Я же не чувствовала себя в безопасности — любовь к Джареду сделала меня уязвимой.

Интересно, полюбили бы мы с Мелани Джареда, будь он всегда таким, как сейчас, а не тем, улыбающимся Джаредом из воспоминаний, который явился в жизнь Мелани, неся в горстях надежду и чудеса. Пошла бы она за ним, если бы он всегда был таким черствым и циничным, если бы потеря жизнерадостного отца и бесшабашных старших братьев сковала бы его сердце таким же льдом, как потеря Мелани?

«Конечно. — Мел ни чуточки не сомневалась. — Я любила бы Джареда, каким бы он ни был… Он мой, даже сейчас».

Мне стало интересно, смогу ли я сказать о себе то же самое. Полюбила бы я его, если бы в воспоминаниях он был таким, как сейчас?

Тут меня прервали. Джаред вдруг заговорил — непринужденно, словно продолжил начатую фразу.

— Значит, из-за тебя Джеб и Джейми считают, что возможно сохранить некое подобие сознания даже после того, как тебя… поймали. Они оба думают, что Мел где-то внутри тебя, не сдается.

Он легонько постучал костяшками по моему лбу. Я отпрянула, и он сложил руки на груди.

— Джейми думает, что она с тобой разговаривает. — Джаред ухмыльнулся. — Не слишком-то честно так разыгрывать ребенка, впрочем… бессмысленно взывать к совести, если ее нет. Хотя… что-то в теории Джеба есть — это-то меня и убивает! Чего ты добиваешься? Поиски были организованы как-то несерьезно… без особого усердия. Похоже, Ищейки надеялись найти тебя, а не нас. Значит, они не знали, что ты задумала. А может, ты сама по себе? Выполняешь какое-нибудь секретное задание. Или…

Было легче не обращать на него внимания, когда он строил глупые предположения. Я принялась разглядывать коленки… Грязные, как обычно красновато-черные.

— Может, тебя и впрямь убивать не стоит. — Неожиданно пальцы Джареда легонько коснулись моей руки, которая от его слов покрылась гусиной кожей. Голос его зазвучал мягче. — Больше тебя не тронут. Пока от тебя нет неприятностей… — Он пожал плечами. — Я вполне допускаю, что неким извращенным образом они все же правы. Может, и не существует уважительной причины… Разве что Джейми…

Моя голова резко приподнялась — Джаред буравил меня взглядом. Я пожалела, что выдала интерес, и снова уткнулась в колени.

— Меня пугает, что он все больше и больше к тебе привязывается, — пробормотал Джаред. — Надо было взять его с собой. Я и представить не мог… Понятия не имею, что теперь делать. Ему кажется, что Мел жива. Что с ним будет, когда…

Он сказал «когда», а не «если». Неважно, что он пообещал Джейми — по его мнению, отпущенный мне срок подходил к концу.

— Непонятно только, как тебе удалось добраться до Джеба, — рассуждал Джаред, сменив тему. — Джеб старик ушлый, обман насквозь видит. Точнее, видел — до недавних пор. — Он на минуту задумался. — Не в настроении разговаривать, да?

Молчание затянулось. Вдруг Джареда словно прорвало, и слова полились непрерывным потоком.

— Знаешь, что не дает мне покоя? А вдруг они правы? Как, черт возьми, узнать? Их послушать, так все сходится, и это меня бесит. Должно же быть другое объяснение.

Мелани попыталась встрять, но уже не так агрессивно, как раньше, почти без надежды прорваться. Я молчала.

Джаред пошевелился, отодвинулся от стены. Я следила за ним краешком глаза.

— Зачем ты здесь? — прошептал он.

Я заглянула ему в лицо — мягкое, доброе, почти такое же, каким его помнила Мелани. И почувствовала, как теряю контроль, губы задрожали. Изо всех сил я старалась не разомкнуть стиснутых рук, но мне захотелось прикоснуться к его лицу. Мне захотелось. Мелани это не понравилось.

«Если не даешь сказать, то хоть руки держи при себе», — прошипела она.

«Я пытаюсь. Прости…» — ответила я. Неловко было причинять ей боль. Мы обе страдали, но по-разному. Кто из нас в ту минуту страдал сильнее — неизвестно. На глаза навернулись слезы.

Джаред с любопытством меня разглядывал.

— Зачем? — мягко спросил он. — Знаешь, Джебу взбрело в голову, что ты здесь из-за нас с Джейми. Бред какой-то…

Рот приоткрылся, и я быстро прикусила губу. Джаред медленно потянулся ко мне и обеими руками прикоснулся к моему лицу. Мои глаза закрылись.

— Может, скажешь?

Голова быстро один раз мотнулась. Кто из нас это сделал: я — давая знать, что не скажу, или Мелани — подсказывая, что не может?

Ладони Джареда обхватили мне подбородок. Я открыла глаза. Его лицо было совсем рядом, в нескольких дюймах. Сердце дрогнуло, внутри все перевернулось — я попыталась вдохнуть, но легкие не слушались.