– Должны быть готовы, – перебил Павел. – Я же сказал: Филиппыч мне эту песню спел уже.

– Да? – уточнил Потапов. – А спел он тебе, что за последний месяц, как раз после начала отстрела, число проколов из ветвей возросло в три раза? Нелюди теряют разведчиков и потому наращивают активность. А у нас из трех проколов на Землю приходится только один обратный – на остальные заводятся дела по убийству. Опера в управлениях небось плачут уже от такого количества «глухарей»… Ну-ка раскинь мозгами и дай мне с ходу пару версий, чтоб я в тебе не разочаровался!

– Ну, – напрягаться Павел не стал, простые версии действительно лежали на виду. – Если только пару… Кто-то из крутых уже вернулся и принимает меры к самоутверждению у нас в Стволе, уничтожая агентуру возможных конкурентов. Вторая – местные активисты. Контактеров принимают за агентов антихриста. Но тогда их должен кто-то наводить? Даже думать не хочу, кто бы это мог быть.

– Грубо, но точно, – кивнул Шеф. – Обе версии сейчас пытаемся проверить, но проще всего это сделать, взяв стрелков. Я думаю, что они в любом случае наши, местные. Федора вчера на это перенацелил, так что поступай в его распоряжение. Он же бывший сыскарь у нас, должен толк понимать.

– Ясно, – сухо выдавил Павел. – Есть поступить в распоряжение…

Ну, правильно, чего еще он хотел? Шефу надо выяснить, не засиделся ли сотрудник на гражданке, не растерял ли хватку и рефлексы… А то, что Павел сам вводил Федора в строй всего шесть месяцев назад, теперь уже, конечно, не в счет.

– И не дуйся, – подначил Потапов. – Я помню, чего ты стоишь в деле. Но сейчас Сергеев действительно больше в теме. Следствие получается пока наше, земное, почти милицейское – улики, свидетели, вещдоки, осмотры места… Федя тут как рыба в воде. А ты присмотришь, чтобы он не зарвался, когда уши кого-то из нелюдей на горизонте покажутся. Созвонись с ним прямо сейчас, он где-то в городе шатается, встретитесь и начнете… Только сначала переоденься!

Шеф поискал взглядом отсутствующий ноутбук и вместо этого схватился за телефонную трубку. Павел поднялся. Свое хмурое «угу…» он бросил уже почти через порог.

Переодеться вообще-то было бы к месту – синее форменное тряпье было уже поперек горла. А ведь Потапов еще про оружие говорил!

Этаж инков – четвертый, самый верхний, в полном соответствии с велениями главного солнечного бога. Невольно косясь влево через односторонне прозрачные стекла аквариумов бывшего «Стройтреста», Павел проследовал к лифту. Или все-таки по лестнице? Неожиданный всплеск сложного букета эмоций требовал действия, пусть даже такого примитивного, как подъем по пролетам…

Перемены не всегда к лучшему и почти всегда не вовремя. Но еще хуже, если их нет вовсе. Может быть, в том числе и поэтому Павел дезертировал из отдела полгода назад? И может быть, поэтому так сладко теперь было расставаться с ощущением унылого повседневного покоя? Если не сказать – застоя?

Тем более что какие-то перемены произошли и в самом отделе, причем действительно к лучшему. Бесконечная бюрократическо-междоусобная возня, принятая в Ассамблее за норму межрасовых отношений, осталась в прошлом хотя бы на некоторое время…

Тихонько звякнув, кабина лифта остановилась напротив второго этажа, и колебания разрешились сами собой. В кабине пребывал озадаченный Филиппыч.

– Ага… – понимающе произнес он. – Наверх?

– Наверх, – подтвердил Павел.

– А чего ж меня не позвал? Заблудишься же…

Павел с сомнением пожал плечами и утопил нужную кнопку. На этаже инков ему бывать доводилось. Ничего особенного – офис как офис. Коридорная система, комнаты, кабинеты, элементы национального дизайна… Блуждать вроде бы негде, не то что в темных катакомбах предпочитавших полярную тьму гипербореев.

– На какое снаряжение Сергей тебе «добро» дал? – произнес вдруг Филиппыч.

Павел опешил.

– А что, есть выбор?

– Теперь – есть, – Семен довольно ухмыльнулся. – Задача какая поставлена?

– Почти никакой. На подхват к Федору пока, а там видно будет.

– Ясно. Значит, по минимуму, без тяжелых стволов. Оно и правда, не в круговую оборону же…

Немного ошарашенный, Павел шагнул вслед за Филиппычем на этаж.

Когда-то он хаживал сюда вместе с Шефом на заседание Совбеза – для массовости. Однажды был приведен под конвоем на заседание трибунала Ассамблеи. Оба варианта положительных впечатлений оставляли мало, да и сами инки – надменные высокорожденные краснокожие, относящие всех белых к людям третьего сорта, – особых симпатий не вызывали.

Однако сейчас пустота и тишина в офисе посольства угнетали. Полугодовая пыль на всех поверхностях. Четкие следы на дорожках – не так уж часто заходят сюда земляне. Хотя не уборщицу же пускать… Некоторые двери приоткрыты, столы в комнатах – в рабочем беспорядке. Нелюди исчезли из земной реальности слишком внезапно, в один момент, не успев прихватить с собой буквально ничего.

Запах пыли и застойного воздуха.

Тишина, пронзительно подчеркнутая уличным фоном, едва пробивавшимся через стеклопакеты.