И Эму упрекнул его:

— Лучше веди партию баритона, ибо своими громкими криками ты портишь строгую гармонию.

Однако Морготик ответил:

— У меня уже горло болит.

И Эму сказал:

— Тут ты сам виноват, приятель. Я откуда велел тебе петь? Из груди! Ля-ля! Типа того! А не горлом. Если ты и дальше будешь таким невнимательным, то наживешь себе полипы. И если наживешь, то не говори, что я не предупреждал тебя. И не плачь тогда и не кашляй! И даже не подходи ко мне, если это случится.

И Морготик спросил:

— А мне вот интересно... просто так... из любопытства... почему Всевидящий, Всезнающий и Всемогущий Господь позволяет наличие таких вещей, как развитие пищеводных полипов?

И Эму, покраснев немного, ответил:

— Это часть моей непредсказуемости.

— Твоей... что? — спросил Морготик.

Тогда Эму повторил громогласным голосом:

— Моей непредсказуемости!

И Морготик, кивнув для вида в знак согласия с провозглашенной таинственной и абсолютно трансцендентальной непознаваемостью Божественной воли, злобно прошептал:

— Скорее уж недееспособности.

И Эму изрек:

— Я все слышал! Я слышал твои слова, и так нельзя говорить о своем Господе! Я бы даже добавил — Творце! Впрочем, никто из вас еще не выразил мне слов благодарности. Хотя бы пары слов! А благодарность была бы не лишней, учитывая то, что я отдал вам лучшие годы моего всемогущества. И вот посмотрите, как вы вознаграждаете меня!

— Ну если ты ставишь вопрос таким образом, — сказал Морготик, — то лично я сваливаю.

И Эму ответил:

— Прекрасно! Иди! Как будто меня это волнует!

И Морготик закричал:

— Я ухожу!

— Скатертью дорожка, — рявкнул Эму.

— Я точно уйду, — пообещал Морготик.

И Эму произнес:

— Ты говоришь со Всемогущим Господом. Если я захочу, то могу создать для своей песни еще миллион бэквокалистов.

И тогда Морготик спросил:

— Если твое могущество настолько велико, то как получилось, что ты ошибся и принял меня за духа, который бросает слова на ветер?

Вот так и начался великий разлад между Всемогущим Эму и Темным Владыкой Морготиком.

Бежав из пространства Асдара, Морготик прибыл в Верхнее Средиземье. Этот край был воспет и проявлен в бытие самим Эму и волапюками — его подчиненными духами. Естественно, что ни о каком перенаселении не могло быть и речи. Страна поражала своей красотой. Я не стану отрицать, что ее вид был немного призрачным и иллюзорным, если вы понимаете, о чем тут говорится. Много тумана, проблески неба, и когда вам хотелось посмотреть на что-то особенное, все переливалось из одного в другое, словно гигантская куча растаявшего мороженого — при условии, что вы не против такого сравнения. Плюс кое-что от потертой монеты и пушистой ваты. И все в леденцово-шелковистой оболочке. Надеюсь, вы получили полную картину.

И Морготик воскликнул:

— Чтоб мне провалиться! Это просто недоделка какая-то!

И он понял, что говорит сам с собой. Поэтому Морготик начал создавать для себя подчиненных. Он использовал почву Верхнего Средиземья (ту самую землю, в честь которой, я полагаю, была названа страна). Поскольку она представляла собой лишь песню без слов и могла штамповаться в великое множество интерпретаций, Морготик творил из нее различных существ. Вы можете называть их тварями, потому что данное слово, по моему убеждению, происходит от глагола «творить». Интересно, почему я раньше не додумался до этого?

Сначала он создал четырех драконов. Первого он назвал Драконом Востока, и тот был в лигу длиной от морды до хвоста, с алыми глазами, весь покрытый сверкающей золотистой чешуей. Затем Морготик сотворил Дракона Запада, чья безупречная кожа выглядела пурпурно-синей, а глаза лучились серебристым светом вечерней звезды. Далее был создан снежно-белый Дракон Севера с дыханием, превращавшим воду в лед, и с когтями, способными рвать в клочья самый крепкий металл. Последним Морготик произвел на свет Дракона Юга с бордовой кожей, с глазами цвета молодой оливы, с широкими крыльями, похожими на грозовые облака, и с ноздрями, изливавшими молнии, которые, словно острые колючки, падали с темных небес на землю. И эти четыре могучих дракона поднялись из грязи во всем своем величии.

Покидая Асдар, Морготик взял с собой одного из младших волапюков, который поддержал его мятеж против Эму и согласился делить триумф и горести с Владыкой Зла. Поначалу этого парня звали Шэрон, поскольку никто тогда не различал мужские и женские имена. Но позже ему пришлось назваться Шароном. Морготик сделал его своим лейтенантом [4] .

Затем он дунул на пригоршню земли (или совершил подобное магическое действие) и создал могучую армию злобных существ, которых назвал орками. По правде говоря, он хотел окрестить их Воинами Тьмы, Внушающими Трепет. Но, произнося это ужасное словосочетание, Морготик вдохнул часть пыли в нос, и она вызвала у него то ли кашель, то ли чихание. С тех пор сей шумный звук стал названием для мерзких тварей.