Шрифт:
– Салазар честный человек!
– воинственно заявила она, а потом стушевалась и тише добавила: - И я не упряма, - после чего замолчала, тоскливо глядя перед собой.
– Мари, давай нормально поговорим, - миролюбиво предложила я, видя, насколько ей тяжело.
– Хотя бы попытаемся сделать это ради Салазара. Он сейчас меж двух огней и это ещё больше усложняет его жизнь, а ему и так нелегко. Можешь и дальше ненавидеть меня, но хотя бы не дёргай его. Ты как любящая женщина должна приносить своему мужчине успокоение, а не лишние проблемы. Даже я, зная его совсем мало, вижу насколько он порядочный и заботливый, а значит, он не бросит меня в беде. Боюсь, даже может случиться такое, что он скорее откажется от тебя, чем от меня, а я совсем этого не хочу.
– Так уезжай, - сказала она и умоляюще посмотрела на меня.
– Попроси дать тебе денег и уезжай. Салазар сколько ты захочешь, столько и даст тебе денег. Чтобы он не говорил, всё равно отпустит, если ты пожелаешь. Пойми, ты в нашей жизни лишняя. Лишь бередишь его раны. Он только-только начал успокаиваться насчёт Мии и стал хоть немного приходить в себя, а тут появилась ты... И опять разговоры только об одной мести. Он должен отпустить сестру и попытаться наладить свою жизнь, а ты для него живое напоминание того, как втроём вам было весело и интересно. Он как будто заново переживает те трагические события...
Она замолчала, с надеждой посмотрев на меня, и я ощутила себя действительно виноватой во всём. "Она, наверное, права. Я ведь тоже только и слышу о том, как нам было хорошо втроём в детстве. Салазар постоянно об этом говорит и вспоминает Мию. Да ещё и ситуации у нас схожи".
– Мне жаль, что так получается, - пробормотала я, не зная, что ещё сказать.
– Жаль ей, - грубо бросила Мари, но быстро взяла себя в руки и, подойдя ко второму креслу, стоящему напротив, села в него и посмотрела мне в глаза.
– Салазар действительно очень порядочный и хороший человек, и да, признаюсь - я люблю его, причём давно. Я помню, какой он был до всего этого. Лучшего мужчины не существовало на свете. Весёлый, галантный, понимающий и умеющий поддержать, он излучал силу, добро и уверенность. Знаешь, как на него смотрели все женщины? Сколькие пытались его завоевать? И совсем не потому, что он ещё и красив, и богат. Думаешь, он хоть раз позволил себе неджентельменский поступок? Воспользовался внимание? Нет! Он всегда был предельно честен со всеми. Его любили все друзья и знакомые, потому что он был благородным человеком, с которым даже пять минут разговора были приятны и незабываемы... а потом, когда случилось несчастье с Миа, он полностью изменился. Закрылся в себе и не никого не подпускал. Его интересовала только месть, и это разъедало его душу. Он даже стал убийцей, хотя это не свойственно его настоящему характеру. А мне пришлось за всем этим бессильно наблюдать и вытаскивать его раз за разом с того света, когда он наказывал виновных в ущерб своему здоровью... Ты хоть представляешь каково это наблюдать за душевными и физическими муками человека, которого любишь больше жизни? Смотреть, как он засыпает и бояться, что не вернётся после сна? Это самое страшное для меня. Я каждый раз боюсь, что не вытащу его после столкновений во сне. И вот так я прожила три года. А в последний год Салазар начал потихоньку приходить в себя и интересоваться не только метаморфами. Он снова начал хоть изредка улыбаться. Покидать дом не только для того, чтобы узнать хоть что-нибудь о метаморфах и все разговоры перестали крутиться возле них. У меня даже появилась надежда, что он ответит на мои чувства, а не будет повторять одно и то же, что он опасен для простых людей и от него нужно держаться подальше... И тут появилась ты. Сновида, как и он, с которой много общего - детство, ненависть к метаморфам, желание наказать их и всё вернулось... Я снова вижу в его глазах только жажду мести, а к остальному интерес утерян, - она тяжело вздохнула и лицо исказила гримаса боли.
– Пока ты рядом, он не успокоится.
Слушая всё это, я стала осознавать, что двигает ею и ощущала всё большую жалость к молодой женщине, желающей только добра и счастливой жизни для любимого, но всё равно не понимала, как помочь ей. "Да и смогу ли я в такой ситуации? Вряд ли", - подумала я, а вслух произнесла:
– Мари, боюсь, даже мой отъезд уже не поможет. Ведь Салазар знает о моём существовании и положении, и если он настолько добр и ответственен, как ты говорила, он продолжит за меня волноваться. Он испытывает вину за смерть Мии и, относясь ко мне, как к ней, будет стараться обезопасить. Думаю, если уеду, сделаю только хуже. Ты же понимаешь, он не перестанет за мной следить и переживать о моей судьбе. А если что-нибудь со мной случится, начнёт мстить и за меня, и тогда нормальной жизни даже в отдалённом будущем не предвидится...
