Год стоял рядом, магическим зрением наблюдая, как ярче расцветают, свиваясь в более сложный узор, линии защитного плетения.

Закончив, маг без предупреждения подхватил ученика и перенес в его гостиничную комнатушку.

Бдительно прислушался, язвительно усмехнулся и движением брови резко распахнул створки небольшого оконца. Короткий вскрик донесся почти одновременно с глухим ударом, но никто из мужчин и не подумал сделать хоть движение в ту сторону: оба отлично знали – любопытный лазутчик жив, невредим и отделался лишь легким испугом. Маги плато никогда никого не убивали. Если, разумеется, не было никакого иного выхода, но такие случаи можно пересчитать по пальцам.

– Похоже, не зря ты тревожился, – пробормотал Вирденс, успевший устроиться за столом и построить перед собой призрачную магическую пирамиду, на вершине которой бледно светился овал смотрового портала.

Одно из самых новейших изобретений магов плато, появившееся у них совсем недавно и позволявшее заглянуть в любое помещение, если там находился предмет или человек, к которому можно было протянуть надежную нить связи.

– Что ты видишь? – метнулся к учителю Годренс, всмотрелся в мутное, словно залитое киселем изображение. – Вроде жива, и никого рядом нет. Видно плохо… то ли надевает украшения, то ли снимает… А в этом окошке всегда все как в тумане?

– Нет, обычно искомый предмет виден очень ясно, – огорченно пробормотал магистр, колдуя над призрачным приспособлением. – Посиди тихо пару минут, я попытаюсь сходить в гости к твоим бывшим родичам.

– Нет! Они сразу заметят, если ты тронешь щиты, – встревожился Год. – Ты же знаешь, как надежно защищают у нас невест? Особенно после случая с родственницей правителя.

– Помню я тот случай, – безразлично отмахнулся магистр и вдруг оживился: – А ведь это идея! Посиди минуту, я попробую договориться с одним другом.

– Вирд! Ты обещал…

– Не волнуйся, не стану я никому открывать твоих тайн, помню про клятву.

– Если бы они были мои, – невесело усмехнулся Годренс, – я бы тебе позволил делать все что угодно. Но ты же знаешь, это тайны Рада, вернее, Зантарии, а она категорически против вмешательства магов плато. Ей и из-за меня хватает упреков и обвинений в нарушении закона…

Последние слова он произносил в пустоту – ни мага, ни его необычного прибора в комнатушке уже не было.

Вернулся магистр не один, а с двумя незнакомцами, и не через минуту, а спустя почти четверть часа. За это время Год успел раз десять отругать себя за принятое решение, хотя точно знал – это был самый простой и безболезненный способ раз и навсегда разделаться с родичами, от которых он никогда не видел ничего, кроме обид.

– Может, найдем местечко посвободнее? – сухо осведомился, оглядываясь, стоящий впереди всех сухощавый немолодой дроу с символом старшего дома на груди.

– Больше всего подходит старый дом с башней в трех сотнях шагов от поместья Чатонде, – тотчас отчитался Вирденс, вовсе не ради праздного интереса так подробно изучивший все подходы к крохотному имению дяди Годренса. – Там живет древняя старуха с преданными слугами. На верхний этаж башни никто никогда не поднимается.

– Веди, – блеснув желтоватыми глазами, коротко приказал второй, совсем молодой незнакомец и вдруг швырнул в Годренса какое-то заклинание.

Мгновенно нагрелись и полыхнули зеленью камни в кольце и подвеске, защищающих придворного мага от ментальных атак. Годренс с такой же привычной скоростью отреагировал на это предупреждение подаренных учителем амулетов, подняв все свои щиты и выхватив боевой жезл. В изящном оружии, похожем внешне на дамскую указку, на самый крайний случай хранился десяток сильнейших огненных вихрей.

– Год, – тотчас оказался рядом Вирденс, – ты с ума сошел? Это свои!

– Извини, Вирд, – буркнул желтоглазый, – это моя вина. От твоего ученика несет тоской и отчаянием, хотел немного успокоить. А щиты у него хороши, даже не ожидал, судя по ауре.

Отвечать Вирденс не стал – спеленал всех магической сетью и открыл проход, ему, опытному мастеру портальной башни, спонтанные переносы давались легче, чем остальным.

Вот и сейчас – не успел Годренс мигнуть, как оказался стоящим посреди полутемного помещения, прямо напротив узкого пыльного оконца, за которым тускло алело падающее за горы солнце.

Маг озирался всего несколько мгновений, и за это время в помещении, явно бывшем когда-то лабораторией лекаря или травницы, исчезла вся пыль. Осталась только на оконных стеклах, все остальное блестело так обожаемой маглорами чистотой. А его учитель вместе с незнакомцами уже устраивались за широким столом, на котором начинал сгущаться силуэт призрачного прибора. Год поспешил примоститься за спинами магистров, успев по дороге обнаружить символ старшего дома и у желтоглазого.

Но глаза у него теперь почему-то были обычные, карие и насмешливые.

– Вот она, – облегченно выдохнул Год, разглядев в смотровом портале сидящую посреди комнаты Дору, присмотрелся внимательнее и нахмурился: – Ничего не понимаю…

– Я пока тоже, – сердито рыкнул молодой маг, колдующий над туманным окошком. – Но сейчас… сейчас…

В комнате словно потемнело, а овал заглядывающего в чужой дом портала, наоборот, стал красочнее и раздался почти вдвое.

– Осторожно, – прошипел старый магистр, – почувствуют!