Всё это Баев и изложил в двух-трёх словах, особо не вдаваясь в подробности, а в конце подытожил:

– Только они здесь, на Земле, имеют некую возможность и силы потребовать от нас то, что я сегодня вечером услышал. Получается, для них девочка с Мизая - опасный мусор, или даже некая инфекция, или вирус, чёрт его знает, что у них там на уме с их-то гипертрофированной манией справедливости. И "Икары" - движение лигитивное, что важно, сторонников у них хватает и наше внимание к ним - чисто символическое. В конце концов, если отбросить всю эту словесную мишуру и прибавить взамен хоть чуть-чуть компетентности и знание предмета, то цели их вполне благородны и высоки. Но, чёрт побери, не в данном случае!

Бодров задумался, а Гонгвадзе, слушая Баева, успевал ещё и за Консулом, который по его приказу сейчас делал запросы, анализировал и выдавал информацию, следуя новой вводной.

– Но как они узнали о девочке, да ещё вдобавок нашли и тебя, пронюхали о твоей миссии на Мизае?
– Бодров попал в самую больную точку.- Если это "Икары", конечно.

– А вот это прежде всего задача оперативного аналитика и, думаю, собственной Службы безопасности. Хотя, повторюсь, у "Икаров" достаточно сторонников, прежде всего из-за тех целей, что они якобы преследуют... Но меня удивляет и настораживает другое, - тут Баев нахмурился.
– Раньше "Икары" больше сотрясали воздух и путались под ногами, а тут - прямые угрозы, да ещё в ультимативной форме!..

И замолчал, потому что вдруг подумал: а что, если у "Икаров" нашёлся такой же человек, как и он, именно с такой же биоэнергетикой и внутренней составляющей, и который точно так же чувствует её? Ощущает её пси-поле, пси-зов, её скрытую внутреннюю мощь и неизведанный потенциал? При этом локализуя и просчитывая всё, что с ней связано? Ведь Большое Зло до сих пор остаётся загадкой и что конкретно имеется в виду, мы пока что не знаем. А что, если "двойник" этот сумел как-то разгадать загадку, связанную с девочкой, разгадал, в отличие от Баева, её сущность, и пришёл к однозначному выводу: немедленное уничтожение?..

Баеву эта мысль и такая постановка вопроса совершенно не понравились. Надо действовать, причём так, чтобы опередить тех, других. Кто ему противостоит, он был практически уверен - "Икары". Что, как, почему - потом, сейчас главное упредить возможный удар, а для этого необходимо о враге узнать как можно больше, выяснить слабые и сильные стороны вероятного противника. Мысль о том, что они могут быть и правы, что мизайская девчушка действительно смертельна опасна для Земли, Ким отверг сразу - девочка на их стороне, она сама игрушка в руках природы, опасная, конечно, но тут уж ничего не поделаешь. Поэтому её и доставили на Землю, чтобы попробовать всё выяснить. Хотя бы попробовать. Уничтожить-то проще всего, а вот имеем ли мы на это право? Трогать такой уникум?

– Ираклий Георгиевич!.. Мне необходима подробная справка о деятельности этого движения примерно за год, плюс исчерпывающая информация о личностях их руководства, желательно с подробными психологическими характеристиками.

Гонгвадзе кивнул, указывая на свой рабочий модуль, мол, уже делается, и продолжил вслушиваться в сообщения инка Сектора, оставив Бодрова и Баева пока как бы наедине.

Дело вроде бы сдвинулось, проблема из гипотетической стала в одночасье реальной, приобрела зримые очертания и обрисовала формы, если... Если, конечно, он не ошибся. Но весь опыт, оперативное чутьё и, главное, интуиция подсказывали, что нет, ошибки быть не должно - он правильно вычислил вероятного противника и теперь дело за малым - наладить оперативно-следственную работу и навалиться всей мощью. Баева вдруг охватило нетерпение, как ту гончую, взявшую след (ощущение, знакомое всем толковым оперативникам). Захотелось что-то делать, причём немедленно... Он посмотрел на Бодрова. Тот о чём-то глубоко задумался, машинально постукивая черенком дедовской трубки по собственной ладони (именно из-за неё, кстати, Бодрова и прозвали Дедом. Ну плюс, конечно, опыт и мудрые, толковые советы). Шеф же целиком сосредоточился на донесениях Консула. Что-то тот раскопал, раз Гонгвадзе так внимателен. Но инк многоканален, и Гонгвадзе вполне могло заинтересовать из повседневной текучки всё, что угодно, и только шефу решать, что стоит внимания, а что коту под хвост.

Баев сосредоточился и внутренним зрением, с некоторых пор совершенно новым и потрясающим чувством, мгновенно собравшись и сконцентрировшись, разглядел всю начинку оперативно-рабочего модуля шефа: нити световодов, пульсирующий позитронный шарик-мозг Консула, считывающие и приёмно-передающие пучки ослепительных лазеров, энергетические потоки, что-то ещё, маловразумительное, ускользающее и плывущее, словом, проделал то же, что недавно и с Сильвестром, и собственным домом, только теперь сделал это намеренно, будто хотел проверить, не исчезли ли его новоприобретённые возможности так же внезапно, в никуда, как и проявились неожиданно, из ниоткуда. Да нет, конечно, ничего подобного; не исчезли, не рассосались. Более того, он незаметно, подспудно научился ими потихоньку управлять по своей воли и желанию, и при этом вычленять то, что требовалось в данную минуту, а остальное заставляя обтекать сознание на уровне обычного незапоминающегося фона. Привыкнуть ко всему этому казалось даже важнее, чем осознавать то, что он имеет и умеет, и чем обладает.

Не без сожаления Баев вернулся в обычное состояние, "выключил" внутреннее зрение, убрал его куда-то внутрь себя до поры до времени (осталось ощущение лёгкого внутреннего зуда, в целом приятного, нежели наоборот) и связался по трэку с Вольновым, который в Институте биотехнологий сейчас нёс вахту, наблюдя за девочкой и вообще контролируя там ситуацию.

– Андрей? Ты почему не доложил, что она вошла в транс? Что за самодеятельность и пренебрежение инструкциями?

Глаза у Вольного сделались чуть ли не с блюдце.

– Да она только что!.. Откуда вы...

– Неважно. Что там сейчас? Докладывай! Сжато-подробно!
– добавил он любимую фразу, когда выслушивал подчинённых.

Вольнов сглотнул и, не мешкая, спроецировал через трэк картинку, что, в свою очередь, передавали камеры внешнего наблюдения. Расположены они были по периметру и над помещением, где сейчас находилось сокровище с Мизая.

Баев не без трепета вгляделся в миниатюрное изображение над левым запястьем, которое охватывал трзк-браслет связи. Вольнов без напоминания сделал увеличение, и Ким, как зачарованный, смотрел и смотрел на это лицо, в некотором смысле уже родное и близкое. Потом подкрутил варньер настройки, укрупнил и внимательно вгляделся в её черты.