– Что ты говоришь? Я их мамэн. Я...

– Больше нет.

На мгновение повисла тишина, затем слова вырвались из нее:

– Ты не можешь... ты не можешь забрать Лирик и Рэмпа... ты не можешь забрать их

у меня! Я их мамэн! У меня есть права...

– Нет у тебя прав. Ты якшалась с врагом. Ты совершила измену. И тебе повезло

остаться после этого живой - не то чтобы мне было дело до того, выживешь ты или

умрешь. Единственное, что для меня важно - это то, что ты больше никогда не увидишь

этих детей...

Перемена в ней была мгновенной и всеобъемлющей.

В одно мгновение Лейла перешла от злости к каменному молчанию. И перемена

была столь резкой, что он подумал, не случилось ли с ней удара.

Но потом изогнувшаяся верхняя губа обнажила ее удлинившиеся клыки. И

изданный ей звук заставил волоски на его шее приподняться от настороженности.

Когда она заговорила, голос ее был столь же смертоносен, как лезвие кинжала.

– Я не советую тебе пытаться удержать меня от моего сына и дочери.

Куин обнажил свои клыки.

– Испытай меня.

Ее тело сжалось пружиной, и она издала шипение, напоминавшее гадюку. Вот

только она не бросилась на него, чтобы разодрать его лицо в клочья.

Она распрямилась и дематериализовалась.

И она могла направиться лишь в одно место.

– О, черта с два, - прокричал он холодному безразличному зимнему пейзажу. -

Хочешь войны - ты ее получишь, мать твою!

– ... временами я жажду этого, - говорил Блэй, делая глоток из низкого стакана.
– Ну

то есть, для людей это смертельная привычка. Но вампирам не нужно беспокоиться о раке

от курения.

Бильярдная комната Братства была по большей части пуста - турнир развалился,

когда Бутчу пришлось остаться с Кором, Тормент отпросился, Рейдж был ранен в

сражении, а Рив решил остаться на вилле с Эленой. Но это даже здорово. Блэй все равно

отлично играл с Вишесом, они вдвоем кружили посреди пяти столов, одерживая друг над

другом верх. Хорошие новости? Лэсситера где-то носило, а значит, телевизор над

массивной каминной полкой работал без звука.

Никаких диснеевских фильмов с идиотскими песенками.

Если бы Блэй еще раз услышал это дерьмо из "Холодного сердца", он уж точно

отпустиииииииил бы себя.

Например, опустошив обойму прямо в лобовую долю его мозга.

По другую сторону стола Вишес прикурил очередную самокрутку.

– Так почему ты бросил курить?

Блэй пожал плечами.

– Куин это ненавидит. Его отец курил сигареты и трубку, так что я думаю, ему это

напоминает о вещах, о которых он предпочел бы не думать.

– Ты не должен меняться ради кого-то.

– Я сам решил бросить. Он никогда меня не просил.

Пока Брат склонился над столом, прицеливаясь своим кием, Блэй подумал о самом

начале своих отношений с Куином. Вся эта хрень с его курением совпадала с

наблюдениями за тем, как мужчина, в которого он влюблен, трахает все, что движется. Тот

период был ужасен. Нет, они не были в отношениях - и всякий раз, когда Куин трахал

кого-то другого, это служило напоминанием, что у них никогда не будет отношений.

Черт, да тогда Блэй даже не признался в своей ориентации.

https://vk.com/vmrosland

Со всем этим стрессом и печалью и без того тяжело было справляться, но с его

стороны было еще томящееся иррациональное отрицание. Так что да, он воспользовался

механизмом адаптации, который Куин не любил и не одобрял. Это была разрушительная

мелочная месть мужчине, который не связывал себя обязательствами.

Но, по крайней мере, бросить было легко. Как только они двое сошлись вместе, он

отложил сигареты и больше к ним не возвращался.

Ну... возможно, точнее было бы сказать, что он никогда не срывался. Иногда, когда

он видел, как Вишес прикуривает, и ароматный дым наполнял воздух, он действительно

ощущал страстную тягу к...

Как раз когда Ви послал биток в выставленные по центру шары, из фойе донесся

ужасный грохот. Громкий, повторяющийся, достаточно мощный, чтобы надежная-как-дуб