Трухин летел в Крым не просто так, отдохнуть, проветриться, отвлечься и проинспектировать несколько подразделений Русской Освободительной Армии. Немцы, наконец-то, решились на реставрацию Российского государства. После многочисленных консультаций, переговоров и тайных бесед в берлинских кулуарах, Мартин Борман дал свое согласие на то, чтобы Крым, по примеру Дона, Кубани и Ставрополья, перешел под контроль белоэмигрантов. Правительство возглавит Василий Викторович Бискупский, чья кандидатура устраивала германцев и большую часть эмигрантов. А Трухин останется командующим вооруженными силами.

Как именно будет называться обновленное Российское государство в пределах одного полуострова, пока не ясно. Кто войдет во временное правительство, тоже не понятно. За счет чего будет возрождаться экономика, тайна скрытая мраком. Каким образом налаживать отношения с крымскими татарами, которые при поддержке турок собирались создать в Крыму халифат, и что им пообещать за лояльность, окончательно не решено. Проблем и вопросов хватало. Их было превеликое множество. Но Трухина они напрямую не касались. Он не мог разорваться и не собирался влезать в управление Крымским полуостровом. Для этого есть Бискупский, с которым Федор Иванович нашел общий язык. Он глава гражданского правительства, а его дело - война и забота о РОА.

"С чего начать?
– доставая толстый блокнот и карандаш, подумал Федор Иванович.
– Пожалуй, с войск".

Главком РОА стал делать в блокноте пометки.

Несмотря на постоянные потери, дезертирство и уход казаков, которые после создания ДКС откололись от Русской Освободительной Армии, на начало лета численность подчиненных генералу Трухину войск перевалила за двести десять тысяч. Контингент - военнопленные, белоэмигранты, добровольцы с оккупированных немцами территорий, а так же украинцы и белорусы. Причины для вступления в РОА у всех разные. Одни ненавидели советскую власть, которая отняла у них все, что люди имели до революции, и уничтожила близких. Другие мечтали о возрождении прежней России, во всем ее величии. Третьи поддались на пропаганду немцев. Четвертые испытывали жизненные трудности и просто прибились к наиболее устойчивому, по их мнению, берегу. А пятые, украинские и белорусские националисты, не смогли найти общего языка с немцами и временно "стали русскими".

Войска РОА делились на три составные части: полевые, охранные и резервные.

Полевые - боевые соединения, которые воевали на фронте:

1-й пехотный корпус: 2-я, 3-я и 4-я пехотные дивизии, отдельный танковый батальон на трофейных танках БТ-7 и Т-34, два артполка корпусного подчинения и несколько вспомогательных подразделений. Дислокация - Воронежская область. Командир - генерал-лейтенант Михаил Федорович Скородумов, создатель Русского Охранного Корпуса в Сербии, которого Трухин смог без особого труда убедить возглавить самое крупное формирование РОА.

2-й пехотный корпус: 1-я, 5-я и 7-я пехотные дивизии, а так же три отдельных артиллерийских полка корпусного подчинения. После зимних боев в осажденной Москве корпус выведен на отдых и переформирование. Дислокация - учебный лагерь под Киевом. Командир - генерал-лейтенант Антон Васильевич Туркул, которого Трухин повысил в звании, а немцы осыпали орденами и медалями. Вскоре корпус будет готов отправиться на фронт. По настоянию Трухина, в Воронеж, где после его слияния с 1-м корпусом будет создана полноценная русская полевая армия.

3-й пехотный корпус: 6-я пехотная и 1-я бронекавалерийская дивизии. Дислокация - Рославль, где 3-й корпус сменил 2-й. Командир - генерал-майор Владимир Владимирович Крейтер, который до своего назначения был начальником штаба у генерала Туркула.

Охранные - полицейские батальоны и полки, которые были сформированы немцами для охраны своих тылов, а потом переданы РОА. Но эта передача сущая формальность и полицейские подразделения по-прежнему оставались под контролем немцев, охраняли железные дороги, мосты и населенные пункты, ловили партизан и сопровождали обозы. Общая численность бойцов в этих формированиях больше пятидесяти тысяч человек и Трухин пытался объединить их в отдельные бригады и дивизии под командованием верных офицеров РОА. Однако из этой затеи пока ничего не выходило. Немцам было удобнее держать полицейские и охранные батальоны отдельно от основных русских сил.

Резервные - тыловые и учебные соединения, которые Трухин старался беречь. Кадровый резерв, школы офицеров, курсы переподготовки, роты ОСНАЗ, 1-й гвардейский батальон Сахарова, сводное авиасоединение Мальцева на трофейных машинах и прочие небольшие подразделения, которые в самом скором времени предполагалось стянуть в Крым, где их можно собрать в кулак. А еще было бы хорошо перетащить на полуостров главный штаб РОА, чтобы командовать русскими войсками не из Берлина, а находясь на русской земле.

Кроме того, имелись две отдельных бригады, которые временно находились на территории ДКС и подчинялись непосредственно Бискупскому. По его просьбе казаки за один месяц смогли сформировать для будущего президента России два подразделения. Они не входили в РОА, и если бы Трухин вздумал отдать командирам этих бригад приказ, на него не обратили бы никакого внимания. Командующий это понимал и собирался решить щекотливый вопрос непосредственно с Василием Викторовичем Бискупским. Однако Трухин предполагал, что в этом вопросе он навстречу не пойдет. По той простой причине, что ему нужна собственная гвардия, которая защитит его не только от партизан, крымских татар или советских диверсантов, но и от РОА.