Поднимаю голову, выходя в коридор: впереди идет Дилан. Он выглядит лучше, как ни странно. Парень замедлил шаг, увидев меня, но тут же ускорился. Я сжала челюсть, напрягая скулы, когда Дилан схватил меня за локоть, потащив в помещение для персонала школы. Я толкала его:

– Ты что…

Он отпустил меня, когда закрыл дверь. Так, теперь это вовсе прекратило быть смешным. Помещение маленькое, поэтому отступать некуда. Дилан обернулся:

– Какого черта?

Я приоткрываю рот, но хмурюсь:

– Чего?

– Отец сказал, что ты вчера приходила ко мне в квартиру, - его тон строг.

– А, ты об этом, - киваю, строя из себя дуру, - знаешь, я же просто любительница погулять по ночам, - качаю головой, делая серьезный вид.

– Смеешься надо мной?

– Если честно, то да, - отвечаю, недолго думая.

Дилан начинает кивать, кусая губы:

– Что ж, ясно, «ночная бабочка»?

– Ты ублюдок… - качаю головой, хмуря брови.

– Ты сама намекнула на это, - парень явно развлекается, давя на меня. – Не нужно ходить ко мне домой, - наступает, шепча, - вообще, я не люблю, чтобы кто-то навязывался…

– Я навязываюсь, - я резко кладу ему руку на грудь, открывая рот от шока, - я? – поднимаю глаза. – Знаешь что, Дилан О’Брайен, больше всего я не люблю таких людей, которые строят из себя силачей, а на деле сидят в комнате, рыдая и вопя, как ребенок! – последние слова я выплевываю на него с таким отвращением, что самой становится тошно.

Вот же… Я не могу поднять глаза. Он смотрит на меня. Его дыхание ровное. А мое сердце готово сделать тройное сальто. Что я только что сказала? Он же убьет меня.

Я приподнимаю лицо, смотря на Дилана. Тот не моргает. Он цокает языком, отворачиваясь, но резко оборачивается, идя ко мне, отчего я отступила, вжавшись в стену позади. Парень замахнулся, ударив кулаком в стену. Я широко распахнула глаза и рот, смотря на него. Дилан вновь поднял руку, поднося её к моему лицу. Его дыхание сбито, а лицо корчится. Парень сжимает ладонь в кулак и отворачивается, выходя из помещения. Я начинаю дышать. Мои зрачки застыли на двери, которая с грохотом закрывается, отчего я вздрагиваю, сжимая губы.

Отчего становится невыносимо больно. Я не должна была такое говорить. Не должна. По моим щекам потекли слезы. Как я могла? Зачем? Ведь, он не виноват, что он ТАКОЙ.

Я сильно кусаю губу, кожа которой рвется, заставляя меня вскрикнуть. Моя дрожащая ладонь касается губы, после чего я смотрю на красный отпечаток, оставшийся на пальце. Черт. Выпрямляюсь, выдыхая.

Вытираю слёзы, когда звенит звонок, заставляющий меня двигаться с места. Выхожу, направляясь обратно в класс. Все уже там. Сидят на местах. Я извиняюсь, проходя к своему месту. Дилан сидит сзади. Я не слышу, как он дышит, но чувствую это напряжение.

– Кая, - голос Мета звучит иначе. Я облизываю губы, поворачиваясь к нему:

– Привет.

– Привет, ты в порядке?

– Почему ты все время спрашиваешь у меня это? Я выгляжу так ужасно? – хмурюсь, но понижаю тон голоса. Мет пытается оправдаться:

– Нет, просто, ты странная в последнее время. Вот и все. Ты – мой друг, и я переживаю за тебя.

Эти слова ранят меня. Сильно. Я киваю, сжимая губы:

– Отлично. У меня все отлично, - качаю головой. – А ты как?

Мет улыбается:

– Хорошо, сегодня ведь идем в клуб?

Я выдыхаю.

– Давай. Тебе нужно расслабиться. Вот увидишь, тебе станет легче.

Лучше от громкой музыки, выпивки и всего прочего дерьма? Он серьезно. Хотя, Мет не виноват. Никто не знает, что я расслаблюсь, только находясь возле моря, когда слышу его шум. Но здесь я для всех другая. Верно.

– Да, иду, - улыбаюсь, отворачиваясь. Пытаясь вникнуть в материал, который объясняет учитель.

Дилан нервно стучит ручкой по парте, что начинает раздражать.

– Кая, - голос учителя сбивает меня.

– Д-да? – заикнулась.

– Вы можете выйти к доске и объяснить решение уравнения, - он, как бы не спрашивает, ведь я всегда выхожу, но сейчас… Я ведь ничего не повторяла дома.

– Простите, я, - начинаю, и все оборачиваются, смотря на меня с поднятыми бровями.

– Что? – учитель думает, что ослышался.

– Я не готова, - кусаю больную губу, опуская глаза.

Молчание. Мужчина откашлялся:

– Почему?

Мне не хочется оправдываться перед кем-то: