– Ложитесь спать, агент Харди.

– Я - Фелиция, - сообщила она чуть заплетающимся языком, ткнув себя пальцем в грудь.

– Без разницы, - не выдержал он и вышел за дверь, услышав вдогонку наигранное щенячье поскуливание.

– Капитан? Что вы здесь делаете?
– в коридоре его словно дожидался Бартон.
– В одной комнате с сексуальной кошечкой…

Но тот, злобно фыркнув, ушел в сторону лифта, ничего не ответив…

***

Монако. Монте-Карло.

– Время, Клинт, они уже должны были появиться, - сообщила Натали, поглядывая на парадный вход в банк “Тезаурус”, у дверей которого не было и намека на присутствие кэпа и агента Харди.

– Нат, смотри, что это?
– позвал ее тот, открыв чемодан, в котором должно было быть оружие, а не то, что предстало его взору.

Та, отойдя от окна номера в отеле, откуда они вели наблюдение, подошла к коллеге и удивленно посмотрела на парик белых волос в его руках, затем в раскрытый пластиковый кейс, где лежал свернутый пиджак, юбка, рубашка, солнечные очки и неопознанный футляр, в котором обнаружились зеленые контактные линзы. Записка, лежащая на дне чемодана гласила: “Планы изменились, агент Романоф, вы знаете, что делать. Линзы - слепок сетчатки Кошки”.

– Чертов Фьюри!
– выругалась Натали, схватив чемодан и уйдя в ванную комнату, чтобы переодеться.

========== Глава 5 ==========

Нью-Йорк. Штаб-квартира ЩИТ

От исследования доктора Беннера Фелиция отходила два дня; мало того, что она ничего не помнила, начиная с того момента, как вырубилась в кресле, так еще и капитан Роджерс как-то странно на нее поглядывал следующим вечером. Спрашивать у него, что же она такого натворила, Фелиция не стала, дабы не показаться нелепой. Если она ничего не помнит - следовательно, ничего не было. Но что-то подсказывало ей, что она могла повести себя не вполне корректно, несмотря на то, что проснулась у себя в комнате в одежде. Такие ситуации с ней уже происходили, более того, в своё время ей пришлось использовать алкоголь и наркотики в “служебных” целях - чтобы изобразить достоверную страсть к Тони Старку. В целом же, Фелиция точно знала, что такой допинг ей строго противопоказан из-за слишком раскрепощающего эффекта. Даже если она и поцеловала Роджерса - в этом нет ничего страшного, они же взрослые люди… Забудется.

– Агент Харди, приведите себя в надлежащий вид, немедленно!
– вывел ее из мыслей капрал Джонсон - крепкий, подтянутый мужчина с невероятно выдающимся подбородком и прической Дольфа Лундрена из “Рокки Бальбоа”.

– А что со мной не так?
– Фелиция оглядела себя с ног до головы, помянув добрым словом Фьюри, который все же вознамерился сделать из нее агента, так сказать, дисциплинировать.

Если Роджерс был солдафоном, то эта гора мышц с полным отсутствием шеи и на две головы выше и без того высокой Фелиции была кубическим солдафоном. Держали его с целью муштровать совсем зеленую группу агентов, в которую и определили Фелицию.

– Встать ровно!
– рявкнул он, но она лишь изогнула бровь.
– Ваш ремень перекошен, что вы сделали со своей майкой?
– он одернул завязанную на пупке майку, неприлично обнажив фрагмент аппетитной груди стремящейся к третьему размеру, более того, агент Харди была без лифчика.

Обратив внимание на выпирающие из-под обтягивающей ткани соски, кубический солдафон с трудом сглотнул и сделал опрометчивый шаг назад, позволив той одержать первую над ним победу. Выбор нижнего белья, равно как просто его наличие или отсутствие, был личной заботой каждого сотрудника и уставом никак не регламентировался. Фелиция не ослушалась приказа, поправила форму и встала по струнке ровно, ожидая дальнейших указаний.

Агенты, пополнившие ЩИТ, ранее служили в полиции, ФБР, ЦРУ, армии, частных охранных фирмах и даже нашелся один бывший уголовник, которого Фелиция определила как своего по манере поведения. Кажется, он тоже был вором. Надо будет завести знакомство… Впрочем, и он нашел в ней интерес, возможно, изначально проявленный как к весьма фигуристой блондинке в майке на размер меньше положенного.

Во время практики ведения рукопашного боя, Фелиция, глядя на пыжащихся федералов, пытающихся завалить солдафона, периодически издавала издевательские смешки. А капрал однозначно неплох, пусть и не без слабых сторон - их Фелиция успела вычислить, понаблюдав за несколькими его спаррингами. Несмотря на выносливость, он был неповоротлив, удар слева был значительно слабее, а лучшим способом защиты он выбирал нападение.

– Харди! Стоун! Вы следующие, - сообщил он, уже мысленно поделив новоиспеченных агентов на группы по способностям.

– Капрал Джонсон, я бы хотела в одиночку попробовать, - сказала Фелиция, потеряв кусок фразы: “надрать вам задницу”.

Тот вовсе не удивился, а лишь указал на место напротив себя.

– Джонсон, я бы советовал вам быть начеку, агент Харди бьет внезапностью и скоростью, - возникший из ниоткуда Бартон весело подмигнул обиженно выпятившей губу Фелиции.

– Спасибо, агент Бартон, что раскрыли все мои планы.

– Но вы же просто обязаны дать ему фору!
– несмотря на шутливость фразы, похоже, он действительно так считал, что удивило ее.

– Бартон, не мешай процессу, - попросил капрал, вперив в того строгий взгляд.

Больше ничего не сказав, Фелиция мысленно пробежалась по всем слабым точкам в тактике противника. Она не собиралась нападать первой, предоставив ему такую возможность. Капрал, резко, насколько позволяла ему комплекция, оттолкнулся от пола, собираясь сразу же захватить ее в клинч. Фелиция юркнула вбок, едва увернувшись от кулака, несущегося ей в затылок. Пригнувшись, она нанесла удар в живот, от которого, как оказалось, пользы было меньше, чем от комариного укуса. “Гора мышц” пошла в наступление, пытаясь достать соперницу ниже ростом апперкотами. Фелиции пришлось отступить, точнее, сделать фляк назад и засадить ему в челюсть ногами. В результате сильного толчка Джонсон, потеряв равновесие, с грохотом упал на спину, позволив Фелиции успеть спикировать ему на грудь и обхватить его голову бедрами - обычно следующим шагом в маневре был перелом шеи.