– Никого нет, - сказал я в ответ на вопросительный взгляд Влады. Леха стоял поодаль, ворошил ногой снег, шумно сопел и на меня не смотрел.

– Колюня! – крикнула Влада, ненадолго потревожив тишину. Ее отчаянный призыв увяз в тоннах падающего снега.

Я осмотрелся. Если и были следы, то их засыпало. Я повернул за угол, на ходу вспоминая, в каком месте Колюня устраивал братский могильник. Влада двинулась следом, как демона вызывая хранителя кладбища.

– Колю!.. – ее очередное воззвание захлебнулось, перебитое решительным Лехиным:

– Слышь ты, Лада, помолчи, а?

– Леха, ты чего? – оторопела она. Я тоже остановился, интересуясь объяснениями.

– Говорю тебе – хватит орать. Чего тут непонятного?

– Это еще почему? Боишься потревожить покойников?

– Потому! Колюня. Ты не думала об этом?

– О чем, блин?

– О том! Блин. Может, он и есть киллер! Такая умная мысль в твою башку не приходила? – Леха шумно и продолжительно вздохнул. «На двух идиотов хоть один умный нашелся!» - в его вздохе так и сквозила снисходительность.

– Такая мысль не приходила, - подумав, честно признала она.

Пока дети препирались, я повернул еще раз и остолбенел. Вернее, остолбенел я чуть позже, когда по вполне сносно расчищенной от снега дорожке, прошел между деревьями. Мне показалась странной темная полоса, идущая до горизонта, но я даже не успел предположить, что бы это значило.

Открыв рот от удивления, я стоял на краю поляны – поля разрытой земли. Насколько я помнил, здесь оставалось много свободного места, теперь же распахано было все. Чернела земля, недалеко гигантским ископаемым застыл экскаватор. Я не сразу сообразил, что именно беспокоило меня, но когда понял, мне стало не по себе: белые хлопья таяли, едва коснувшись братской могилы. Чтобы подтвердить догадку, я присел, зачерпнул ком земли. Все так. Теплая.

– Ну вот и все, ребята, - услышал я голос Влады. – Он победил.

– Кто? – Леха опустился рядом со мной.

– Ад, - ответила Влада. – Он подтянулся к поверхности. К самой поверхности. Еще немного, и он выйдет наружу. И тогда…

– Тогда кончай, а! – отмахнулся Леха. – Еще одной тронутой нам тут не хватало!

– Ладно, хватит. – Я поднялся. – Пойдем в часовню, хоть записку Колюне оставлю. Надо предупредить.

– Ага. Предупредить надо – в любом случае, - скривился Леха.

– Что-то я не припомню, чтобы ты у Султана озадачился этим предположением, - я посмотрел парню в глаза. – Или ты подозреваешь одного Колюню?

– Я подозреваю всех! Как и ты, Макс. Но Султана меньше других.

– И чем же он заслужил такое доверие?

– Султан постоянно носится со своими бабами, и с хозяйством. Работенка киллера не для многоженца. Так мне кажется. Я тут перекинулся парой слов с Натахой, пока вы там с Султаном прохлаждались, да хачапури трескали. Он никуда не отлучался позавчера.

– Так она тебе и скажет! Она сейчас там главная Гюльчитай в гареме, что ж она, мужа не прикроет?

– Оно так. Только я еще и с Людкой парой слов перекинулся.

– Да? И когда ж это ты все успел?

– Пи… Болтать меньше надо было, - усмехнулся он.

– Может, ты и прав. Если только…

– Да все они там заодно! – выпалила Влада. – Сколько у нас трупов из тех, что вычислили? Восемь? Колюня под вопросом. И еще плюс Борюсик с Головастиком! Исключая этих двух алкоголиков, отстреливали в основном стариков. Не об этом ли Султан и мечтал? Избавиться от балласта. Разве не так?

Пауза. А потом мы с Лехой кивнули. В унисон.

Глава 7. Влада

Влада

«Жизнь моя тлела на конце сигареты. Я сама укорачивала ее, вдыхая как дым воспоминания».

Мне удалось всех обмануть. Они думали, я не слышу многочисленные перешептывания у себя за спиной, не вижу странные перемигивания. Конечно, потом будут мне выговаривать: «Ладочка, девочка наша, мы так готовились, а ты»...

А я неслась на полной скорости через Дворцовый мост, нимало не беспокоясь о том, что стоило снегоходу сломаться, и путь домой окажется чистой воды безбашенной авантюрой. По глубокому снегу, без лыж, целый день тащиться на Техноложку…

…И что? На мой взгляд, Сусанину даже льстило, что мы стали у него тусоваться. И выздоравливающий Кир, и Леха, и Алиска с Данькой, присмотревшие себе уютное гнездышко парой этажами ниже. Наша местная звезда перевезла одну сотую часть своих любимых шуб и украшений – что указывало на серьезность ее намерений. Обосноваться. Рядом. С человеком, который знал, как себя вести, когда у тебя прострелена грудь. Или что-нибудь, не настолько важное. И живое доказательство его врачебного таланта призрачной тенью сновало по квартире, всеми оставшимися силами доказывая нам, что ему до выздоровления как кролику зимой до морковки.