– Василий, если ты мне не скажешь правду, то я позову разумника и все равно все узнаю!
– пригрозил он.

– А если скажу?
– деланно осмотревшись по сторонам, я метнул на Бродского быстрый взгляд, после чего вновь опустил глаза в землю.

– Это будет зависеть от того, что ты мне скажешь, - в голосе мужчины появились покровительственные нотки.

Понимая, что без должной практики я рано или поздно проколюсь, я решил "вскрываться", так как стоящий передо мной одаренный выглядел довольно умным человеком. Ко всем прочему, он оказался достаточно влиятельным, чтобы быстро узнать о моем возвращении с Юга.

– Когда на наш лагерь напали, - начал я рассказывать свою версию событий: - поднялась паника и все закричали, что надо бежать. Я тоже побежал, но за что-то запнулся и упал. Когда я смог подняться,рядом никого не оказалось. Вокруг все заволокло песком и я растерялся, озираясь по сторонам. Неожиданно, справа от лагеря, появилось свечение октариона. Попытавшись сквозь дующий в лицо ветр что-нибудь рассмотреть, я узнал княжича, проходящего сквозь овал портала. Там был кто-то еще, но песок запорошил глаза и я не успел рассмотреть. Когда я их протер, портал уже развеяли, но я все равно двинулся в ту сторону, найдя через какое-то время чар-мешок. В мешке была вода и продукты, так что я смог дойти до обжитых земель и вернуться в старшую школу.

Ведя повествование, я видел, как хочется Бродскому меня прервать и задать свой вопрос, но он сдержался.

– Скажи, а ты хорошо помнишь девушек, которые были с вами в отряде?
– спросил он.

– Ну, кого-то помню, кого-то нет, - на этот раз я сказал чистую правду.

– Имя Алла тебе о чем-нибудь говорит?
– впившись в меня глазами, он буквально затаил дыхание.

– Ну, - растянул я, после чего выдал: - как бы об этом я бы и не хотел говорить.

– Что? Почему!
– в теле стоящего передо мной мужчины на миг проявился стремительно наполняемый бахиром конструкт, который он, впрочем, так же быстро развеял.

– Ну, княжич ведь жив, - и вправду испытывая затруднения с тем, как сказать, то что хочу, я вполне натурально замялся.

– Княжич? Что княжич?!
– собеседнику наверное казалось, что он вытягивает из меня информацию "клещами".

– Ну княжич, он того, с Аллой, - наконец-то выдал я, в конце добавив: - по принуждению.

– По какому принуждению?
– свирепея от моего косноязычия, Бродский приблизился ко мне вплотную.

– Княжич, Аллу, принудил, - не поднимая глаз, сказал я: - она с ним в отдельной палатке жила.

Воздух засвистел в ноздрях Бродского. Мужчина вдыхал и выдыхал, сжимая и разжимая кулаки. Я стоял от него в опасной близости, готовый отскочить, если тот бросится на меня с кулаками.

– Но княжич жив?
– одаренный взял себя "в руки", вычленив главное.

– Жив, - согласно кивнул я головой.

– И, возможно кто-то еще?
– предположил он.

– Может быть девушка и охранник, - сказал я и решил добавить информации: - ему всегда палатку на отшибе ставили, наверное, чтобы не так слышно было. А когда портал открылся, так это как раз в той стороне было.

– Чтобы что не так слышно было?
– путаясь в словах, Бродский выговорил свою мысль, но я отлично его понял.

– Ну, чтобы не слышно было, как он девушку это, принуждал, - совсем понизив голос, я довел отца Аллы до состояния близкого к бешенству.

– Как имя княжича?
– отчеканил он.

– Я знаю только имя командира отряда солдат, - признался я, и, под воздействием выразительно выгнувшейся брови, добавил: -Георг, из рода Суздальских.

– Этого вполне достаточно, - отодвинувшийся от меня, мужчина сделал несколько глубоких вдохов, приходя в себя.

Я стоял на том же месте, мысленно прокручивая состоявшийся разговор и думая, не надо ли еще чего-нибудь добавить.

– Итак, чтобы ты хочешь за свою помощь?
– переведя безразличный взгляд на мою фигуру, в своих мыслях он уже вершил самосуд над княжичем и спасал свою дочь.

– Примите меня в свой род, а?!
– озвучил я единственное, что мог попросить безродный у родовитого и не вызвать никаких подозрений.

– Гхм, - подумав пару мгновений для вида, он согласился: - когда закончишь школу, приходи в город Гулич. Спросишь моего управляющего. Я оставлю приказ, чтобы придержали для тебя место в кузнице.

Подумав еще немного, он запустил руку в карман, выудив оттуда железный рубль.

– Вот тебе, держи, - вложив монету в мою ладонь и потрепав по плечу, он поощряюще улыбнулся: - и помни, в роду Бродских не забывают преданных слуг.