Контр-адмирал принял их в рабочем кабинете, на втором этаже. Кабинет не был похож на такие, которые строят в домах в США – нет библиотеки, зато шкаф с оружием, старинным и современным, какие-то карты на стене. Массивный стол, на нем закрытый и ни к чему не подключенный ноутбук. А вот стулья необычно легкие, почти пляжные. Ставни открыты настежь, легкий ветерок – дует с моря, принося запах соли и свежести…

Вебб впился взглядом в стол – обычно люди держат на столе фотографии родных и близких, по ним можно многое чего сказать. Но у адмирала на столе не было ничего лишнего, даже письменного прибора и часов не было, а фотография была – одна.

Фотография короля.

Адмирал повернулся к ним, когда они вошли – до этого он смотрел на океан. Худой, роста выше среднего старик с продубленной ветром и солнцем кожей, цвета как у старой, кожаной бейсбольной перчатки – он выглядел, так как и должен был выглядеть адмирал и граф – благородно и уверенно.

– Синьоры…

Рукопожатие адмирала было сильным. Вебб заметил, что у него нет одного пальца полностью и одного – наполовину. Где же он мог воевать? Или это результат несчастного случая?

Мано и адмирал обменялись несколькими быстрыми, мимолетными фразами на испанском – настолько быстрыми, что Вебб не успел уловить их смысл. Это заставило его занервничать, хотя он и не показал виду. О чем они говорили?

– Мануэль сказал, у вас ко мне дело… – сказал адмирал на хорошем английском – и из-за этого вы прилетели издалека. Если это займет не более получаса, предлагаю покончить с делами сейчас, а потом накроют стол.

Вебб кивнул, достал из кармана пиджака конверт, а из него фотографию. Точнее, результат обработки изображения в аэропорту Бейрута специальной программой ЦРУ, способной составить достоверных фотопортрет по самым обрывочным и некачественным изображениям.

– Полагаю, сэр, это недоразумение отнимет у нас куда меньше времени. Вам знакома эта женщина?

Контр-адмирал взял фотографию, смотрел на нее несколько секунд, затем положил обратно на стол. Вебб заметил, что он не использует ни очки, ни линзы.

– Да, это моя дочь, сеньор… – невозмутимо сказал он – что вам угодно?

Вебб не ожидал такого ответа. Он думал, что адмиралом воспользовались для легализации.

– Прошу прощения… ваша родная дочь? – уточнил Вебб.

– Приемная.

Вальенс чувствительно наступил ему на ногу – но Вебб этого не заметил.

– Сеньор адмирал… мы бы хотели увидеться с вашей дочерью. Это возможно?

– Ее здесь нет, сеньоры.

– Не могли бы мы узнать, где она? Как с ней можно связаться?

– Я повторяю, ее здесь нет. Что касается того, как с ней связаться, я бы хотел узнать цель ваших вопросов.

Вальенс снова наступил ему на ногу – но Вебб отпихнул его ногу.

– Сеньор адмирал, мы бы хотели прояснить недоразумения, связанные с пребыванием вашей дочери в Бейруте. Там было снято это фото, и мы…

– Оставьте ваши координаты, и моя дочь с вами свяжется.

Вебб понял, что адмирал что-то скрывает.

– Сеньор адмирал, со всем уважением… – начал Вальенс.

– Боюсь, что это невозможно. Мы должны увидеться с ней как можно скорее, дело не терпит отлагательств…

– Полагаю, не вам в этой стране решать, что возможно, а что нет, сеньор… Вебер, если я правильно расслышал фамилию – надменно ответил адмирал.

– Как вы с ней познакомились, сеньор адмирал? Когда? – спросил Вебб – она сама к вам подошла? Это может быть очень опасно для вас.

Это было глупостью. Пытаясь вызвать адмирала на эмоции и откровенность, Вебб понял, что проиграл – лицо старика стало еще более надменным, в глазах появилось презрение. Он перевел взгляд на Вальенса.

– Я обязан отвечать?

– Нет, сеньор адмирал – быстро ответил Вальенс.

– В таком случае, сеньоры, я прошу вас немедленно покинуть этот дом. Это мой дом, и я не потерплю в нем грязных намеков ни насчет меня, ни насчет моей дочери. Честь имею, сеньоры, мой адъютант вас проводит.

Здоровяк в белой рубашке с короткими рукавами уже стоял в дверях… черные очки были зацеплены за дужку в нагрудном кармане и сам он был похож на вставшего в стойку добермана.

– Какого хрена ты меня не поддержал – резко спросил Вебб, когда они сели в машину.

– Это я хочу спросить, какого хрена?! – взорвался Вальенс – ты что, совсем охренел!? Если бы я знал, что ты собираешься с ним об этом разговаривать, я бы тебя на порог сюда не пустил!

– Да ты хоть знаешь, кто она?!