– Между прочим, большинство материала из википедии может быть изменено, так что информация там не может быть сто процентов правильная, - непринужденно отвечает.

Я приоткрываю губы, усмехаясь:

– Сколько же подобного дерьма у тебя в башке?

Дилан опять поправляет очки, и этот жест вскоре начнет выводить меня из себя.

– В общем, - чешет переносицу.
– Я просто хотел все прояснить.

– Вот я не пойму, почему у тебя нет друзей? Потому что ты сам всех отталкиваешь, или потому что состоишь в “сложных отношениях” с Линком?

Парень напрягается, поднося кулак к губам:

– Просто, прекрати лезть ко мне, - его тон грубеет.

– Оу, я больше склонна к тому, что ты напросто дерьмовый человек, но… - наигранно задумалась, но он вновь перебивает:

– Не притворяйся такой идиоткой. Ты же видела, как на тебя смотрели вчера, - щурится, смотря перед собой.
– Ты не можешь быть настолько глупой, чтобы не заметить этого. Ты новенькая в этом блядском коллективе, так почему бы не подстроиться под других и быть такой же наивной сукой, которая только и умеет, что распускать сплетни и обсуждать всех вокруг, используя при этом эти чертовы сленговые словечки, - я чувствую, что напряжение возрастает, а голос парня местами дрожит. Дилан кусает костяшки, заканчивая:

– Ты не понимаешь, в какое, нахер, дерьмо ввязываешься, когда переходишь дорогу Линку. Ты считаешь, что такая особенная? Думаешь, что все эти слухи про него, что тот факт, что все его сторонятся, - это все шуточки или обыкновенный принцип?

– Оу, так ты пытаешься меня предупредить об опасности перед ним, - мой голос начинает пропитываться злостью.

– Я просто хочу помочь тебе…

– Вы только гляньте!
– Срываюсь, разведя руки в стороны.
– Мать Тереза воплоти!

– О, Боже, - Дилан раздражённо потирает глаза под очками, и я уже готова ударить его по лицу:

– Кто-то бесится?

– Просто, блять, не нужно этой гребаной жалости ко мне, поняла?!
– Я немного вздрагиваю, проглотив скопившуюся жидкость во рту, когда Дилан повысил голос, стукнув кулаком по спинке сидения, что находилось перед ним.
– Вот, что меня злит, Кэйли, - сократил моё имя, и я почувствовала странное, но знакомое успокоение, ибо так меня называла покойная бабушка.
– Ты ведешь себя, как чертов благодетель. Увидела парня, которого все шпыняют, и решила сыграть роль такой героини кино, что вечно борется за правосудие. Что за черт?! Меня это раздражает. Ты меня раздражаешь, Кэйли!

Я сильнее сжимала ткань своей куртки, глубоко, но не ровно дыша. Дилан продолжал смотреть перед собой, приходя в себе после такого эмоционального срыва. Лицо парня приобрело румяный оттенок. Он часто моргает, постукивая кулаком по губам, а другую руку положил на спинку сидения напротив и нервно перебирал пальцами.

О’Брайен выдыхает через рот, произнося охрипшим голосом:

– Думаю, мы друг друга поняли и впредь…

Он затыкается, когда я резко встаю с места, идя в другой конец салона. Меня раздражает то, что не могу сбежать отсюда. Мы с ним в запертом пространстве.

Меня душит злость. Такой ярый гнев, которому хочется дать свободу. Хочется развернуться и навалять этому козлу, вот только ярость эта вызвана не тем, что он не прав, а как раз наоборот.

Я злюсь на себя. Злюсь, ведь на самом деле заинтересовалась Диланом только потому, что он был изгоем. Да, мне было жаль его. Да. Но я начала общаться с ним не потому, что хотела помочь скрасить ему деньки, а ради интереса. Интереса, почему он такой? Почему его шпыняют? Я просто из любопытства хотела пожалеть его, ведь, считала, что он похож на меня. На ту меня, которой я была когда-то. Такая же отрешенная от жизни, такая же равнодушная ко всему, в том числе к издевательствам со стороны одногодок.

Я была такой, поэтому захотела сыграть роль благодетеля. Все верно. Как он и сказал.

И его чуткое понимание всех вещей бесит не меньше.

Возможно, Дилан прав. Мне, как новенькой, стоило бы сначала влиться в коллектив, чтобы устояться на новом месте, но нет, теперь я понимаю, что упустила подобный шанс.

Пока я шла по школьному коридору, множество людей смотрели в мою сторону, что-то нашептывая друг другу. Такое повышенное внимание должно льстить, вот только я сейчас в таком настроении, что наоборот хочется, подобно страусу вбить голову в пол, скрыться от всех.

Хочется, чтобы меня не замечали.

Помню, как я подумала о том, что предпочла бы общаться лишь с Диланом, если все пойдут против меня. Вот только не предугадала того, что и парень “пошлет” куда подальше.

Мне охота развернуться и уйти, но ноги сами несут в класс, где, надеюсь, хоть Анна скрасит мне это утро.

Вхожу в кабинет, бросая взгляд в сторону нашей с ней парты, и немного теряюсь, понимая, что вокруг Анны слишком много девушек. Они все общаются, довольно громко разговаривая. Анна явно довольна тем, что с ней разговаривают, ведь, стоит напомнить, что раньше ею никто толком не интересовался, так с чего такой повышенный интерес к ее персоне?