— Никто никому ничего не промывал, — прорычал Иен. Джаред махнул рукой: мол, не суть…

— Так вот, я ничего ей не сделаю. — Впервые за все время Джаред посмотрел на меня, оценивая, как я жмусь к дальней стене, наблюдая, как дрожат мои руки. — Больше я тебя не трону, — сказал он мне.

Я робко шагнула вперед.

— Анни, ты не обязана с ним говорить, если не хочешь, — торопливо сказал Иен. — Ты никому ничего не должна. Помни, у тебя всегда есть выбор.

Брови Джареда сдвинулись, нависли над самыми глазами — похоже, его смутило услышанное.

— Нет, — прошептала я и сделала еще один шажок. — Я с ним поговорю.

Джаред жестом поманил меня к себе. Я медленно, шаг за шагом, подошла и встала в ярде от него. Иен следовал за мной по пятам.

— Хотелось бы поговорить с ней наедине, если не возражаешь, — обратился к нему Джаред. Иен не сдвинулся с места.

— Возражаю.

— Ничего, Иен. Иди, поспи. Все будет хорошо. — Я легонько потянула его за локоть.

Иен с сомнением всмотрелся мне в лицо.

— Ты что, хочешь умереть? Ради мальчика? — удивился он.

— Нет. Джаред не обманет Джейми.

Джаред посмотрел волком, когда я вот так, не скрывая доверия, произнесла его имя.

— Ну, пожалуйста, — взмолилась я. — Я хочу с ним поговорить.

Иен долго смотрел на меня, а потом ощерился на Джареда и гаркнул приказным тоном:

— Ее зовут Анни, а не тварь. И не вздумай к ней прикасаться. Только попробуй, и я с тебя шкуру сдеру.

При этой угрозе я поморщилась. Иен зашагал в темноту.

Джаред и я смотрели на пустое место, где только что стоял Иен. Я первая подняла глаза на Джареда. Наконец он взглянул на меня, но я отвела взгляд.

— Он что, серьезно? — спросил Джаред. Я решила, что это был риторический вопрос. — Может, присядешь? — предложил он, похлопав по лежащему рядом матрасу.

Я немного поразмыслила, а потом села на край матраса, поближе к входу в нору. Мелани это не понравилось; ей хотелось присесть рядышком, вдохнуть запах и ощутить тепло тела Джареда.

Мне же не хотелось сидеть рядом с ним — и не из-за страха, что он причинит мне боль: Джаред казался очень усталым и измотанным. Я опасалась сближения. Когда он находился рядом, в груди что-то сжималось — я чувствовала, как он меня ненавидит.

Склонив голову набок, Джаред наблюдал за мной; наши взгляды пересеклись, и я почти сразу отвела глаза.

— Прости за вчерашнее. По лицу… Это я зря.

Я уставилась на свои руки, крепко сомкнутые на коленях.

— Не бойся меня.

Я кивнула, не глядя на него. Он крякнул.

— А я думал, ты согласилась со мной пообщаться…

Я пожала плечами. Говорить было трудно, слова застревали в горле: исходящая от Джареда враждебность повисла в воздухе между нами.

Джаред шевельнулся и придвинулся ближе — на радость Мелани. Слишком близко: мысли путались в голове, дышать стало трудно, но отсесть было выше моих сил. Странно… Мелани, которая так этого ждала, вдруг разозлилась.

«Что?» — я не ожидала столь бурных эмоций.

«Тоже мне, расселся. А ты и рада!» — Впервые с тех пор, как мы вместе покинули цивилизованный мир, от нее повеяло враждебностью. Я была поражена. Это нечестно!

— У меня к тебе только один вопрос, — прервал нас Джаред.

Я посмотрела на него и отвела глаза, стушевалась под жестким взглядом. Еще и Мелани недовольна…

— Тебе, наверное, интересно, какой. Джеб с Джейми всю ночь заговаривали мне зубы…

Я ждала вопроса, разглядывая мешок с рисом у стены напротив — мою вчерашнюю подушку. Боковым зрением я заметила, как он поднимает руку, и вжалась в стену.

— Я тебя не трону, — раздраженно повторил он. Шершавая ладонь легла на мой подбородок — Джаред развернул мое лицо к себе.

От его прикосновения сердце замерло, к глазам подступили слезы. Я сморгнула.

— Анни… — Джаред медленно, неохотно произнес мое имя. Впрочем, голос его звучал ровно. — Мелани жива? Она… часть тебя? Мне нужна правда.

Мелани, как бульдозер, поперла в атаку. Ее попытки прорваться причиняли мне физическую боль — это было похоже на внезапный приступ мигрени.

«Хватит. Разве ты не видишь?»

В линии губ, в жестких морщинках вокруг глаз Джареда словно отпечатался ответ: неважно, что я скажу или что скажет она.

«Он заранее решил, что я лгу, — сказала я Мелани. — Ему не нужна правда, он хочет меня подловить, уличить во лжи, доказать Джебу и Джейми, что я — Ищейка, лишь бы ему разрешили меня убить».

Мелани не желала отвечать, да и верить отказывалась; она отчаянно рвалась на свободу.

Лоб покрылся испариной, меня трясло. Глаза Джареда сузились. Он крепко держал мой подбородок, не давая мне опустить лицо.