– Возможно, Вишал не так уж и плох, ему можно найти применение. – подумал я расчетливо. – Но только не в должности руководителя. Просматривая приглашения, я задержал свой взгляд на одном из них, которое было адресовано не только мне. Мистеру и миссис Райзада. От Вишала и Кейт – на годовщину свадьбы – в загородный клуб. Ужин завтра. Хотя приглашение в загородный клуб подразумевало, что гости собираются к обеду, распоряжаясь своим временем самостоятельно, учитывая предоставляемые развлечения на разный вкус. Наверняка есть и поле для крикета, и конюшня. И уже, как завершающий аккорд, основной праздник – ужин.

Я и Кхуши. Я тепло улыбнулся, вспоминая вчерашний прекрасный вечер и не менее прекрасную ночь, которые подарила мне моя жена. – Надеюсь, ей понравится.- подумал я, ставя свою визу-согласие на приглашении.

Крикет Кхуши точно не понравится, игра не динамична, а она – сама огонь… Relax, Арнав… А вот конюшня, кони ей наверняка понравятся… из нее получится отличная наездница… твою… дыши, Арнав, дыши… – я ослабил галстук, откидываясь на кресло и позволяя себе погрузиться на пару минут в сладкие воспоминания.

Кхуши.

То, что я делала, оказалось так захватывающе, так интересно, что только к вечеру я оторвалась от работы. Я выбрала порядка десяти нарядов, подобрав к ним подходящие цветы, но еще не начинала писать. Быстро перекусив приготовленной миссис Стоун овощной запеканкой и очередным рисовым пудингом, я, подавив желание вернуться к работе, приняла ванну, и чуть не уснула в приправленной морской солью воде. Все-таки какое это блаженство – ванна. У нас никогда не было такой роскоши. Только душ, только экономия воды… пока я могу пользоваться всем этим. Пока…

Выйдя из ванной, я одела белые рубашку и длинную юбку, хотелось продлить ощущение чистоты и внутреннего спокойствия, гармонии. За окном темнело, тихо шелестел внезапно начавшийся дождь, рождая острую потребность в уюте.

Захватив с собой фото первого выбранного мною цветка и блокнот, я решила выпить чай в каминной, как я переименовала гостиную. Экономка уже ушла, что меня только порадовало. Привычно разжигая камин, мыслями я снова и снова возвращалась к вчерашнему вечеру и ночи, наслаждаясь воспоминаниями, подаренной и полученной любовью, яркими, сладкими, горячими. Камин уже вовсю уютно потрескивал, весело пожирая дрова, моментально делая комнату жилой, теплой, домашней, а я все стояла, застыв, уйдя в свою любовь с головой. Я ни капли ни пожалела ни тогда, ни сейчас, что решилась сделать первый шаг и попробовать новое для себя в физической стороне любви, стать ведущей, а не ведомой. Это было потрясающе! Я уже не краснела, думая о получаемом удовольствии. Хотелось еще и еще. Безоглядно, бесстыдно хотелось. Арнав был таким чутким, заботливым, понимающим. Таким удивительно любящим… я все еще не верила в то, что он любит. Любит меня. Улыбнувшись в пространство, я наконец пришла в себя, и пошла на кухню делать чай.

Диван, до сих пор неопробованный ни мной ни Арнавом, сиротливо стоял, маня своей мягкостью. Почему-то сколько раз мы ни сидели с Арнавом в каминной, всегда выбирали пушистый ковер перед камином.

Диван звал и манил, словно чувствуя себя одиноким, и я, улыбнувшись, и внутренне обозвав себя сумасшедшей, поставив чай поближе, и положив перед собой работу, улеглась на него. Подтянула юбку повыше, чтобы было удобнее, как в детстве, болтать ногами в воздухе, лежа на животе.

