С этим ясно. Если я успешно грохну паладина, божественное проклятье меня не постигнет. Хотя некоторые негативные последствия в будущем возможны. Ибо стандартное благословение наложенное на каждого верующего в Иваву с большой вероятностью фиксирует внешний вид и паспортный данные того, кто осмелится этого самого верующего как-то обидеть. И если позднее на меня наткнется отряд светлых жрецов и паладинов, божественный глас им мигом рявкнет – бей Шмыг! Ногами! Ногами его!

Грустно, но ничего не поделать. Хотя описывались способы избежать подобного финала. Например измазаться как можно сильнее, превратиться в чумазого незнакомца. Плюс скрывающие твой игровой ник артефакты. Плюс особая магия и экипировка. Плюс особые умения изучаемые в неких гильдиях. У меня кроме грязи ничего не было. И я с радостью окунул физиономию в густую лужицу грязи. Шанс крохотный, но пренебрегать им не стану.

Паладины Ивавы имеют по обыкновению благословение на повышение уровня жизни, на силу удара тупым оружием, на стойкость к ядам и некоторым темным проклятьям, техникам и умениям. Отсюда такая большая популярность – щедрость жрецов Ивавы просто зашкаливает. Игрока куда как легче прокачивать уровни с десятипроцентной прибавкой к здоровью, стойкостью к ядам, с повышенной силой удары. Взял дубину – и пошел глушить врагов. Ну или палицу, что та же дубина, только выглядит цивилизованней. Чтобы получить благословение следующего уровня, надо выполнить несколько храмовых заданий, пожертвовать некоторую сумму, пару раз произнести коротенькую молитву. Третий ранг благословения заработать куда как сложнее и самое главное – оно накладывается только на тех игроков, кто уже перешагнул рубеж в сотый уровень.

Таким образом паладин Кросси «накрыт» благословением либо первого, либо второго уровня. Второй уровень не добавляет здоровья, но очень сильно влияет на урон воина или мага по всяческой темной нежити и дает дополнительную защиту от темных атак вроде бесконтактного высасывания жизни или маны, против насланной слепоты и многих болезней. Я нежитью не являюсь. И ничего высасывать у паладина не собираюсь… как-то двойственно прозвучало…

Обычно каждый паладин имеет собственные ауры. Но на шестидесятом уровне вряд ли эти ауры чересчур мощные. Хотя помнить о них надо. Еще паладин является танком. Жизни у него много. И регенерация весьма хороша. И сил у этого гада хватает. Можно надеяться, что его ловкость на зачаточном уровне. Его мудрость и разум меня не интересуют. И очень, очень многое зависит от экипировки и оружия врага. Если он в действительно крутых крафтовых доспехах – я не справлюсь. Если на нем доспешный сет – мне каюк. Это полный провал. Буду верить, что Крутован не послал меня на верную смерть.

А еще сказочник дал мне некий темный костяной мизерикорд, обычно служащий для добивания уже серьезно раненного и зачастую упавшего на землю рыцаря. Узкое лезвие отлично проникает в щели брони. Кололи под левую подмышку, пропихивая лезвие в щель плечевого сочленения? Не помню.

Развернув оружие, я всмотрелся в него и зло скривился. Меня обманули. И не обманули.

Оружие представляло собой образчик с отличным для его уровня уроном. А еще оно дышало на ладан – ибо прочность костяного темного мизерикорда составляла ровно две единицы. 2\2. Это на один сильный удар. Не больше. Если острие попадет по броне – оружие тут же сломается с жалостливым хрустом, а паладин Кросси начнет громко и злорадно смеяться – что не сделает честь его святости и светлости.

И еще – если я воспользуюсь темным костяным мизерикордом с говорящим названием «Тень малой скверны», то мне сразу же навесят следующий ранг «темности». Из пособника тьмы я превращусь в приспешника тьмы. И звучит более «мелко» как-то и не радует меня такой решительный шаг ко тьме. Надо ведь все взвесить. А получать «приспешника» ради одного удара как-то глупо – тем более что удар может пройти мимо цели. Поэтому костяную фиговину я убрал подальше в мешок. И напомнил себе, что подобные предметы не должны видеть разные светлые личности вроде стражей Альгоры.

– Ты уверен? – девичий звонкий голосок прозвучал в мрачном подземелье очень чужеродно. Как ангельский певучий глас в пылающем аду – Тут все коридоры одинаковы.

– Чертова темень и вонючая вода! Мелкие мобы, никаких сундуков, плавающий мусор… хуже локации не видел! Кто придумал эти катакомбы? – басовитый голос наполнил проходы презрительным эхом, оскорбившим замшелые стены и тут же придавший моему плану отчетливый личный оттенок. Я когда был наверху не позволял себе оскорблять осины и пруды! Чего это он мой плавающий мусор хает?

– Так ты уверен?

– Нет. Как я могу быть уверен? Сама же видишь светящуюся зону поиска. Ну жрецы! Ну личности туманные! Младший жрец Плимииус попросил спуститься примерно в эту область и проверить насколько правдивы смутные слухи о некоем зле появившимся в подземной тьме. И рукой там махнул над картой – область указывая. Уф… но отказаться нельзя – репутация упадет.

– Да я понимаю…

– Ну, во всяком случае через этот коридор мы еще не проходили – второй мужской голос звучал тоньше и казался несколько высокомерным – Я отслеживаю по карте, ставлю отметки. Главное действовать по системе. И быстро проверим всю зону. Хотя откуда здесь зло? Разве что хищный навоз баттерфляем по грязи рассекает и может запачкать ботфорты. Не катакомбы, а зона Вонючее Гнилоземье!

– Тухловодье! – радостно поддержала девушка.

– Вонючий стан! – не остался в стороне и Басовитый.

– Ну все – прошептал я себе под грязный нос – Я вас всех порешу!

Моих хрипящих угроз никто не услышал и «небесные» гости продолжили упражняться в острословии. Их громыхающие и отражающиеся дрожащим эхом голоса вольно гуляли по полузатопленным коридорам, то удаляясь, то снова приближаясь ко мне. Я предпочел выждать еще немного, чтобы определить упомянутую ими некую систему обыска коридоров. Если она поддается логике – а она должна – то я смогу определить их предполагаемый маршрут и опередить чужаков на шаг или два и выбрать себе наилучшее место для засады. А для одинокого убийцы нет преимущества весомее.