– Разве нельзя сказать "стоп"?

– Большинство нижних получают неописуемое удовольствие от чувства подавления и реального доминирования. Господь свидетель, даже я. В СМ "стоп" не означает "стоп". Это всего лишь часть сессии. В клубе нужно иметь стоп-слово. Оно есть у всех. Кроме Сорена, конечно же.

– Почему кроме него?

Ухмыльнувшись, Сатерлин закатила глаза,

– Потому что Сорен никому не подчиняется. Давай. Можешь выбрать что угодно - улицу, на которой ты вырос, любимое блюдо, второе имя любви всей твоей жизни. Выбрал?

– Да, конечно, - сказал Истон, остановившись на первом слове, которое пришло ему в голову, - Кале.

– Город во Франции?

– Oui.

– Bien. Я запомню. Если я буду давить настолько сильно, что тебе, действительно, понадобится спасаться, просто произнеси это слово, и все прекратится. Фразы, вроде, "Нет, Нора, не думаю, что это хорошая идея", редко на меня действуют.

– Я заметил, - Зак сделал глоток своего джин-тоника.

– Значит, моя писательница самая популярная Домина в Нью-Йорке.

Нора улыбнулась, - Зак, я самая популярная Домина в..., - начала она, затем закрыла свой рот.

Казалось, что она прислушивалась, наклоняя голову из стороны в сторону.

– Ты это слышишь?
– спросила она.

Истон прислушался, - Я ничего не слышу.

Сатерлин медленно вдохнула и выдохнула,

– Твою мать, - вскочив с места, она понеслась к балконной части бара. Зак последовал за ней.

– В чем дело?
– спросил он.

Гриффин встал позади них и Истон услышал хохот парня, - Остановите меня, если слышали этот анекдот - как-то в СМ клуб наведались священник, раввин и грифон...

– Вот поэтому я затыкаю тебя во время секса, Гриффин, - практически, прорычала Нора.

– Ты привела в клуб чужака, - возразил он, - чего еще ты от него ожидала?

– Я ожидала, что Кинг будет держать язык за зубами.

– Ты знаешь, что он отчитывается перед высшими силами.

– Нора, - раздраженно произнес Зак, - пожалуйста, скажи мне, что происходит?

Сатерлин повернулась к нему, и он увидел в ее глазах неподдельный ужас,

– Сорен.

– Сорен?
– повторил Истон и посмотрел вниз.

Наверху лестницы, через которую они с Норой вошли, стоял мужчина. Поначалу Истону не удавалось различить его очертаний. Все, что он заметил - это его внушающий рост, его невероятное присутствие. С появлением Сорена, вся активность затихла. Мужчина медленно и властно спускался по ступенькам. Весь мир для него остановился. Царящий на уровне хаос замолк. Казалось, что все, и всюду - включая Сатерлин - задержали дыхание. Прищурившись, Зак присмотрелся к бывшему любовнику Норы. В одеянии мужчины он заметил нечто странное.

– Зак, мне нужно было тебе сказать. Мне многое нужно было тебе сказать.

– Сорен..., - произнес Истон в абсолютном потрясении, - Он священник?

– Мой священник.

Глава 19

Истону мгновенно вспомнились сотни намеков и подсказок из разговоров за последние несколько недель. Бывший любовник Норы Сатерлин, до сих пор преследующий ее, словно призрачная тень, был католическим священником. И если бы не страх в ее глазах и ужас в его желудке, он бы рассмеялся.

– Зак, посмотри на меня, - приказала Сатерлин, и он отвел взгляд от разворачивающейся на нижнем уровне сцены.

– Все в порядке, - произнес Истон, пытаясь ее успокоить.

– Нет, не в порядке, - возразила Нора, - он здесь не случайно, и, вероятно, причина его появления не самая хорошая. Если он позовет меня, я должна буду пойти с ним. У меня нет выбора.

– Конечно, у тебя есть выбор, - запротестовал Зак.

Сатерлин замотала головой.

– Не здесь. Правило клуба. Гриффин?

– Да, моя Госпожа страшного миража?
– отозвался тот, явно получая неописуемое удовольствие от чрезмерного волнения Норы.

– Если сможешь, мне нужно, чтобы ты остался с Заком. Только не выпускай его из виду. Это приказ.

– Я возьму все в свои руки. И его тоже, если он мне позволит.

– Он тебе не позволит, - сказал Истон, чем вызвал у парня широкую улыбку.

– И Гриффин, - потянувшись, она взяла его лицо в свои ладони, - ради всего святого и впервые в жизни, держи свой рот на замке.