…Из глубины души услужливо поднималась пустота, заменяя собой краткий миг теплоты в глазах девушки.

====== Глава 5. Отталкиваясь, притягиваемся. ======

Арнав.

Когда я пришел в столовую, то домочадцы еще не собрались. Однако Шьям уже был тут, быстро набирая в телефоне какую-то информацию. Он услышал мои шаги, краем глаза взглянул на меня, и, отвернувшись, продолжил свое занятие. Меня это устраивало. Из кухни появилась Паяль, держа в руках тяжелое блюдо с малай-кофта. Увидев меня, она оглянулась, пытаясь найти свою сестру.

– Арнав, – неуверенно начала Паяль, – а Кхуши снова не выйдет к столу?

Черт ее дернул спросить про Кхуши. Уши Шьяма чуть не задымились, он непроизвольно поднял полный ревности и всепоглощающей ненависти взгляд на меня.

– Паяль, она сейчас спустится, – как можно спокойнее ответил я, не сводя глаз со Шьяма. Паяль проследила мой взгляд и удивленно вскинула брови. Она переводила растерянный взгляд с меня на Шьяма, безусловно понимая, что глаза горят отнюдь не дружеским огнем. Женщины в этом деле интуитивны. Они на уровне подсознания воспринимают чувства. Разорвав взгляд со Шьямом, я случайно перевел глаза на Паяль и не поверил, увидев в ней аналогичную моей жгучую ненависть. Не понял? Что за? Возникло ощущение, что сильнее, чем она, только я ненавидел Шьяма. Но почему? Зять тоже увидел взгляд Паяль и скривил губы, пытаясь изобразить улыбку. Внезапно наш молчаливый разговор был прерван легкими шагами. Мимо нас на кухню шла Кхуши. Не сговариваясь, мы все втроем проводили ее изящную фигурку взглядами, отражающими совершенно разные эмоции. Мой – раздражение. Шьяма – неприкрытое желание. И Паяль – задумчивость. Казалось, что все остальные только и ждали, когда придет молодая невестка, так как сразу раздались голоса членов семьи, покидающих свои комнаты и спускающихся к ужину.

Кхуши.

Я прошла мимо собирающейся к столу семьи на кухню. Мне не терпелось, чтобы наступило завтра. Очень хотелось начать действовать. Я уже устала от растительного существования. Нужно было загрузить себя работой, чтобы не осталось времени на тяжелые мысли, которые без всякого разрешения всплывали в моей голове. Среди них главенствовала одна – почему все-таки Арнав женился на мне? Меня раздирали на части противоречия. Все то время, что я знала его, все его поступки до нашей свадьбы... Где был он настоящий? Жестокий или заботливый, ненавидящий или любящий, неистовый или нежный? Загадка по имени Арнав Сингх Райзада.

Переложив готовое карри из овощей в большое блюдо, я понесла его в столовую, откуда раздавались приглушенные голоса. Мне же предстояло высидеть рядом с Арнавом положенное время. Есть совершенно не хотелось, мы достаточно плотно поужинали с Нанке. При воспоминании о нем на сердце посветлело, и в столовую я вошла с легкой улыбкой. Как жаль, что его нет за столом. Его молчаливая поддержка мне очень помогла бы. Около моего мужа была свободное место. Второе место пустовало рядом с Акашем. Я очень хотела пройти мимо Арнава, но была остановлена его злым взглядом. «Даже не думай». Я хорошо понимала его без слов. Незаметно вздохнув, я села рядом с мужем, уткнувшись взглядом в тарелку с чапатти.

Все обменивались новостями, одновременно накладывая на тарелки различные вкусности. Я положила себе несколько кусочков ананаса, так как тарелка стояла рядом со мной, а обращаться к кому-либо из семьи Райзада, чтобы мне передали что-то другое, я не собиралась. Поэтому не отрывала взгляда от желтых, сочных даже на вид кубиков, лежащих у меня на тарелке и неосознанно крутила в руках вилку. Я ведь совсем не знаю, как правильно кушать по правилам этикета – внезапно подумала я. Надо будет попросить Нанке, чтобы он скачал мне какое-нибудь пособие по сервировке и правилам поведения за столом. Думаю, Арнав потребует от меня, чтобы я сопровождала его на вечеринках. А упасть в глазах окружающих, воспользовавшись за столом, к примеру, рыбной вилкой для фруктов, мне совсем не хотелось. И одежда. Я, конечно, могу пойти в сари, но если он потребует от меня одеться в западную одежду? Я должна быть готова к разным поворотам своей жизни. Кхуши Кумари Гупта, которая жила как цветок, просто радуясь каждому наступающему дню, не задумываясь о будущем, осталась там, в храме. Как там говорила Притика? А ля гер ком а ля гер? (на войне как на войне). Придется выживать одной в этом мире, который на поверку оказался очень жесток. Придется изучать все, в чем я, ориентированная на семью, на роль жены и матери, раньше не видела никакого смысла.

– Кхуши! – я не сразу поняла, что обращаются ко мне. – Кхуши! – еще раз окликнула меня бабушка, глядя на меня, но как будто сквозь меня. – Передай, пожалуйста, ананасы.

Я вскочила со стула, чуть не уронив его резким движением, и поняла, что за столом царит полнейшая тишина.

– Д-да, – запинаясь, выговорила я. Взяв тарелку с ананасами, я подошла к Нани и положила ей несколько кусочков. Холодное – «спасибо». И взмахом руки бабушка отпустила меня. Я поставила тарелку на стол, и села обратно на свое место. Сколько холода… Я как будто замерзала, не имея ни малейшей возможности согреться.

«Я не буду думать об этом, не буду», – уговаривала я себя, старательно загоняя обратно непрошенные слезы. На удивление, мне это удалось. Съев несколько кусочков ананаса, не чувствуя вкуса сочного фрукта, я дождалась, пока Акаш, закончивший трапезу раньше всех, поднимется из-за стола, и молча последовала его примеру, даже не взглянув на оставшихся за столом.

Или истерика, случившаяся ранее, вымотала меня, или же усталый мозг отказался работать, но я шла в комнату мужа словно в полусне. На ходу снимая сари, я достала первую попавшуюся сорочку из шкафа, одела ее, и, совершенно забыв слова Арнава о месте для сна и свой ответ ему, упала на кровать. Уснула я раньше, чем моя голова коснулась подушки, даже не прикрыв себя одеялом.

Арнав.

Я шел в комнату с намерением досмотреть оставшиеся файлы, но усталость брала свое, и я решил оставить дела на утро. Единственное, чего я сейчас хотел – это спать. В комнате было темно.

«Видимо, Кхуши уже ушла к бассейну – поморщившись, подумал я. – Черт с ней». И включил ночник. От открывшегося мне зрелища вся сонливость моментально слетела с меня. Она спала на кровати, лежа на животе. В сорочке, если можно так назвать этот лоскуток ткани. Каким местом я думал, когда выбирал ей ЭТО? Дыши, Арнав, дыши. Вдох-выдох…Стройные длинные ноги были полностью обнажены, ткань задралась, открыв взгляду упругие ягодицы девушки, обтянутые телесного цвета шелковыми трусиками. Руками она обнимала подушку, уткнувшись в нее лицом.