– Я хочу увидеть Санту!
– Это первые слова, которые я говорю, как только мы выходим с самолета. Финляндия встречает нас жутким морозом, снегопадом и непередаваемым звездным небом. Снег застилает глаза, кристалликами стынет на ресницах и губах, и даже мне, вампиру, моментально становится холодно. Но ничего не способно сейчас ухудшить мое настроение, уничтожить эйфорию, которую я испытываю всякий раз, как вспоминаю наши поспешные сборы. Гробы со своей семьей ты отправил во Францию, в свой дом, объяснив это тем, что единственное, за что твоя сестра и брат по имени Кол, будут готовы тебя простить - новые шмотки. А еще ты разрешил мне позвонить друзьям, попрощаться. В итоге я сделала лишь один звонок. Стефану. Сейчас, вспоминая тот разговор, я могу верить, что в Мистик Фолс у меня остался хотя бы один друг.

– Стефан…

– Кэролайн? Что случилось?
– Его голос сразу стал взволнованным. Неудивительно. Все они привыкли, что связаться со мной можно только через твое посредничество.

– Мы уезжаем. Я хотела попрощаться. Передай Елене, что я люблю ее.

– Ты хочешь уехать?
– Стефан всегда умел находить суть, поэтому задал самый важный вопрос, не вдаваясь в пространные расспросы.

– Да.

– Вернешься?

– Не знаю. Я хочу, чтобы вы все были счастливы. Хочу, чтобы забыли меня. Мне не стоило возвращаться.
– Я не заметила, как по щекам начали струиться слезы, солеными каплями замирая в уголках рта.

– Я был рад тебя видеть. Я надеюсь, ты будешь счастлива. Передать ему что-то?
– Мне не было нужно уточнять о ком он спрашивал, поэтому я только сжала губы и коротко произнесла:

– Нет. Я хочу забыть.

– Хорошо. Давай мне иногда знать о себе, договорились? Я обещаю, что никому не буду говорить.
– Я только грустно улыбнулась и тихо ответила:

– Я… спрошу.
– Да уж, как бы не были спокойны наши с тобой отношения, я все еще не решалась давать такие обещания без твоего одобрения. Слишком хорошо врезались в мою память те жуткие дни, когда я расплачивалась за свой самовольный звонок.
– Прощай, Стефан.

– До встречи, Кэролайн.
– Я сбросила вызов и несколько секунд просто смотрела в одну точку. Вот и все. Я разорвала связи с друзьями. Окончательно потеряла глупую надежду на взаимность со стороны Деймона. Возможно, только Стефан иногда будет напоминать мне о прошлом. Если ты позволишь…

– Кого?
– Твой вопрос выводит меня из прострации, вырывает из воспоминаний.
– Санту?

– Да, Клаус. Это такой бородатый дедушка, который приносит подарки на Рождество. Хотя, учитывая твою стойкую неприязнь к этому празднику, я даже могу поверить, что ты не знаешь о ком я.
– Я усмехаюсь, крепче прижимаясь к тебе в попытке согреться.
– Мы поедем в гостиницу?

– Эммм… У меня есть и другой вариант. Более… домашний что ли. Но не знаю, понравится ли тебе это.
– Ты вопросительно изгибаешь бровь, распахивая дверцу огромного внедорожника, к которому мы наконец-то подошли. Да уж, суровая страна требует особый транспорт.

– Домашний? Мне нравится, как это звучит. А почему ты думал, что я это не одобрю?

– Скоро узнаешь.
– С этими словами ты нажимаешь на газ и машина, больше напоминающая танк, сдвигается с места.

***

Я завороженно смотрю в окно, на темно-фиолетовое небо обильно усыпанное перламутровыми точечками звезд. Где-то на горизонте небо переливается малахитовыми и лазурными всполохами, и я иногда даже забываю вдыхать морозный воздух, настолько прекрасно это видение.Это по-настоящему край света и легко поверить, что там на горизонте лишь черная бездна, бесконечность, где больше нет ничего, где только свобода, невесомое счастье и столь желанное мною ощущение полета. Мы все дальше и дальше продвигаемся на север, туда, где рождается сказка, где воздух пахнет снегом, хвоей и детством, где нет запретов, где счастье переполняет все, проникает в поры, в каждую клеточку тела, вырывается наружу беззаботным смехом, проявляется лихорадочным блеском в глазах и ощущением тепла даже в моем мертвом сердце.

– Эй, ты еще здесь?
– Ты усмехаешься, бросая на меня короткий взгляд, а потом добавляешь: - Просто мы уже приехали.
– Я удивленно смотрю на тебя, потом осматриваю окружающую обстановку. Небольшой домик я замечаю лишь через какое-то время, настолько сильно он погряз в снеге. Снежная шапка на крыше, метровый слой снега возле двери и только между этой белизной виднеются коричневые стены и несколько уютно желтеющих окон - таково наше временное жилище.

– Ого. Настоящий пряник, как в книжке со сказками.
– Я радостно улыбаюсь, распахивая дверцу автомобиля, выскакивая наружу и сразу же погружаясь в снег едва не до бедер. Кое-как обойдя машину и крепко обхватив тебя за руку, я интересуюсь: - А чей это дом? Свет горит.

– Я его снял на праздники. Здесь живет какая-то старушка. Решил, что раз уж мы отправляемся в, как ты выражаешься, сказочную страну, то и остановиться должны в сказочном домике, а не в гостинице.
– Ты говоришь невнятно, но тебя можно понять: на плече и в одной руке у тебя багаж, а на другой повисла я, в наглую позволяя тебе тащить меня, дабы не затрачивать лишние усилия.

– Старушка? Клаус, ты ей внушил?
– Я хмурюсь, ты же только вздыхаешь, закатываешь глаза и отвечаешь с издевательскими интонациями:

– Нет, я экономил несколько десятилетий, чтобы насобирать денег на путешествие. Если серьезно, то нет, Кэролайн, я ей не внушал. Я заплачу. И не буду пить ее кровь.
– Ты предугадываешь мой следующий вопрос еще до того, как я успеваю его задать.
– Кровь для нас я привезу из города. Успокоилась?
– Я утвердительно киваю и хочу спросить еще хоть что-то, но не успеваю, потому что дверь, хоть и с трудом, но открывается и на пороге возникает совсем миниатюрная женщина, с абсолютно седыми волосами и суровым выражением лица.