Понятия не имею, почему я вышла в то же время, что и вчера. Автобус не придет быстро, да и не опаздываю.

Хотя, есть одна причина.

Петра.

Эта девушка мне показалась очень дружелюбной, а ее необычная внешность - привлекательной и приятной. Мне хотелось бы познакомиться с ней поближе. Ведь, как мне кажется, мы с ней единственные одногодки в этой глуши.

Но, к моему глубочайшему сожалению, ее на остановке не обнаружила.

Ворчу под нос, недовольно вытаскивая спутавшиеся наушники из кармана. Несколько попыток их распутать увенчались крахом, поэтому, будучи озлобленной на весь мир, я рывком тяну их в стороны, рассчитывая, что это спасет положение.

Они рвутся.

Думаю, сейчас стоило бы сказать, что-то вроде: “Мои наушники помогают мне уйти от реальности, а музыка спасает меня в самые грустные моменты моей жизни”.

К черту все это слюнявое дерьмо. Я просто обожаю k-pop.

Разочарованно смотрю на, теперь уже, ненужные провода, и, не находя вокруг остановки помойного ведра, сую обратно их в карман куртки, оставляя там же красные от слабого морозного ветра руки.

Теперь, без музыки, мир кажется еще более серым, чем обычно. И я думала, что хуже быть уже не может, но, когда к остановке вышел мой дорогой соседушка, поняла, что у всего мира просто тайный заговор против меня.

Если бы у меня были наушники, то чувствовала себя не так неловко, ибо стоять на пустой остановке с ним и молчать уже слишком.

Хочется вытащить провода и обмотать себе горло, после чего дождаться потери сознания. Это лучше, чем терпеть тишину, что образовалась вокруг нас, словно создавая отдельный от общей реальности мир.

Парень переступал с ноги на ногу, одну руку держал в кармане темно-синих джинсов, а другой переключал музыку в плей-листе. Я продолжаю разглядывать его краем глаза и ужасаюсь, понимая, что с виду он очень не плох.

“Не дурно”, - пронеслось в моих мыслях, за что я сильнее сжала ладони в кулак, вонзая ногти в кожу. С виду они все такие. Это как увидеть на полке книжного магазина книгу в красивом переплете, а, прочитав пару страниц, захотеть её сжечь к чертям.

Мой рот расплывается в незаметную улыбку, когда на горизонте виднеется автобус. Но тут же чувствую разочарование, ибо вижу, как из поселка выходит Петра. Девушка не спешит ко мне, но улыбается, махнув рукой.

Автобус тормозит, и Дилан спешит к нему. Я тоже не медлю, но поворачиваюсь, идя спиной, и киваю Петре. Водитель, кажется, не сменяет своего выражения лица. Может, это его особый стиль, смотреть на всех, как удивленная рыба?

Но я приветствую его, на что он слабо кивает. Двери закрываются, когда поворачиваюсь лицом к салону, тут же заставляя себя скрыть удивление: он переполнен. То есть, все места заняты людьми. Пожилыми людьми, половина из которых спит или дремлет.

“Или померли”, - добавляет моё сознание.

Теперь понятно, почему Дилан так спешил войти первым. Чтобы занять место. Единственное свободное место. Думаю, он уже в курсе, что такое бывает. Интересно, куда все эти люди едут, и почему именно сегодня?

Ничего не поделаешь.

Я прохожу по салону, останавливаясь у дверей, и держусь за поручень, поглядывая на стариков.

Автобус тронулся не сразу.

***

Дилан изогнул бровь, поглядывая на Кэйлин. Девушка шаталась, когда автобус проезжал по неровной дороге.

Парень оглядел пустой салон, в который раз убедившись, что его соседка немного странная.

***

Анна влетела в кабинет прямо за учителем литературы. Мужчина бросил на нее строгий взгляд, сдвинув брови, а девушка слабо улыбнулась и кивнула, прося прощение, после чего направилась ко мне:

– Привет, - шепнула под недовольным наблюдением учителя, который сел за стол, листая журнал.

– Привет, - кусаю карандаш.
– А что, этот тип вечно с такой миной?

– Это мистер Монтез. Сын директрисы, - объяснила, вытаскивая книгу, название которой я прочла вслух:

– Грозовой перевал.

– Да, мы проходим сейчас.

– Я читала её.

– Правда?
– Анна слишком удивлена моему ответу.

– Я - начитанная девочка, - выпрямляюсь, довольно улыбаясь.

– Это хорошо, но приобрести ее тебе все равно придется, - ухмыльнулась краем рта девушка.
– Наш учитель не принимает электронные книги. Только настоящие, в переплете.

Я закатываю глаза, ворча:

– Ну, и найдется ли в сие городишке книжный магазин?

Анна хихикнула:

– В сие городишке найдется. Один единственный. На пятой улице.

– У вас все улицы пронумерованны?

– Ага, кроме этой и центральной площади.

Анна принялась слушать учителя, а меня постигли размышления, которые привели к мысли о том, что у основателя города просто была не богатая фантазия, вот улицы и пронумерованны.

– Я слышал, что в ваших рядах пополнение?
– слова учителя вырвали меня из мыслей, заставив оглядеться по сторонам.
– Мисс Тернер, верно?