мукой.

Даже если он не мог видеть их, его призраки не давали пытке закончиться. Пока они его преследуют, раны никогда не затянутся.

Мне понадобилась минута, чтобы собраться с мыслями и продолжить чтение.

Несчастный случай произошёл в одном из отдалённых районов округа Бофорт, недалеко от городка Хаммонд. Мариама с дочерью были на пути к родным, когда случилась эта трагедия.

В статье были две фотографии: крупный план сломанного ограждения и общий план зевак, собравшихся на берегу в ожидании, когда выплывут водолазы-спасатели.

Я не стала изучать лица в толпе, потому что не хотела найти Девлина. Не хотела видеть его глаза в тот страшный миг.

Выйдя со страницы со статьёй, я нажала на следующую ссылку, которая привела меня к некрологам. Никаких фотографий, но я уже знала, как выглядит Мариама и четырёхлетняя Аныка.

Аныка.

Почему-то это имя не подходило призраку, которого я видела подле Девлина и позже во дворе.

Я начала произносить имя вслух, а потом задумалась.

Правило номер четыре: никогда не искушай судьбу.

Я захлопнула ноутбук и отложила его в сторону. Достаточно поисков на один вечер.

Перекатившись на бок, я положила щёку на сложенные ладони и закрыла глаза. Сколько мыслей и образов крутилось в моей голове! Так много вопросов без ответа...

Я продолжала видеть, как запертые в машине Мариама и Аныка начинают задыхаться от нехватки кислорода, а вода смыкается над их головами...

Я представила, что почувствовал Девлин, когда услышал об этой новости... как устремился на место трагедии, надеясь на лучшее, но опасаясь самого худшего. И как долго ехал обратно домой, зная, что его встретит опустевший дом. Зная, что никогда больше не обнимет дочь…

Я представила изуродованное тело Эфтон Делакур в мавзолее, где Руперт Шоу якобы проводил спиритические сеансы, и задумалась над его теорией, что в момент смерти отворяется дверь, позволяющая перейти на другую сторону и вернуться обратно. Что если кто-то пересёк границу миров во время смерти Ханны Фишер? А если этот человек принёс с собой что-то с той стороны завесы? Нечто тёмное, зловонное и холодное, подобно той сущности, что кружила на краю леса...

Я подумала об обвинении Камиллы Эшби, которая стояла над кроватью Темпл с ножницами в руках, и предположении, что Даниэль Микин пытался совершить самоубийство, судя по шраму, который Темпл заметила на его запястье. И потом, возле ресторана, она не захотела говорить об убийстве Эфтон и «Ордене гроба и когтя». Возможно ли, что она каким-то образом связана с этим обществом? Или Итан?

Вопросы кружились в голове бесконечной вереницей лиц. Камилла Эшби. Итан и Руперт Шоу. Темпл. Том Геррити. Даниэль Микин. Обезображенные тела Эфтон Делакур и Ханны Фишер. Эфирные лики Мариамы и Аныки.

И Девлин. Всё всегда возвращалось к Девлину.

В конце концов я начала проваливаться в сон, но сил встать и пойти в спальню не осталось.

Снаружи мягкий ветерок колыхал пальметто. Мышцы расслабились под успокаивающий шорох листьев.

Сначала я долго плавала в нежной туманной пустоте полудрёмы до полного изнеможения. А затем сумбурные мысли перешли во сны, создав странные несвязные образы.

Я вернулась на «Дубовую рощу», на нижнюю ступеньку мавзолея Бедфордов. Темпл тоже была во сне. Она стояла на самой вершине, вглядываясь в полуоткрытые двери.

— Что ты делаешь? — спросила я.

На ней была белая туника, как и на ужине, но теперь наряд смотрелся более экзотично. Я различала гранатовый отблеск в замысловатом узоре на её декольте.

— Я никогда не считала себя вуайеристкой, но я просто не могу перестать смотреть на них, — ответила она.

— На кого?

Её лукавая улыбка наводила на непристойные мысли.

— Подойди и посмотри. Тебе будет полезно.

Я медленно поднялась по ступеням и встала возле неё в дверях. Зала словно просвечивалась. Будто смотришь сквозь вуаль.