Как оказалось, перед Сергио такой выбор не стоял вовсе.

— Уходим отсюда, быстро.

— Уверен? — побежал я по коридору вслед за рванувшим на выход альбиносом. Вдоль обеих стен неширокого коридора шли запертые двери, под потолком тянулись трубы, толстые связки проводов и жестяной короб воздуховода. — Могли бы попробовать разломать...

— На это и расчёт. — Неординар заскакал вверх по ступенькам. — Пробиться вниз не проблема, но если начнём возиться с бетоном, нас успеют накрыть.

— Хотели бы накрыть — выставили бы охрану.

— Спусков в катакомбы слишком много, распылять силы никто не станет. — Насторожившись, Сергио вдруг вскинул руку и замедлил шаг. — Что-то не так...

— Засада? — Я лихорадочно завертел головой по сторонам.

— Да! — Окончательно уверившийся в своих подозрениях неординар изо всех сил протаранил плечом одну из запертых дверей и влетел внутрь.

— Стоять! Руки за голову! — По мне мазнул яркий луч алхимического фонарика, и не теряя времени, я бросился вслед за альбиносом.

Запоздалый выстрел разнёс дверной косяк, во все стороны полетели пластиковые обломки и бетонная крошка. Я переложил разрядник в левую руку, не высовываясь, несколько раз вслепую пальнул и тут же отскочил в глубь комнаты. Возобновившийся через несколько мгновений обстрел оказался весьма интенсивным, но совершенно бестолковым. Стреляли по меньшей мере из трёх стволов: глухо ухали тяжёлые разрядники «Гром-32», несколько раз присоединялась к общему веселью «Зарница-1», по праву считавшаяся наиболее распространённым во всех спецслужбах личным оружием.

И о чём это говорит? Руку даю на отсечение — левую, разумеется, — первыми нас успели перехватить не профессионалы, а обычный патруль Корпуса Надзора. То ли им сигнал пришёл, то ли платформу кто-то заметил. Вот они и припёрлись. Другое дело, что нам и их за глаза хватит. Прорваться через коридор нечего и пытаться — в момент поджарят. Единственная надежда на способности альбиноса.

— Сергио, твоя тень нас не прикроет? — обернулся я замершему у стены неординару. — Как в тот раз с комитетчиками?

— Я ещё после неопира не восстановился, — мотнул головой альбинос. — И увести нас отсюда тоже не смогу — надо хотя бы из подвала выйти.

— А к этим идиотам прыгнуть? — Пальба постепенно начала затихать, а значит, сейчас в чью-нибудь светлую голову просто обязана прийти идея закидать нас светошумовыми бомбами.

— Это без проблем, — тяжело вздохнул Сергио. — Но их там трое. Если кто-нибудь успеет выстрелить, нехорошо получится. И тебя защищать уже не смогу.

— Держи, — сунул я ему разрядник. — Постреливай пока, не давай им приблизиться.

Сам вскочил на стоявший в углу комнаты стол, одним рывком вырвал вентиляционную решётку и, подпрыгнув, забрался в короб воздуховода. Хорошо раньше строили, с размахом. В нынешних постройках такой номер не у всякого ребёнка пройдёт. Одна проблема: как бы не заблудиться. А то вылезу слишком рано — и кранты.

По-пластунски пробираясь по вентиляционному коробу, я считал остающиеся позади боковые ответвления и пытался на слух определить местонахождение стрелков. Главное, чтобы подкрепление подойти не успело или сами не рассредоточились. Пока они в куче, шансы у меня весьма неплохие — вряд ли в патрулирующий окраины Плантации патруль направили первоклассных бойцов.

В какой-то момент короб завибрировал от звуков близких выстрелов, и проползя ещё с десяток метров, я кое-как протиснулся в боковое ответвление. Через вентиляционную решётку ничего толком разобрать не получалось, пришлось рискнуть и выбираться практически вслепую. Впрочем, вероятность ввалиться в какое-нибудь обитаемое помещение в заброшенном корпусе в расчёт могла не приниматься, и, выбив решётку, я спрыгнул на пол. Никого — что и требовалось доказать.

Подошёл к двери, аккуратно надавил плечом, и ставший хрупким от времени пластик дверного косяка легко и почти беззвучно лопнул. Выглянув в щель, я заслышал доносившуюся из-за поворота азартную стрельбу и выскользнул в коридор. Всё — сейчас начнётся.

Первым меня заметил боец Корпуса Надзора, пытавшийся вызвать подкрепление по разложенному прямо на полу мобильному терминалу. Вот только убежище было экранировано на совесть, и надеяться установить отсюда связь с оперативным дежурным мог либо законченный кретин, либо неисправимый оптимист. Судя по реакции на моё появление, связист сочетал в себе черты и того, и другого.

— Эй! — вскочив с пола, замахал он руками, видимо, приняв меня в потёмках за долгожданное подкрепление.

С этим недоумком я поступил на редкость гуманно: ускорился и без особых изысков хлёстким ударом в подбородок отправил даже не успевшего достать из кобуры разрядник идиота в нокаут. Вот только радоваться удачному началу было рано — увлечённо палившим по Сергио из тяжёлых разрядников бойцам обернуться на крик своего незадачливого товарища оказалось секундным делом.