– Не в моем гребаном доме!
– это прозвучало так громко, что задрожала картина,

висевшая на гипсовой стене рядом с Рофом.
– Этому не бывать в моем гребаном доме!

Здесь моя шеллан и мой сын - под этой крышей находятся дети. В этой гребаной комнате

находятся дети!

Лейла рухнула на пол, ее кости приняли падение с громким стуком. Она защищала

своим телом Лирик и Рэмпа, баюкая их на коленях, опустив голову и заплакав.

Куин попытался высвободиться из-под Блэя.

– Сначала ты отпустишь пистолет, - выдавил Блэй сквозь стиснутые зубы.

Раздался звук удара металла о дерево, сороковой упал, и Блэй отшвырнул его в

сторону. Затем Куин вырвался и вскочил на ноги. Он выглядел так, будто побывал в

аэродинамической трубе, черные волосы взъерошены, глаза бешено расширились, кожа

где-то покраснела, а местами побелела.

– Все вон, - рявкнул Роф, - за исключением троих родителей.

Ну, хоть кто-то признает эту его роль, горько подумал Блэй.

Переведя взгляд на Куина, он поймал себя на мысли, что во всем этом хаосе

смотрит на мужчину, которого знал как самого себя.

Однако в этот момент Блэй смотрел на незнакомца. Абсолютно, черт подери,

незнакомого мужчину. Глаза, в которые Блэй смотрел часами, губы, которые он целовал,

тело, которого он касался, которое ласкал, в которое входил сам и которое входило в него...

как будто какая-то амнезия удалила всю их общность, размывая некогда интимную

реальность в нечто столь смутное, что оно почти не существовало.

Вишес шагнул в комнату.

https://vk.com/vmrosland

– Сначала проверка оружия.

Верхняя губа Рофа дрогнула, было заметно, что ему не понравилось

вмешательство. Однако он не стал спорить с логикой.

Ви ловко проделал похлопывания, сначала избавив Куина от пары ножей и еще

одного пистолета - затем Блэй встал, поднял руки и расставил ноги, хотя знал, что никому

не надо беспокоиться за его указательный палец.

– Готово, - объявил Ви, протиснувшись мимо Короля и выйдя обратно в коридор.

– Скажи им убираться, - рыкнул Роф.

– Понял.

По королевскому приказу толпа убралась от дверей, но они не ушли далеко, их

присутствие висело в воздухе, как будто они ожидали повторного толчка землетрясения. В

любом случае, дверь не закрыли. Эта хрень разлетелась на щепки.

Повернувшись к Куину, Роф выругался, затем потребовал:

– Не хочешь рассказать мне, какого хрена ты стрелял в моем доме?

8

Подняв взгляд на троих мужчин, Лейла тряслась так сильно, что ей сложно было

удержать верхнюю часть туловища над полом. Что давало ей последние крохи силы?

Лирик и Рэмп лежали на ее коленях, складки ее халата укутывали их и защищали от

холода в комнате, их крики утихли - на время.

Сосредоточившись на Короле, она хотела вытереть глаза, но не собиралась

отпускать своих малышей ни на секунду.

– Она виделась с Кором, - сказал Куин, его дыхание вырывалось облаками белого

пара.
– За нашими спинами. Все это время - пока она была беременна. Я хочу, чтобы ее

лишили права видеться с моими детьми, я хочу, чтобы ее не было в этом доме. Будет ли

это потому, что ее приговорят к смерти или потому что ее изгонят... решение за тобой.

Безжалостное аристократичное лицо Рофа повернулось к Брату.

– Спасибо, что выделил мне роль в этом, засранец. И если ты завел речь о

наказании, то сейчас я думаю о твоем, а не о ее.

– Если бы ты узнал, что Бэт спала с лидером Шайки Ублюдков, пока она...

– Следи за языком, - проревел Роф.
– Ты ходишь по краю, с которого вот-вот нахрен

свалишься. Вообще-то, выметайся. Я хочу поговорить с Лейлой наедине.

– Я не оставлю своих детей.

Король глянул на Блэя.

– Убери его отсюда. В захвате, если потребуется...

– У меня есть права!
– заорал Куин.
– У меня есть...

Роф метнулся вперед.

– У тебя есть только то, что я нахрен даровал тебе! Я твой повелитель, мудак, так

что заткнись нахрен, убирайся из этой комнаты, и я разберусь с тобой позже, когда захочу

и буду готов, черт подери. Я понимаю, что творится в твоей голове. Я бы даже смог