– Много?

– Терпимо. Пять-шесть штук за месяц. Причем многие… – Филиппыч вдруг оборвал сам себя на полуслове, кинул быстрый взгляд на Павла.

– Что – многие? – зацепился тот.

– Да ничего. Тоже – не живьем, как сегодняшний. Похоже, срабатывала автоматика на возврат… Слушай, давай теперь к Шефу вопросы, приехали уже. Если не раздумал еще.

– Как же, раздумаешь тут, – рассеянно произнес Павел, осматривая проходную старой, розданной по корпусам в аренду мебельной фабрики. – Вы ж без меня армию Тьмы в Москву пустите и глазом не моргнете…

Давненько он все-таки здесь не бывал – полгода специально близко не подходил. А вот поди ж ты – словно вчера!.. И ворота все те же, и скучающий вохровец в будке, и… И арендованный некогда для Ассамблеи корпус, три из четырех этажей которого были теперь не освещены.

Много воды утекло. И в то же время – ничтожно мало. Впрочем, свои все на месте, а остальное… Остальное Шеф объяснит. Ему не привыкать.

Знакомое крыльцо, знакомая арка металлодетектора. Когда-то она пищала при каждом входе и выходе Павла из здания, реагируя на почти табельную «Гюрзу» в кобуре. Теперь промолчала, зато оживилась парочка охранников за приемной стойкой – земляне, естественно. Да-а, времена… А бывало, все секьюрити Ассамблеи знали Павла в лицо.

– Это со мной, – бросил Филиппыч, помахивая карточкой магнитного пропуска.

Охранники напряженно переглянулись, потом неодобрительно покосились на форму посетителя – почти такую же, как у них. Но возражать не стали. Павел удовлетворенно хмыкнул: статус Филиппыча в негласной иерархии Земного отдела явно не изменился. Ну, слава богу, хоть что-то по-старому.

– В «Стройтрест» с другой стороны вход оставили, – зачем-то пояснил Семен, чиркая карточкой по сканеру турникета и пропуская Павла вперед. – Нелюдей теперь нет, но барахла от них дай бог осталось. Так вот чтоб каждый бухгалтер свой нос не совал… Кабинет Потапова найдешь?

– Найду, – удивленно отозвался Павел. – А ты?..

– Я тут по другому делу заверну… И не говори пока ему, что мы, мол, вместе приехали, лады?

Не дожидаясь ответа, Филиппыч почти у самой лестницы свернул к ближайшей двери. Круглая створка из дюймовой брони, когда-то прочно запертая изнутри гидравликой, теперь была наполовину распахнута. В отсутствие хозяев ей оказалось не под силу хранить секреты Общины гиперборейской – сладкая парочка пацанов-аналитиков наверняка взломала управление в первые же сутки после исхода нелюдей. А этажи инков и атлантов небось и взламывать не пришлось – те и раньше больше рассчитывали на своих бойцов, чем на крепкую дверь.

Два лестничных пролета, второй этаж, который и раньше был «земным»… Справа по коридору череда застекленных офисных «аквариумов» с отдельным выходом на улицу через «черную» лестницу. Бывший «Стройтрест», ныне, по словам Филиппыча, во что-то перерегистрированный, – умеренно прибыльная фирма, позволяющая официально держаться за аренду здания, вовремя сдавать в налоговую отчеты и даже подкармливать деньгами Земной отдел. Об истинной деятельности отдела знал только директор Евгений Саныч, торгаш от бога, приспособившийся делать деньги на продаже нелюдям втридорога экзотических для них земных товаров. Любых: от составов с лесом до билетов на самолет.

За стеклом шла умеренно-суетливая офисная жизнь, никак не касающаяся проблем высокой дипломатии в вероятностном Древе… На чем, интересно, сейчас держится этот бизнес, если драть золото за сосновый брус больше не с кого?

Кабинет Шефа… Павел еще помнил, когда на нем висела табличка «переговорная», потому что путать его в то время было некому, а помещение почему-то понравилось Потапову больше всего. Сейчас на двери не было вообще никакой таблички. Выходит: кому надо, знают, что за дверь, а остальным не обязательно.

Павел поднял было руку для стука, но передумал. Какого черта? Авось не чужой!

И без спроса нажал дверную ручку.

Потапов был на месте. Все тот же длинный стол, набор стульев и начальственное кресло в торце. Большой кожаный диван вдоль стены, неопределенной породы дерево в кадке. Все вроде как раньше, однако…

Вот, например, стол прежде всегда был пуст. Вечно закрытый ноутбук, от которого пользы – только доступ в Интернет, пара листов бумаги, письменный набор и просроченный перекидной календарь. Все. Хранить что-то ценное в кабинете, который по факту контролировался Ассамблеей, Потапов не рисковал, хотя порой и был вынужден.

Теперь же стол был завален бумагами, папками, коробками и даже футлярами с артефактами, доступ к которым в свое время был немыслим без десятка санкций. Компьютер работал: Шеф задумчиво водил пальцем по тачпаду, щурясь и прижимая плечом к уху телефонную трубку. Бросив косой, без тени удивления взгляд на вошедшего Павла, он кивнул, махнул рукой в сторону дивана и буркнул в телефон:

– Ну? И дальше что?.. Да, нажал я на этот крестик… Нет, не в «сервис», это в другом меню… Какая еще «учетная запись»?.. Так, все, ты меня утомил, Рома! Приди сам и сделай, чтобы все работало!