— Я вас ждать не буду, такого уговора не было, — на всякий случай выглянул к нам из кабины водитель. — И над запреткой не полечу, не самоубийца.

— Ты, главное, мимо нужного корпуса не промахнись, — отмахнулся от него Сергио, лёгкими штрихами набрасывавший в реквизированном у водилы блокноте план подвала и убежища.

Ёжась от разгулявшегося на высоте прохладного ветерка, я изучил накиданные схемы и, развалившись на скамье, откинулся спиной на борт. Прямо над нами растеклось непроницаемо серое полотнище Пелены, где-то по ходу движения помаргивали сигнальные огоньки на крышах цехов и высотных вышках. Ещё дальше протянулась освещённая полоса, там начиналась та самая беспокоившая водителя запретка. Впрочем, волновался он совсем не напрасно, прослужив несколько лет в Корпусе Надзора, я прекрасно представлял, какой приём ожидает там нарушителей.

Но беспокоила меня сейчас вовсе не возможная встреча с бывшими сослуживцами — после стычки со штурмовиками Комитета Стабильности внутри будто что-то сломалось. Пришло осознание, что хуже быть уже просто не может. Рано или поздно они вычислят нас, и тогда... Тогда — ничего хорошего. Вот это по большому счёту и бесило: теперь от меня уже ничего не зависело. Оставалось только плыть по течению — и всё. Никаких реальных планов спасти свою шкуру, никаких проблесков надежды. Ну снимет порчу альбинос, дальше-то что?

Хм... Да нет, дальше возможны варианты. Всё ещё возможны. А Сергио-то какой ушлый тип! Излечи он меня сейчас, и вовсе не уверен, что не попытался бы его сдать. Слаб человек...

Человек?!

Тьфу ты! Понахватался!

— Готовьтесь! — предупредил нас водитель и начал медленно снижать высоту.

И хорошо, что медленно. Платформа завибрировала куда сильней, чем при взлёте, мелькнула мысль, что она сейчас просто развалится на куски. Но нет — обошлось: сбросивший скорость транспорт прошёл над тёмной громадой законсервированного корпуса и завис над крышей.

— Не отставай, — защёлкнув карабин троса на поручне, перевалился через борт Сергио.

Отставать я не собирался и, натянув перчатки, отправился вслед за растворившимся в ночи подельником. А стоило ботинкам коснуться бетонных перекрытий крыши, как трос тут же начал медленно выскальзывать из рук: вовсе не горевший желанием торчать на всеобщем обозрении водитель поспешил увести транспорт подальше от места высадки.

— Быстрей, — подозвал меня альбинос, уже успевший взломать прихваченной с транспорта фомкой люк.

— Иду, — подскочил к нему я и принялся спускаться по железной лесенке.

В окружившей со всех сторон темноте единственное, на что меня хватило — это не потерять из вида светлое пятно куртки неординара. Даже гвардейские очки толком не помогали. А вот сам Сергио с ориентированием в почти непроглядном мраке не испытывал ровным счётом никаких трудностей. Поднимая в воздух клубы скопившейся на полу пыли, мы добежали до лестницы и спустились на первый этаж. Нарваться на охрану опасений не было ни малейших — судя по заброшенному виду, сюда никто не заглядывал уже как минимум пару лет.

Впрочем, всё наше спокойствие разом испарилось, стоило добраться до спуска в подвал — на запыленном полу выделялись свежие следы. Приплыли...

— Спускаемся? — переведя дух, поторопил я задумавшегося альбиноса, который не спешил приближаться к уходившей в подвал лестнице.

— Да, — не сразу решился тот. — Спускаемся!

Вот только осуществить это намерение оказалось совсем не просто — на ржавой решётке, перекрывшей проход лестничным пролётом ниже, висел новенький замок, а пропущенная через толстые прутья цепь выглядела весьма надёжной.

— Надо было хоть какой-нибудь инструмент с собой захватить, — хмыкнул я. Использовать для таких целей разрядник откровенно давила жаба. — Может, за монтировкой вернуться?

— Разберёмся. — Альбинос для пробы подергал цепь левой рукой и неожиданно резко крутнулся на месте.

Лязгнул металл, и неординар отбросил оставшиеся в ладони вырванные звенья.

— Лихо, — крякнул я.

Вот только сомнения никуда не делись — свежие следы на полу, недавно смазанный замок... Раз сюда кто-то специально наведался, впереди и куда более неприятные сюрпризы поджидать могут.

Надо ли говорить, что именно так оно и оказалось? Уж не знаю, кто озаботился перекрыть спуск в катакомбы, но подошёл он к этому делу творчески. Всё гениальное просто — площадку с ведущим вниз люком теперь скрывала толстенная бетонная подушка, из которой торчала не успевшая даже покрыться ржавчиной арматура.

Так вот и получилось, что, спустившись на второй уровень убежища и пробравшись по запутанным тёмным коридорам, имевшим лишь отдалённое сходство с набросанной альбиносом схемой, мы оказались перед непростой дилеммой: возвращаться назад или попытаться разломать неожиданную преграду. Будь в моём разряднике полный резервуар с кровью, ещё можно было попытаться, а так...