– Давно он исчез, товарищ генерал? – деловито спросил Дубинин.

– То есть, – засопел Слепцов, – вас это совсем не удивляет?

– Зная Морозова – не очень.

Слепцов подозрительно оглядел своего помощника.

– Может, он с вами уже выходил на связь? – спросил он с затаенной надеждой.

– Никак нет, товарищ генерал, не выходил.

– Но… какие-то соображения у вас есть?

– Если бы я мог узнать, что именно сообщил полковник Кирш…

Лицо Слепцова чуть разгладилось.

– Оба эти красавца вошли вчера в публичный дом, – ворчливо сообщил он. – Сняли номер до утра.

– С девушками? – уточнил Дубинин.

– Естественно!

– Понятно.

Слепцов уставился на помощника.

– Я чего-то не знаю?

– Нет-нет, товарищ генерал. Все в порядке. Что было дальше, полковник Кирш рассказал?

– Весьма красноречиво. Но если коротко, утром они оттуда не вышли.

– То есть Крохин и Морозов не вышли из публичного дома?

– Именно так, товарищ подполковник, – язвительно подтвердил Слепцов.

Дубинин едва заметно улыбнулся.

Улыбнулся, помимо воли, и Слепцов.

– Куда же они делись? – невинно спросил Дубинин.

– Вот об этом нам всем и хотелось бы узнать.

– Но радиомаяк? – напомнил Дубинин.

– Какое там, – махнул рукой Слепцов. – Валялся под кроватью вместе с телефонами.

Дубинин немного подумал.

– Если Крохин спланировал бегство заранее, а все его действия указывают именно на это, ничего другого ждать и не приходилось, – изрек он наконец.

– Весьма многозначительный вывод, подполковник, – сказал Слепцов. – Я и сам, знаете ли, додумался до него.

– Тогда в чем проблема, товарищ генерал? Мы с самого начала допускали, что Крохин будет действовать по своему сценарию. И пока наш прогноз полностью оправдывается.

– Какие мы молодцы, – покачал головой Слепцов. – А Морозов?

– Что – Морозов?

– Почему Морозов скрылся бесследно, не дав ничего о себе знать? Он что, не мог связаться с вами?

– Возможно, еще свяжется.

– Да бросьте! – слегка привстав и снова осев в кресле, выкрикнул Слепцов. – Он никогда не считает нужным держать нас в курсе дела относительно своих перемещений. Чертов разгильдяй. И даже телефон выбросил!

– Может быть, Крохин поставил ему условие? – предположил Дубинин.

– Какое еще условие?

– Ничего не сообщать нам. И он же заставил Морозова избавиться от телефона.

– Почему? Мы же на стороне Морозова. А коль Крохин доверяет Морозову, ему нет смысла таиться от нас.

– Неизвестно, как велико это доверие. Крохин всегда ведет свою игру. Морозов нужен ему для выполнения части плана. Но весь план, целиком, так сказать, известен только Крохину. И вряд ли он хочет, чтобы кто-то еще был в него посвящен.

– Мудрено, – подумав, отвечал Слепцов. – Но что-то в этом есть. Значит, Морозов, по-вашему, находится под полным контролем Крохина?

– Похоже, что так.

– Хм. В таком случае несладко ему приходится.

Слепцов поднялся и начал расхаживать по кабинету. Дубинин скромно молчал, даже и не думая приписывать себе столь радикальный поворот в направлении мыслей шефа.

– Но как-то мы должны узнать, куда они хотя бы примерно направляются? – остановившись, взглянул на помощника Слепцов.

– Я думаю, мы это узнаем, – твердо сказал Дубинин.

– Когда?

– Скоро, товарищ генерал.

– Скоро, – хмыкнул Слепцов, садясь за стол. – Скоро – это не ответ, подполковник, и вы это прекрасно знаете. Вашему оптимизму можно только позавидовать.

Он побарабанил пальцами по столу.

– Ладно, будем считать, что Морозов находится у Крохина в положении заложника. Каким образом Крохин мог этого добиться? Кажется, Морозов не из пугливых.

– Скорее всего, есть какая-то информация, о которой никто не должен знать.

– И даже мы?

– И даже мы.

– То есть вы хотите сказать, что Крохин опасается утечки информации настолько, что убедил Морозова не выходить на связь?

– Мне кажется, так могло бы быть, товарищ генерал.

– Что же это за информация такая? – нахмурился Слепцов.

Внезапно он остро глянул на Дубинина.

– Он вам звонил?

Ни один мускул не дрогнул на чеканном лице подполковника.