– А что же Вы?
– обернувшись к толпе, я усилил свой голос специальным конструктом, который подсмотрел у командовавшего солдатами во время боя Георга: -Вы!? Призванные сюда в качестве свидетелей! Вы!? Пришедшие посмотреть, как затравят безродного и порадоваться, что благородные не стали к вам цепляться! Вы!? Так много и громко говорящие о законе, но тут же забывающие о нем, если вам это выгодно! Кто из вас будет свидетельствовать трусость Белозерова, Кулибина и Ржевского в суде?! Кто не побоится пойти против благородных родов?!

Отразившиеся эхом от близлежащих домов, мои слова стихли, сменившись воцарившейся над площадью тишиной. Тишина была почти полной, нарушаемая лишь шуршащей одеждой. Люди стремились разойтись, пряча свои лица друг от друга, не желая слышать и понимать того, о чем я говорю.

– Ха-ха-ха, - меня разобрал смех от вида ссутулившихся спин, дерганых движений и боязливых взглядов через плечо.

Через пять минут на городской площади никого не осталось. Только смотритель, продолжал невозмутимо рассматривать перед собой брусчатую мостовую. Сказать ему мне было не чего, человек исполнил надлежащим образом свои обязанности, просить его о большем я счел уже излишним.

– Наверное мне стоит покинуть город, - тем не менее сказал я, испытав желание хоть что-то сказать.

– Зачем?
– смотритель взглянул на меня с удивлением: - вы убили всех наемников и даже защитника одного из благородных родов, так что я не думаю, что кто-то решится вас задирать.

– А как же жители?
– спросил я, но остался не понят.

Встречая меня на улицах, горожане будут опускать глаза и вспоминать о своем бесчестье. С моим уходом, они получат возможность со временем говорить то, что им самим захочется помнить об этом дне. Появятся и те, кто начнёт утверждать, что покидая площадь он бросился искать боярычей, но не сумел найти. А кто-то скажет, что он отправился в суд, но там не стали его слушать, так как никто из участников дуэли не обращался.

Дорога стелилась под неспешными шагами, чар-мешок висел на плече, а ранняя осень радовала яркими красками. После дуэли с витязем, мои фокус-точки стали пропускать через себя еще больше энергии, а образовавшийся узел мог впитать в себя столько бахира, что я даже не знал такого конструкта, для наполнения которого потребуется столь огромное количество энергии.

Активировав артефакт портала, я осмотрел окрестности и развеял конструкт. Путешествуя без знания местности, я заглядывал при помощи дальнозоркости немного вперед, выбирая ту или иную дорогу. Свернув на очередной развилке, я продолжил идти пешком. До Столицы, в которую я решил добраться, оставалось около семи дней пути. Хорошая погода радовала погожими денечкам.

– Ля-ля-ля, - дорога впереди огибала холм, из-за которого слышалось чье-то пение.

Свернув с обочины, я поднялся по траве на пригорок и посмотрел вниз. Сразу за поворотом, в ближайших от дороги кустах, сидела девушка и что-то складывала в подол. Звонкий голос разносился довольно далеко, позволяя слышать ее беспечную песенку.

То, что девушка беспечна, я понял сразу. На внешний вид ей можно было дать не больше четырнадцати. Ни рядом, ни в обозримом пространстве, взрослых было не видно. Поза, которую приняла девушка, имела пикантный вид и я с удовольствием на ее смотрел. Через какое-то время она разогнула спину и с недовольным видом уставилась на меня.

– Ну? И долго мне еще ждать?
– заявила она.

– Ждать чего?
– не понял я.

– Я здесь уже четверть часа ковыряюсь, а ты только стоишь и смотришь!
– выдвинула она свое обвинение.

– И?
– вопросительной интонаций я дал ей возможность продолжать.

– Что "И"?
– незнакомка не на шутку разозлилась: - ты вообще на меня нападать собираешься или как?!

– Э.., - растерялся я, ляпнув: - а надо?

В дополнении к упертым в бока рукам, ее глаза подозрительно сощурились.

– То есть ты хочешь сказать, что я не красивая?
– прошипела она.

– Красивая, - ни капли не покривив душой, сказал я.

– Тогда в чем дело?
– напирала она.

– Ну, я, как бы, не знаю, - признался я.

– Пфф, - выдохнув, она уселась прямо на траву, явно чем-то расстроенная.

Подумав о том, что лучше сделать, ретироваться или спуститься вниз, я выбрал последнее. Девушка действительно была необычайно красива, и чем ближе я к ней подходил, тем больше она мне нравилась.

– Разрешишь присесть?
– на всякий случай спросил я, указав на траву.

– Садись, не куплено, - буркнула она, сидя с надутыми губками.

– Гхм, - кашлянул я, после того, как уселся рядом: - слушай, если тебе очень надо, то я могу на тебя напасть, только не очень сильно.

– Тогда я не смогу тебя убить, - ответила девушка расстроенным голосом.

– А это обязательно?
– уточнил я, на всякий случай готовясь отпрыгнуть в сторону.