— А почему бы и нет? — нахмурился Бёрн. — Абсолют с синим карио, являющийся избранным среди анти-людей; обладатель одного из Амулетов Коло; человек, у которого нет своей истории. Если уж кого я и стал бы подозревать, то только тебя, лимитер. Или псевдо-лимитер, коль нет в тебе зелёного цвета. Хоть я и не являюсь волонтёром этого кордона, но часто захаживаю сюда, чтобы помочь основателю, который сейчас находится в Москве. С Зеро я сталкивался чаще тебя, и видел не раз, как он сражается в команде моей подруги Эльзы. То, что он одет в чёрные одежды, ещё не говорит о том, что он бывший наёмник: будь это так, Зеро бы переоделся. Знаешь, лимитер, несмотря на моё предвзятое отношение ко всем волонтёрам в виду своего титула, я уважаю Зеро. И если в его глазах я вижу немалую долю смысла, то в твоих не видно ничего, кроме хулиганства и азарта.

— Это правда, Хог, — вздохнул Макс, качая головой. — Зеро мне несколько раз помогал ещё до того, как я решил собрать свою команду. Если ты по-прежнему хочешь отомстить ему, то вызови в спарринг и выпусти пар. А лучше прости — просто прости. Не держи зла на Зеро и будь мудрее.

В этот момент Лимит вдруг почувствовал внутри себя по-настоящему унизительную обиду, которую он ещё ни разу в своей жизни не испытывал. Ему не верила даже команда, которая должна была быть всегда единой. Хог не раз, конечно, показывал себя не с лучшей стороны перед «Серпом», но ещё ни разу их не обманул. Красные огоньки потухли. Ему не поверили Элли и Бёрн, но их недоверие можно было спихнуть на то, что эрийцы продолжали ненавидеть хэйтера, пусть и не так сильно, как раньше. Но вот недоверие со стороны Макса, Эса, Орфея и Юлии он явно не ожидал получить после всего того, что сделал для них. А опровержения Семёна ясно дали понять, что Лимит зря рассказывал им всем эту историю. У Хога не было имени на кордоне, его никто не уважал, и никому не было дела до его слова, которое не стоило и рубля. Будь он популярным и самым уважаемым охотником на кордоне, эту «клевету» ребята ещё бы пересмотрели и обдумали. Но необоснованный рассказ самого ужасного человека в «Луче» не то, что не вызывал доверие — он не вызывал даже понимание.

Хог резко засунул руку в карман и вытащил оттуда сигарету, после чего закурил, не обращая внимание на протесты Элли: «Не курить в комнате». Затем развернулся и нервным шагом последовал к двери, а потом ударом ноги распахнул её.

— Благодарю за понимание! — с сарказмом процедил Хог, после чего покинул комнату команды «Серп».

— Чего это братан так вдруг взъелся на Зеро? — удивился Эс, дебильно похлопав глазами. — То молчал всё это время, а тут вдруг кипишь поднял.

— Наверняка поругался с ним, после чего пришёл с рассказом к нам, — равнодушно промолвил Бёрн.

— Ладно, давайте займёмся документами, — предложил Макс, хотя в душе ему было паршиво за то, что они все вместе выставили Хога виноватым.

Все вернулись к своим обязанностям: Сахаров продолжил читать документ, Бёрн и Элли стали складывать переведённые на русский язык копии в коробки, а Эс, Орфей и Юлия продолжили разговаривать уже о случившемся. А вот Алиса вдруг встала со стула и направилась в сторону выхода, после чего покинула комнату.

— Бёрн, твоя сестра зачем-то вышла, — её отсутствие заметила лишь Элли.

— Пускай идёт, — фыркнул Бластер, ставя коробку на самую высокую полку. — Всё равно её никто не обидит.

Хог вышел в холл, чем привлёк внимание остальных к себе. Естественно, что встретили хэйтера по старым обычаям: руганью, насмешками и нехорошими словами. Но сейчас юноша был не в настроении, чтобы вступать в перепалки, поэтому прошёл мимо. Даже на Инди внимания не обратил, хотя та говорила ему всякие угрозы насчёт сегодняшнего утра. Понимание того, что ему не верит никто, даже команда, сильно огорчило любителя приключений. От Семёна опровержения вообще были неожиданными. К тому же, Хог подсознательно рассчитывал на то, что Макс прислушается к нему, но даже, казалось бы, мудрый профессор, и тот не поверил парню. Пожалуй, именно сейчас Хог понял, насколько плохо быть лимитером в эрийском кругу: сколько бы добра не сделал, всё равно не заслужишь их доверие.

3. Хог распахнул двери, чтобы выйти из холла и… застыл. В тёмно-фиолетовых глазах резко зажглись красные огоньки, а недокуренная сигарета была выброшена в сторону. Внезапный прилив злости резко нахлынул на волонтёра, и тот медленным шагом стал спускаться по бетонным ступеням, не сводя глаз с того, кто сейчас стоял посередине плиточной дорожки и задумчиво смотрел в небо.

— Ну надо же, кого я вижу! — с сарказмом «обрадовался» Хог, сделав хищный оскал. — Никак, на небеса решил отправиться, а, Зеро?

Ледяной охотник моргнул и опустил голову, переводя синеватый взгляд на хэйтера. Внешне брюнет выглядел равнодушным, как и всегда, но Лимита уже нельзя было провести. Он узнал о нём достаточно, чтобы теперь догадываться о том, что на лице того находится маска.

— А-а, Хог Лимит. Иди по своим делам, а я занят, — безэмоционально промолвил Зеро, закатив глаза.

— А ты, оказывается, ещё и занятой у нас, да? — продолжал язвить Хог, остановившись напротив брюнета в десяти шагах. — И только поэтому ты сбежал вчера с тренировочной площадки?

— Я опаздывал на задание. Да и не твоё это дело, почему мне вдруг захотелось сбежать.

— Да ну что ты? А я думал, что ты увидел наёмницу из команды «Кощей», поэтому и сбежал.

4. Зеро резко распахнул глаза, которые сузились в маленькую точку, а брови опустились вниз. Вот теперь равнодушие с лица брюнета как ветром сдуло.

— О-о-о, значит, узнал, — и вовсе расплылся в агрессивном, хищном оскале Хог. Красные огоньки начинали гореть ярче. — И что ты…

Ледяной охотник резко ударил кулаком по ладони и создал огромную ледяную кувалду, которая разом обрушилась на то место, где секунду назад стоял Лимит. Сам хэйтер увернулся со скоростью звука и встал в стойку олимпийского бегуна, прижав одну руку к земле. Равнодушие и растерянность сменились на холодную злость.