– Да понимаю я и это! Но если ты хорошо спрячешься, то метаморфы тебя не найдут, а значит и Салазар будет спокойно жить и постепенно всё забудет!
– горестно воскликнула Мари, перебив меня, а потом с отчаянием добавила: - И зачем ты вообще появилась в нашей жизни!
– Я меньше всего желала создавать кому-либо проблемы, - сухо ответила я.
– Но так вышло и я ничего не могу сделать...
– Ты просто не хочешь! Думаешь только о себе!
– А почему ты не рассматриваешь вариант, что я могу помочь Салазару отомстить за Мию?
– я решила зайти с другой стороны, потому что отъезд из этого дома был невозможен хотя бы пока я не найду маму.
– Я жила в доме метаморфа и знаю про них больше, чем вы, а значит, могу найти хоть кого-то из них во сне и узнать что-то новое. Вдруг я, таким образом, выясню и имена тех, кто виновен в смерти Мии и, наказав их, Салазар, наконец, обретёт душевное спокойствие.
– Вдруг - слишком неоднозначное слово, - резко бросила Мари.
– Вдруг узнаю или вдруг не узнаю, вдруг увижу или вдруг пропущу что-то важное, вдруг захочу от Салазара больше, поняв насколько он хороший мужчина, или вдруг всё же решу остаться лишь его другом...
– Так вот что тебя ещё волнует, - вставила я.
– Боишься, что я заинтересуюсь им, если останусь. Но это зря. Особенно в свете последних новостей. Я беременна от другого...
– И это должно меня успокоить?
– она смерила меня презрительным взглядом.
– Салазар помимо прочего ещё и очень настырным может быть, если пожелает. А если к этому добавить его благородство, может предложить и руку с сердцем, чтобы ребёнок рос в нормальной семье...
– Мари, ты уже фантазируешь сверх меры!
– обескураженно ответила я, прерывая этот поток фантазий.
– Ты хоть сама понимаешь, насколько сказочные предположения выдвигаешь?
– Сказочные?
– прошипела она.
– Да как только он о тебе узнал, всё, другие разговоры закончились! Есть только ты! Я устала слушать, каким милым ребёнком ты являлась в детстве. Как ты умела фантазировать и веселила их с Миа. Как он скучал все эти годы и не забывал тебя. Как тебе не повезло с мужем. Какая ты несчастная, что попала в страшную аварию. Как плохо с тобой поступили метаморфы... И прочее! В его жизни сейчас главная только ты, а я... я просто врач, который следит за самочувствием и всё..., - под конец Мари начала запинаться, а потом вообще разрыдалась и уже сквозь слёзы добавила: - Ты его единомышленница, и ближе ему, чем я... Даже если сейчас ты ничего к нему не чувствуешь, не факт, что и потом всё останется так же. Вы будете сближаться после каждого сновидения. Обсуждать всё то, что там делали и видели, и я потеряю Салазара навсегда... Пока ты рядом, я не смогу завоевать его любовь, а ты... ты ведь не будешь любить его так, как я, по-настоящему. Только я понимаю Салазара и смогу сделать его счастливым...
– Ох, Мари... Мари..., - пробормотала я, чувствуя насколько ей больно. А затем встала, пересела на подлокотник её кресла и, обняв за плечи, прижала к себе плачущую женщину, не зная, как убедить её, что Салазар может быть мне только другом.
"Чтобы я не сказала, она продолжить талдычить, что я для неё угроза. И возможно, кое в чём она права... Нет, мы, конечно, вряд ли станем больше чем друзьями, потому что я не хочу больше любви. Хватило и того, что сначала муж обманывал, а потом и Лука использовал, но ведь для Мари это всего лишь слова. Но вот то, что между мной и Салазаром появится единство и большее понимание, чем с Мари, это точно. Как сновиды мы будем лучше понимать друг друга... Так что же делать? Может действительно уехать?... Если рассудить, то это даже более правильный вариант. Салазар находится под присмотром метаморфов и если я останусь, то однажды Лука может узнать о ребёнке, а если скроюсь, то есть шанс, что у меня не отберут малыша... Да и вообще, не могу же я сидеть всю жизнь у него на шее. Неправильно это... Только вот куда ехать? Да ещё сейчас, когда я не знаю судьбу мамы", - я задумалась, а Мари в этот момент громко всхлипнула и, уцепившись мне в ладонь, уныло произнесла: