Лаккомо застыл, тщательно спрятав вскипевшую ярость под маской спокойствия, а мысли - под внутренними щитами. Кто им дал право вербовать людей под такое на нейтральной планете? Ну и рекрутировали бы в мирах, подпадающих под юрисдикцию Федерации! И ведь выдают потом за обычных роботов... Сан-Вэйв едва сдерживал рвущийся с языка мат.

– Капитан, - шепнул наушник голосом старпома, - Бэкинет Файнз действительно служил в указанном полку в чине капрала. Был госпитализирован с тяжёлым ранением. Неудачная операция, кома, смерть.

Генерал кивнул сам себе и тоже представился:

– Лаккомо Сан-Вэйв, командующий Тридцать пятой эскадры Объединенного Космического Флота Цинтеррианской Федерации. Ты находишься на моем корабле согласно приказу «сверху», и согласно этому же приказу я отправил вас в бой. Поясню сразу - я не был оповещен, что посылаю вниз не обычные машины, а живых людей. Поверь, Бэкинет, я хочу...

Неожиданно полиморф приподнялся, заставив наушник взорваться судорожным вздохом. Но он не сделал и шага.

Просто поднял переднюю лапу в офицерском салюте.

Лаккомо кивнул, принимая жест, как должное, и продолжил.

– Я хочу, чтобы ты помог мне узнать кое-что, Бэкинет.

– Что узнать, командующий?
– полиморф насторожился, всполохи его сознания перед внутренним взором стали ярче. Шипастая голова вопросительно склонилась набок.

– Как давно ведется внедрение полиморфов в армию?

– Лет десять... Может больше. Не знаю точно.

– Как ты попал в их ряды?

– Смертельное ранение.

– Где ты очнулся?

– В ангаре при лаборатории.

– Планета?

– Не знаю. Нас отключают и перевозят в состоянии стазиса.

Короткие четкие ответы полиморфа нравились Сан-Вэйву всё меньше и меньше. И не только потому, что совпадали с базой данных. Он прекратил мерить шагами помещение и повернулся к собеседнику лицом.

– С кем ты подписывал соглашение?

– Я ничего не подписывал, - Бэкинет резко затрещал, от него повеяло недовольством, а светокристаллы начали наливаться желтизной.
– Я умер на операционном столе - и очнулся в машине.

Лаккомо со свистом втянул воздух сквозь сжатые зубы, но в лице почти не изменился. Вот, значит, как, федералы стали позволять себе играть втемную и пользоваться незаконными методами... Значит, Центр «Полиморф» либо не в курсе, что кто-то слил их файлы, либо руководство куплено. Или же...

Змея готова была ударить.

«Надо будет переговорить с братом, как только закончу этот рейд» - сделал мысленную пометку генерал.

– Ты умер и сразу очнулся в железе?
– спросил он, снова сосредоточившись на разговоре.

– Не сразу. Приходил в себя несколько раз. Включали, выключали...

– Ты высказывал недовольство своим положением?

– Нам запрещено говорить, - звук, последовавший за этим, больше всего походил на раздраженное фырканье.
– Голосовых модулей не ставят, имена иметь запрещено. Вместо имени присваивают личный номер. Многие ничего не помнят из прошлой жизни. Совсем. Гражданские помнят. Нам память зачищают.

– Как вышло, что ты себя помнишь?

– Не знаю. Возможно, недосмотр персонала. Возможно, они знают, но считают, что таким я буду полезнее. Я стараюсь не выделяться среди прочих. Всех, кто в чем-то выходит за пределы установленной нормы - утилизируют. Либо пускают на запчасти для других, либо меняют Сердце. А я хочу жить.

Лаккомо помрачнел. Они там, выходит, ещё и больные на голову, если всё это проводится без предварительной подготовки и в подобных условиях содержания личного состава! Конечно, кто ж будет ставить бедолагам голосовые модули, если есть риск, что они проболтаются о незаконности!

– Таких много? Кто ещё из тех, что на моем корабле, сохранил память?

– Никто.

– Что ещё ты помнишь? До того, как тебя приписали к моему кораблю?

Сан-Вэйву уже порядком надоел этот затянувшийся допрос, да и полиморф, судя по дерганью головы и постепенно тухнущему сознанию, устал. Вот-вот сложится совсем, обвалится с громыханием и выключится. Надо быстрее заканчивать.

– Бои... Пять... Шесть... Тренировочные полигоны...

– Предыдущий корабль?

Бэкинет почему-то начал отползать и вжался в стену. Светокристаллы пожелтели. «Понял, что это допрос, - стрельнуло в сознании.
– Боится, что я выпытаю всю необходимую информацию и сдам его в лабораторию». Наивный солдат. Ведь если раскроется, что один из генералов, да ещё по совместительству, торийский вице-король влез туда, куда его совсем не просили - плохо будет не одному Бэкинету.

А вдруг это и не человек вовсе, а хитрая программа? ИИ? Да нет, бред... Обмануть псионика ещё никому не удавалось.