Отпив обжигающего чая-масалы, я закусила ручку, рассматривая фото ириса. Благодаря цветку, наряд стоял перед глазами, и я открыла страничку с уже первыми набросками-бисеринками, собираясь сплетать бело-синее ожерелье.

Арнав.

Наконец-то спадал вал дел, подводя черту под загруженным рабочим днем. Я хотел домой, я рвался домой. К ней. Такое новое желание – стремление домой, такое новое чувство – я соскучился, не видя свою жену всего каких-то несколько часов, я соскучился. Мне было необходимо поскорее обнять, ощутить в своих руках теплое и податливое тело Кхуши, вдохнуть волнующий кровь аромат ее волос. Вспомнить руками, губами изгибы ее тела, гладкость и вкус ее кожи, затягивая процесс воспоминания надолго, не отрываться ни на секунду… Увидеть в ее глазах радость от своего присутствия рядом, увидеть, что и она скучала по мне….

По дороге домой я заехал в ресторан, захватив сделанный по телефону заказ. Вчера я ей сказал, чтобы она не готовила, пояснив, что привезу все сам, и она выбрала свои любимые блюда, которые я мог назвать вместо нее. Я усмехнулся. Как бы мы не относились друг к другу в разные периоды наших взаимоотношений, но наши пути сплелись так тесно и так давно, что уж предпочтения в еде – это самое малое из того, что мы знаем друг о друге. Я задумался, вспоминая. Как она морщит носик, когда недовольна чем-то, как приподнимает уголки губ в улыбке еще до того, как радость от чего-то озарит ее глаза, как вздергивает вверх бровки, пытаясь продемонстрировать удивление, и как совершенно очаровательно приоткрывает ротик, когда действительно удивлена. Я знаю все это не на уровне разума, как владение информацией, а на уровне чувств, впервые проговаривая сейчас про себя это знание, но всегда до этого инстинктами расшифровывая свои эмоции. Всегда правильно. Всегда правильно? Всполох сомнения, первый отзвук неприятной мысли я подавил безжалостно, не давая им зацепиться за сознание. Я еду домой. К жене. Умиротворенная и предвкушающая улыбка абсолютно искренне рвалась из глубины души, заставляя непривычные к такому губы смягчать вечно жесткую складку в их уголке.

Снова накрапывал дождь, уже осенний, долгий, мелко, но безостановочно барабаня по корпусу машины. Я уже выехал за пределы города, к своему удивлению, въезжая в затапливающую трассу полосу тумана. Странное явление, осенний дождь и туман. Будучи опытным водителем, я максимально снизил скорость, и включил противотуманные фары. Появлявшиеся из тумана двигавшиеся во встречном направлении машины можно было различить только по дрожащим желтым пятнам, плывущим в воздухе там, где полагалась находиться фарам. Хоть я и ехал медленно, но чуть не пропустил съезд на гравийную дорогу, ведущую к дому. Пришлось совершить достаточно резкий маневр, ударив по тормозам и крутнув руль вправо, съезжая на обочину. Именно из-за внезапности этого маневра я и заметил следовавшую за моей машину. Совершив аналогичный кульбит, и кое-как выправив автомобиль от заноса на опасной в дождь трассе, водитель как приклеенный следовал за моей машиной. Это было странно, учитывая, что эта дорога вела только к нашему с Кхуши дому, не имея никаких ответвлений. Чуть набрав скорость, не опасаясь встречных машин, я оторвался от преследователя, заранее издали открывая автоматическую дверь гаража, въехал в него и выключил фары. Я вышел из машины и остановился на границе тепла и тумана, обозначенной дверью гаража, внимательно вглядываясь в плотную клубящуюся завесу, ища желтые пятна фар. Спустя буквально полминуты из тумана вынырнул небольшой джип. Затормозив буквально перед дверями гаража, автомобиль застыл. Водитель выключил фары, но никакого движения я не заметил. Спустя минуту мне надоело ожидать каких-либо движений незваного гостя, и я подошел к водительской двери, резко рванув ее на себя.