— Джейн, прошу тебя! — повторил я, но Джейн даже не взглянула на меня.

Она медленно прочертила в воздухе дугу, и так же медленно тело Энн изогнулось назад. Энн застонала от боли и усилия, отчаянно сопротивляясь противнику, который старался сломать ее позвоночник. Я знал, что сопротивление ничего не даст. Мощь Бестелесного была относительно слабой, но достаточной, чтобы раздавить в прах одну из его собственных служанок.

Я услышал очередной треск, когда в левом колене Энн что-то лопнуло. Энн застонала: «Аахх», ее лицо искривилось, но она все еще сохраняла всю свою энергию на бой со своим демоническим владыкой.

— Джейн! — закричал я. Я вскочил на ноги, но тут же какая-то сила, могучая, как дорожный каток, отбросила меня назад. Я ударился головой о край кресла, споткнулся о лязгающие каминные приборы и упал, но тут же вскочил на ноги и снова закричал: — Джейн!

Джейн совершенно не обратила на меня внимания. Я смотрел с чувством абсолютного бессилия, как все сильнее изгибается спина Энн, совсем как будто кто-то перегибал ее через бум. На ее худых бедрах выступили жилы, мышцы на шее напряглись от усилия.

— О, Боже, ты ее убьешь! — закричал я. — Миктантекутли! Перестань! Миктантекутли!

Раздался удивительный вибрирующий звук, как будто лязг дергающейся на сучке пилы. Джейн подняла голову и посмотрела на меня. Ее лицо уже не было лицом Джейн, только черепом трупа, лицом древнего демона, бестелесного создания, которое Дэвид Дарк украл у ацтековских колдунов. Миктантекутли, владыка Митклампы, владыка страны мертвых.

— Ты произнес мое имя, — сказала зловеще Джейн хриплым, гудящим голосом.

— Не убивай ее, — прошептал я. Я чувствовал ледяной пот, текущий у меня под руками. — Она только хотела мне помочь.

— Она моя служанка. Я сделаю с ней все, что только захочу.

— Прошу тебя, не убивай ее.

Наступило долгое молчание. Джейн посмотрела на подвешенное в воздухе голое тело Энн, а потом вертикально вытянула руку, горизонтально повернув ее ладонью вниз. Энн медленно упала на пол. Она лежала на ковре, содрогаясь, тяжело дыша и прижимая руки к спине, чтобы укротить боль.

Я хотел встать на колени рядом с ней, но Джейн сказала:

— Оставайся на месте. Я не даю моей служанке никакой гарантии жизни. Сначала ты должен обещать, что будешь мне служить и что ты примешь договор, который я тебе предложил. Помоги своим товарищам вытянуть меня из воды, а потом освободи меня. Вернешь себе жену и сына, и мать своей жены, и тебя не встретит никакое зло.

— А откуда я должен знать, что я могу тебе доверять?

— Этого ты никогда и не будешь знать. Тебе нужно рискнуть.

— А если я откажусь?

— Тогда я просто сломаю шею этой девушке.

Я посмотрел на Энн. Теперь она лежала на спине, вытянувшись, и прижимала руки к лицу, пытаясь овладеть болью в позвоночнике и в бедрах.

Дело в том, что я уже раньше задумывался об освобождении Миктантекутли, меня уже соблазняла перспектива вернуть Джейн, поэтому не все ли равно, соглашусь ли я теперь? Я спасу Энн и верну тех, кого люблю. Кто знает, может, в результате не случится ничего плохого. Раз Миктантекутли правил без препятствий до времени Дэвида Дарка и Эсы Хаскета, то не все ли равно, если к нему снова вернется власть? Миктантекутли, как он сам мне вчера сказал, был частью порядка Вселенной, так же как и солнце, планеты и Бог.

— Джон… не соглашайся ни на что, — прошептала Энн. — Прошу тебя.

Тут же ее рука была вывернута назад так резко, что кисть сломалась. Энн закричала от боли, но демоническая сила не ослабила захвата, а с садизмом прижала ее тело к полу так, что ее лопатки сдавили сломанные кости руки. Энн кричала и кричала, дергалась и вырывалась, но Миктантекутли не отпускал ее.

— Перестань! — завопил я на Джейн. — Перестань, я согласен!

Нажим на тело Энн постепенно ослабел. Я встал на колени, осторожно помог ей вытянуть руку из-за спины и положить ее на живот. Кисть вся распухла и посинела. Я слышал, как трещат сломанные кости, касаясь друг друга под кожей. Джейн наблюдала за нами со зловещей усмешкой.

— Ты дал безвозвратное обещание, — сказала она уже своим собственным голосом. — Теперь ты обязан его точно выполнить, иначе, поверь мне, ты будешь проклят навечно, ты и твое потомство, и каждый близкий тебе человек пожалеет о том, что знал тебя. Ты будешь навечно проклят, ты никогда не узнаешь покоя. С этих пор ты носишь мой знак. Ты договорился со мной по своей воле, и за это тебя не минует ни награда, ни кара.

Я поднялся с колен. Я был полностью вымотан, как физически, так и психически.