– Тоже не называешь Сам-Знаешь-Кого по имени? – спросила Элизабет.

– То слово на «В» – это не имя, а прозвище. На самом деле его зовут Том Реддл, и он полукровка, которого мамаша-ведьма нагуляла с красавчиком соседом и сдала в магловский приют.

– Откуда такие подробности? – Элизабет посмотрела на меня заинтересованным взглядом. По ней было понятно, что девушке уже была известна эта информация, и это было удивительно.

– Он сам мне рассказал.

– Ты был знаком с Сам-Знаешь-Кем? – спросила Элизабет. – Какой он? Я слышала, что в Англии переловили всех Пожирателей смерти. Ты поэтому переехал в Австралию?

– Я не Пожиратель. Ты сильная ведьма, сразу видно, что не пренебрегаешь тренировками. Значит, знаешь, что вложившись в тренировки сейчас, получишь большую силу в будущем? Больше силы, дольше жизнь, дольше сохранишь красоту...

– Да, я знаю об этом, – ответила девушка. – Вижу, что и ты в курсе. Но ты не ответил на вопрос.

– Сама-Знаешь-Кто конченый псих. Он провёл серию ритуалов, благодаря которым стал относительно бессмертным, только в побочных действиях к бессмертию прилагается сумасшествие. А знаком я с ним, потому что быть сильным волшебником не просто, сильные мира сего пытаются сделать тебя своим пушечным мясом. У меня было всего по одной приватной беседе с Дамблдором и Тёмным Лордом, но этого хватило, чтобы понять, что пора валить из страны.

– Почему ты мне это рассказываешь? – спросила Элизабет, но в голосе чувствовалась почти не различимая фальшь, которую невозможно было бы почувствовать, если не быть очень внимательным. – Это не те секреты, которые говорят первой встречной девушке.

– Это не такая уж и большая тайна. Просто хочу расставить точки над «И». Я Адамс и к разным сомнительным фракциям отношения не имею. Ты мне кажешься разумной, даже слишком для семнадцатилетней девушки. Скажи, как твоё полное имя?

– Элизабет Мария Гарсия Исабель Хоук, – ответила девушка, отслеживая мою реакцию.

– Хм...

– Твоё «хм» что-то означает? – Элизабет обворожительно улыбнулась. – Поделись своими соображениями с дамой.

– Я так и думал... Чтобы стало понятно, моё полное имя Гарри Александр Пагсли Семён Адамс.

– Хм... – Девушка нахмурилась и с интересом посмотрела на меня. – Это то, о чём я думаю?

– Не знаю, я не легилимент, лишь окклюмент...

– Было похоже на предложение руки и сердца, – хищно улыбнувшись, сказала Элизабет.

– Интересная интерпретация... Но мне больше хочется узнать, что за зелье ты использовала и как смогла его мне ввести, минуя все амулеты?

– Догадался всё же. – Элизабет фыркнула и широко улыбнулась. – Перерожденцы, такие, как мы с тобой, крайне редкое явление среди волшебников. Как правило, они все становятся чародеями или великими волшебниками, потому что в детстве не филонят, а обретя волшебный дар, стараются развить его.

– Не уходи от вопроса.

– Миниатюрный трансфигурированный из воды голем, несущий в шприц-тюбике малюсенькую капельку зелья болтливости, плюс смазанная обезболивающим зельем игла и левитация, – пояснила Элизабет.

Я с искренним восхищением посмотрел на девушку.

– Божественно! Сенсей, возьмите меня в ученики! – слегка кривляюсь, чтобы было понятно, что это шутка.

– Паяц, – кратко произнесла Элизабет. – Хотя чего я ожидала от карлика?!

– Лучше быть живым карликом, чем мёртвым стариком.

– Я смотрю, кое-кому повезло дожить до старости, – с печалью сказала девушка. – А я дурой была...

Приподнимаю правую бровь, как это делал профессор Снейп.

– Стероиды... Я была профессиональным гребцом, а для победы требовались нечеловеческие возможности. Спорт – это не только и не столько борьба спортсменов, как в большей степени борьба химической промышленности. Каждый год выпускались новые стероиды, которые не определяются старыми анализами. А потом всё это вылезло боком, и я ненадолго пережила свой пятидесятилетний юбилей.

– Ты чем в подвале занимаешься?

– Ты и это знаешь? – удивилась Элизабет. – Зелья варю на продажу, тренируюсь, экспериментирую. Мои родители хоть и чистокровные маги, но гонору больше чем денег, а мне хочется хорошо жить.

– Понимаю. Я вначале задницу рвал, пытаясь как можно больше заработать. А твоё показушное: «я чистокровная, а вы все грязь», – зачем?!

– А ты не понимаешь? – Элизабет приподняла вверх брови. – Дети... Они так назойливы, постоянно лезут, докапываются... Вначале я хотела их всех поубивать, а потом нашла идеальную тактику отвадить всех – образ высокомерной аристократки, презирающей «чернь». Только с Верити эта тактика не сработала, пришлось впустить её в ближний круг.

– А как в вашей компании оказался Гарт? Он не тянет на красавчика, сильного мага или на высокоинтеллектуальную личность.

– Ты прав, он туп как пробка, но при этом силён и честен. Мне как-то для экспериментов нужно было переместить тяжёлое оборудования, а чары левитации у меня тогда были слабы, поэтому пришлось подключать грубую мужскую силу. Только вот малыш Гарт был так одинок, что не захотел покидать наше с Верити общество.

– Замордовала ты девчонку. – Отрицательно качаю головой.