– Эрик, так вот ты какой на самом деле! – вымолвила Влада протяжно, пытаясь подобрать слова, чтобы выразить отношение к увиденному. – Этот шатер говорит о тебе лучше любых слов. Дядюшка Фрейд написал бы целую книгу о твоем внутреннем мире, увидев все это… Не спрашивай сейчас, кто это, я потом тебе расскажу.

«Это же его вызов обществу, крик протеста, персональная «цветная» революция, – ясно осознала девушка. – Это как… “Черный квадрат” Малевича, как поэзия Серебряного века…»

– Да ты бунтарь, Эрик. И мне в тебе это нравится, чертовски нравится!

Тот стоял довольный, как кот после банки сметаны.

– Я знал, что ты меня поддержишь, джейя.

– Вначале, увидев дворец, я восхитилась его красотой. Но уже к середине второго дня я начала с ума сходить от его белой обстановки, – призналась она. – Белая мебель, белые коридоры, белые лестницы и террасы… Да, и белые платья в гардеробной! Двадцать шесть белых платьев! Как сказала Эмма, никаких цветов фруктов и овощей в одежде! Она скривилась, услышав мой вопрос о красных и желтых нарядах.

– Ты познакомилась с Эммой? – спросил он так, будто бы не знал.

«Странный вопрос, – отметила Влада. – Видимо, мистер эльф приглядывает за мной меньше, чем я думала...»

– Да. А не должна была?

– Нет, отчего же, – сказал он, немного задумчиво. – Я рад, что круг твоих знакомых расширяется. Скоро я представлю тебе еще нескольких человек. – Он сделал паузу, видно, что-то обдумывал. – Хорошо, что ты сказала мне о твоей комнате, я смогу кое-что поправить. Прости, но я не в силах организовать нечто подобное в стенах дворца, – виновато сообщил он, окидывая взглядом безумно-яркое пространство.

– О, что ты, Эрик! Нет, нет, спасибо… Мне не нужно нечто подобное, – поспешила разубедить его Влада. – Мне будет вполне достаточно нескольких ярких подушек, цветного пледа и вазы для цветов.

– Вазы для цветов?

– Ах да, я же не рассказала тебе про цветы… – вспомнила она и переложила ромашки из одной руки в другую. – Сейчас я что-то покажу тебе. В твоей берлоге есть посуда?

Эрик подошел к радужному шкафу и открыл одну из створок – там находился буфет, полный разнообразной кухонной утвари.

– Отлично, эта круглая чаша мне более-менее подойдет. – Влада взяла оранжевую емкость и направилась к двери, за которой подозревала наличие ванной – так и было. Набрала в импровизированную вазу воду из-под крана, вернулась и подошла к яркому столику, поместив ее в центре.

– А теперь смотри, – сказала она ему. – Цветы девушке принято дарить без корней. – Она скрутила все стебли разом и оторвала корневища.

Влада сама от себя не ожидала, что сможет голыми руками так легко переломить стебли одним рывком, но, видимо, ромашки в это время года становятся хрупкими. Она поставила цветы в вазу и распределила их равномерно по чаше.

– Вуаля! Правда, ваза нужна другой формы – повыше и поуже, чтоб цветы стояли в ней вертикально и более компактно. Я подозреваю, что у вас вообще не выращивают декоративные цветы – розы, хризантемы, гладиолусы?

– Я не очень понимаю, о чем ты сейчас говоришь… У нас сажают цветы для украшения городских улиц. Но практически все они белые, джейя. – Он пожал плечами. – Я понял намек: ромашки тебе не понравились?

– Очень понравились, Эрик. Просто конец лета – это не лучшее время для них, ну и корни меня немного рассмешили, – призналась она, не скрывая улыбки. – Но я, правда, очень тронута и цветами, и принцем на белом коне.

– Ты тронута мной? – переспросил он с недоверием.

– Э-э, я не знаю, что тебе там сказал переводчик… Я рада цветам и приятно удивлена, что ты ждал меня на белом коне. Кстати, ты же уже не принц, раз коронован вот уже как пять лет, – подтрунила она над ним.

– Завидная осведомленность, ми джейя.

– Мне очень нравится, когда ты меня так называешь. Скажи, а можно настроить переводчик так, чтобы он не транслировал некоторые слова, оставляя их на эйдеринском?

– Леди Влада, все, что ни пожелаете, – сказал он галантно. – Какие слова ты хочешь выключить?

– «Джейя» и… «экто». Пока только эти. Возможно, в будущем появятся дополнения.

Эрик с недоверием посмотрел на нее:

– Экто?

– Понимаешь, в нашем языке перевод этого слова считается, ну как тебе сказать, неприличным… У экто в моем мире есть много названий, но все они разной степени нецензурности. И молю, не проси рассказать тебе об этом подробнее!

– Конечно, джейя. Но «экто» для тебя звучит приемлемо?

– Вполне, это незнакомое слово иного языка… Собственно, и с самим экто я вовсе не знакома.