– Задержись на мгновение, господин.

Виктор, Ролло и Орм повернулись одновременно только для того, чтобы увидеть, как в проходе стоит рабыня Сибил. Ужаснее всего было то, что перед ней со смертельно бледным лицом стоял Оттар, и кинжал женщины, тот которым могли пользоваться рабы, чтобы резать мясо и хлеб, своим лезвием плотно упирался в горло викинга. Виктор даже застонал от досады, чувствуя, что удача уходит у него из рук.

Наступило тягостное молчание, Ролло и Орм взглянули на своего ярла, ожидая приказаний, а тот печально посмотрел на Оттара, ожидавшего неминуемой смерти каждую секунду, и спросил:

– Чего ты хочешь, женщина?

Ее зеленые глаза загорелись мрачной угрозой.

– Сначала отпусти мою госпожу!

– Ярл, не слушай ее! – отважно перебил женщину Оттар. – Это я виноват что не сумел выполнить твой приказ и позволил этой женщине застать меня врасплох. Я заслужил свою участь, а ты ни в коем случае не отпускай свою полонянку.

Что-то в облике рабыни заставило Виктора сделать попытку договориться с ней.

– Слушай, женщина, – начал он, стараясь говорить как можно убедительнее, – мы не хотим ничего плохого для твоей госпожи. Наоборот, я хочу отвезти ее к лучшей жизни…

– Сначала связав, словно свинью, приготовленную на заклание? – перебила Сибил.

– Как будто ты сама не знаешь, что за характер у твоей хозяйки, – пожал плечами Виктор. – Я говорю правду, единственное, что я хочу – это, чтобы Рейна стала моей невестой, а затем и княгиней. Когда она, наконец, поумнеет и станет меня слушать. Обещаю, что я буду с ней обращаться с величайшим почтением.

На лице рабыни мелькнула тень сомнения, женщина заколебалась. Она очень хорошо могла отличить искреннего человека от лживого и видела, что конунг говорит правду, но то, что ей сейчас довелось услышать, так разительно отличалось от всего, что обычно говорили викинги, что Сибил растерялась.

– Как я узнаю, что ты мне не лжешь? – спросила она, и тогда Виктор, торжественно поднял руку, перекрестился и поклялся.

– Я сделаю эту женщину своей княгиней и буду защищать всю жизнь до конца дней моих. Свидетель этому – сам Господь!

Ролло и Орм обменялись удивленными взглядами, а Сибил недоверчиво спросила:

– Но… разве ты теперь христианин?

– Да, я – христианин!

Впившись взглядом в его лицо, рабыня в отчаянии воскликнула:

– О, боже, я не знаю, чему верить, поклянись еще именем Одина!

Ни минуты не колеблясь, Виктор сказал:

– Перед лицом Одина и всех обитателей Асгарда клянусь, что сделаю Рейну своей женой!

– И пусть ты будешь навеки проклят, если лжешь! – добавила грозно служанка. Конунг торжественно повторил за ней:

– И будь я проклят на веки вечные, если лгу! Однако женщина все еще медлила и не убирала нож от шеи Оттара.

– Ну, чего же ты еще от меня ждешь? Может, все-таки, опустишь оружие и освободишь моего парня? – поинтересовался Виктор, уже чувствуя, что победил.

– Хорошо, – кивнула Сибил. – Я его отпущу с одним условием. Я поеду с госпожой, чтобы ухаживать за ней и проследить за тем, как ты сдержишь свое слово, конунг Виктор.

– Согласен…

– И я сохраню у себя кинжал. Если ты обидишь мою госпожу – ты умрешь во сне.

Не успел Виктор ответить, как Орм озабоченно сказал:

– Ярл, не дай себя одурачить. Эта женщина из Ирландии, она колдунья и может заставить своих духов-друидов погубить тебя.

Конунг улыбнулся.

– Если я нарушу свое слово, я, несомненно заслужу такую участь, – он кивнул Сибил. – Оставь себе свой кинжал, женщина, и пойдем с нами.

Кинжал, который она держала у самого горла Оттара, опустился, и молодой викинг облегченно вздохнул, а женщина, вложив оружие в ножны, висевшие у нее на груди, кивнула мужчинам:

– Хорошо, следуйте за мной и несите мою госпожу. Я помогу вам уйти незамеченными.

– Кстати, а где Вольфгард? – спросил Виктор. – Интересно, почему вся эта суматоха его не встревожила? Ирландка фыркнула.

– Да этот толстый боров спит мертвым сном после вчерашней попойки. Однако, нам следует поторопиться. Скоро проснутся его рабы, чтобы готовить завтрак. Мы не должны рисковать. Я не собираюсь погибать…

– Все понятно, женщина, – сказал Виктор. – Мы и сами не хотим здесь причинять вред, и пришли сюда только за моей невестой. – Он немного помолчал и, взглянув на отчаянно извивающуюся связанную Рейну добавил: – Потому что только так можно со временем окончить эту нелепую усобицу.

– Мы все с нетерпением ждем этого дня, – удовлетворенно сказала Сибил. – И во имя спасения своей души ты, конунг Виктор, не смей меня обманывать!

– Договорились! А теперь давай выметаться отсюда!

Виктор и Ролло взяли Рейну, напоминавшую теперь свернутый ковер, на плечи, и рабыня повела их из дому. У выхода к ним присоединился Свен, и маленький отряд быстро, но скрытно двинулся к фьорду. Начался дождь. Под его прикрытием, скользя на мокрых камнях, они спустились к деревянной пристани, где их ожидал Канут. Приняв драгоценную добычу на борт корабля, одноглазый гигант спрыгнул на причал, обрезал канат, которым был пришвартован к берегу дракар Вольфгарда, а затем присоединился к отряду. Они оттолкнулись от деревянного настила, и вскоре вражеский берег скрылся за серой пеленой дождя.