Заглянув в большую гостиную и никого там не найдя, я принялась обходить дом, чтобы найти своего спасителя, а подойдя к одной из дверей, услышала недовольный голос Мари:

– И что, ты вот так спокойно будешь вести себя?
– спросила она.
– А если твоя ненаглядная Риша примет решение рожать и захочет оставить ребёнка себе?
– моё имя она процедила с ненавистью.
– Ты хоть представляешь, что её выродок от метаморфа будет постоянно маячить у нас на глазах! Ты готов терпеть в своём доме эту тварь?

– Мари, успокойся! Надоело уже выслушать твои претензии и ремарки, - судя по всему, разговор уже длился некоторое время, поэтому оба говорили на слегка повышенных тонах.
– Это ребёнок Риши и только она будет решать, как поступать. Я не собираюсь давить на неё. А понадобится, буду и ребёнка терпеть...

– Салазар, да очнись же ты! Эта Риша не твоя сестра Миа, и никогда ей не будет!
– закричала врач.
– Миа ни за чтобы не согласилась рожать ребёнка от того, кто её обманул!

– Ты, как я вижу, не так хорошо знала мою сестру. И Миа родила бы ребёнка...

– Ладно, пусть она бы родила, но эта... Она не Миа! Она чужой человек тебе! Никто! Пассивная сновида, случайно ставшая активной из-за травм! А ты уже готов раскрыть ей свои объятия, во всём поддерживать и содержать! Не понимаю я тебя!
– голос звучал уже настолько враждебно, что мне становилось не по себе.

– Не понимаешь?
– раздражённо спросил Салазар.
– А знаешь, после революции в России, когда все бежали оттуда, многие тоже не понимали, почему мы создали фонд и помогали беженцам! Они все были нам чужими! В том числе и твоя прабабушка! Но мы помогали, потому что это правильно, это нужно и мы не могли бросить в беде тех, кому не повезло так, как нам. И Риша сейчас в такой же ситуации! Она испуганна, потому что её обыкновенная жизнь разрушена. Растеряна, потому что не умеет управлять своими способностями. Испытывает боль из-за того, что её просто использовали. У неё мать пропала! А впереди ещё и неизвестность и возможно тяжёлая жизнь с ребёнком, которого она во многом не будет понимать и который не сможет ответить ей настоящей любовью! Так кому помогать, как не ей?! И поверь, я осознаю, что она не Миа. Но всё равно она мне не чужой человек!

"Так, Мари всё не успокоится", - констатировала я. "Хотя я бы на её месте прыгала от радости, что возможная соперница беременна от другого. Да и Салазар чётко даёт понять, что я ему скорее как сестра. Вот чего она бесится? Боится, что однажды он захочет большего, несмотря на мою беременность? Нет, всё же поговорить с ней надо с глазу на глаз. А сейчас расставлю точки в другом вопросе, и даже не буду скрывать, что многое услышала из разговора", - решила я и, постучав в дверь, не дожидаясь ответа, вошла.

– Вижу, тут ломают копья по поводу моей беременности, - спокойно произнесла я, войдя в просторный кабинет, который больше походил на небольшую библиотеку за счёт того, что стены от потолка до пола представляли собой полки с массой книг.
– И делаете это вы достаточно громко. Считаю, что необходимо прекратить всё это и расставить точки на "i". Итак, первое - я буду рожать, и воспитывать своего ребёнка сама. Второе, Мари, это больше для твоего спокойствия - не волнуйся, мой выродок от метаморфа не будет маячить у тебя перед глазами. Потому что, как только я хоть немного разберусь со своими способностями и найду мать, то покину этот дом, чтобы не злоупотреблять гостеприимством хозяина и не провоцировать между вами конфликтов...

– Что? И речи быть не может об этом! Одна, без помощи и финансов ты не сможешь прятаться от метаморфов. Я просто не отпущу тебя! Тем более с ребёнком на руках!
– Салазар вскочил из кресла, а потом с яростью посмотрел на Мари и процедил: - Ты видишь, к чему привело твоё недовольство! Клянусь, если Риша уедет, ты и двух секунд не пробудешь в моём доме! Или ты немедленно просишь у неё прощение, или собирай вещи..., - договорить он не успел, потому что раздался телефонный звонок и, достав трубку, он посмотрел на дисплей, а потом холодно добавил: - Мне необходимо ответить, так что оставлю вас на несколько минут, а когда вернусь, желаю услышать от тебя извинения, - он ткнул пальцем в Мари, - А от тебя слова, что ты остаёшься!
– это уже обращалось ко мне. После чего он вышел, оставив нас в комнате.

Проводив его взглядами, мы посмотрели друг на друга, и я в очередной раз увидела в глубине глаз Мари боль. "Наверное, в любой другой ситуации я бы не смолчала и попыталась поставить её на место, но сейчас... Это всё равно, что бить собаку, которую хозяин и так вот-вот выгонит из дома", - подумала я и вздохнула, не зная, как объяснить Мари, что я не несу для неё угрозы. "Ладно, попробую ещё раз поговорить".

– Я не буду перед тобой извиняться, - с ненавистью произнесла она.

– И не надо, - дружелюбно ответила я и, пройдя, села в кресло, стоящее возле окна.
– Извинения всё равно не исправят ситуацию и тем более не уменьшат твои страхи и боль...

– Я ничего не боюсь! И тем более тебя!
– враждебно процедила она.

– Боишься, - не согласилась я.
– И именно меня. И этот страх толкает тебя на глупые поступки. Например, такие, как высказывание мнения обо мне в нелицеприятных словах, чем ты только отталкиваешь Салазара. А это глупо...

– Меня не интересует твоё мнение, - начала Мари, но тут уже я её перебила:

– А зря не интересует. Но хочешь ты или нет, я выскажусь прямо сейчас и сделаю это потому, что не считаю тебя плохим человеком. Ты просто влюблённая женщина, которая думает, что теряет мужчину и вследствие этого всеми способами пытается убрать соперницу с дороги... Не надо меня перебивать, - холодно бросила я, увидев, что Мари собирается что-то сказать, а когда она промолчала, продолжила: - Только вот я соперница тебе только в твоей голове. Салазар ведь ясно дал понять, что я ему, как сестра, а ты не хочешь это учитывать. Можно узнать почему? Ты не доверяешь словам Салазара? Он тебя уже обманывал? Или ты просто упряма, и придумав себе что-то, не желаешь слушать других?