— Два часа, — все еще ежась от остатков промозглой свежести, пробурчал Артем. Я бы хотел кофе, крепкий и сладкий, будьте любезны. Работать буду на 313 терминале.

— Принято, техник, кофезаменитель, 1 порция. Приятной работы.

Мне показалось или в голосе ИскИна прозвучали нотки сарказма? Болела голова, остатки космического игрового кошмара во время дневного сна ещё стояли перед глазами. Игра стала сниться? Что-то новенькое.

— Я! ХОЧУ! КОФЕ! Долбанная железяка, — бледное лицо техника скривилось в капризной гримасе.

— Артем Сергеевич. Вы прекрасно знаете, что протокол МКИПа(2) не позволяет вам продукты с кофеином. Смена ещё не началась. А головная боль и повышенное давление не позволят эффективно функционировать. Или мне зафиксировать нарушении протокола?
– сарказм улетучился, голоса ИскИна приобрёл стальной оттенок.

— Ладно, зануда, проехали!
– штрафов не хотелось. Как и работать. Вспомнилась недавняя цитата шефа на совещании в департаменте: «Мужайтесь, Артем Сергеевич, вы вступаете в светлую пору профессионального выгорания и пиковых выбросов врачебного цинизма!»

— Философ вы Артем, однако, - услышал я вслед бурчание ИскИна под шелест мерно закрывающихся дверей лифта. Я что, произнёс слова шефа вслух? Заговариваюсь. И зачем городские админы увлекаются излишней гуманизацией!?

Интересно, что думает о моей нынешней работе дед Андрей? Ему, врачу старой закалки, представителю поколения прошлого века, наверное, трудно воспринимать современный мир. Он трудился еще в клиниках, где врачи с пациентами общались «живьем». Мдаа... Век виртуальных технологий в своем совершенстве дошёл в наши дни до абсурда. Дед, посмеиваясь, рассказывал, как его современники представляли будущие технологии медицины. Трансплантация выращенных органов на биопринтерах, омоложение стволовыми клетками, вакцины от рака, операции с использованием нанороботов, молекулярная фармакология и тому подобные чудеса. Да, многое из перечисленного сейчас стало возможным. Только футуристы и мечтатели мало упоминали о том, кто всё это будет финансировать. На деле, доступны все эти чудеса оказались немногим представителям «золотого миллиарда». И только элите элит. А большинству — кондовая, кастрированная, виртуальная медицина, зацикленная на кибернетизированной фармакопее. На ниве, которой и тружусь. Пытаясь продолжить, так сказать, семейную традицию. Так вышло, что к своему возрасту больше нигде не нашли применения мои навыки. Из врачебных специальностей логично выжила хирургия в некоторых своих профильных ипостасях. Да в дальних уголках матушки Земли, в экспедициях, у спасателей и ещё кое-где оставались универсалы с походными медицинскими комплексами. А я не жалуюсь! Могло быть хуже. Не всем же небожителей пользовать, по Сеньке и шапка. А от разговоров о романтике профессии уже и тошнить перестало.

Так, потихоньку занудствуя и жалея себя (удивительно прилипчивое и непродуктивное занятие), добрел до рабочего терминала. Удобств минимум. Работы максимум. Предстояло два часа разгребать все что «натрудил» медицинский ИскИн за прошедший день. И я снова не жалуюсь. В основном работка не пыльная. Львиную долю общения с пациентами, сбор диагностической информации, электронная документация и статистика - со всем этим ИскИн класса «Эскулап 2050» справлялся замечательно. Мне приходилось, в основном, разбирать трудные клинические случаи, конфликты, жалобы, разруливать нарушение поставок и ремонта МКИПов со служащими Корпорации. На что, естественно, требовалась уйма энергии.

А вот, кстати, и подоспевший суррогатный кофе. В открытую дверь вкатился сфероид уборочно-охранного монитора, на верхней поцарапанной панели которого на предметном столике под прозрачным колпаком манила заветная чашечка эрзац-капучино. А вкус... а запах! Мммм... Дерьмо первостатейное. Но за неимением лучшего.

Тааак... Что тут у нас. 542 посещения... Трам — пам - пам... 24 заявки на индивидуальную обработку техником, 2 запроса в социальную службу, 43 жалобы, льготная замена МКИПов... Ясненько. Как приговаривал дед, выливаем воду, тушим свет. Поехали.

***

Спустя 2 часа, мокрый, как мышь, и, готовый уже разбить терминал о стену, я растекался на кресле, тупо уставившись в потолок, и отрешенно слушал, как, деловито жужжа, автоинъектор моего МКИПа на левом плече впрыскивал мне какой-то взбодрин с негрустином. Современные препараты уже давно не имели названий, только единый буквенно-цифровой индекс. И, что примечательно, никакой конкуренции. 99% всего мирового фармацевтического и цифрового бизнеса в руках интеркорпорации «Наследие». Как так случилось? Да вот так и случилось. Потихонечку, незаметненько, год за годом ушли в небытие великие монстры компьютерной индустрии: «Интелы» и «Майкрасофты», «Самсунги» и «Эппл» и многие, многие другие, мнившие себя хозяевами электронного мира. А когда 10 лет назад «Наследие» объявило о приобретении двух третей пакета контрольных акций траста компаний производителей военной и космической техники, дело для конкурентов и вовсе запахло керосином. Но вот парадокс. Правительствам мировых военных держав оказалось наплевать. Всех все устраивало. Логичной также стали считать ситуацию глобального пацифизма, последние 15 лет на Земле не было ни одного значимого локального военного конфликта. Хватало экологических катастроф, изменений климата, поднятия уровня Мирового океана. Антиглобалисты, анархисты и апокалипсисты всех стран ликовали. Самые смелые прогнозы подъема уровня воды оказались детским лепетом. На морском дне оказались треть Южной Америки, значительно уменьшилась площадь Аппенинского полуострова и Британских островов, атлантическая береговая линия Северной Америки сдвинулась на несколько километров вглубь материка — вот такие пироги с географией. Волна мутантных штаммов от банальной ветрянки до экзотического Эбола ударила по демографии практически всех стран, никого не обделила. Население сократилось до пресловутых трех миллиардов.

Среднестатистический землянин стал проводить две трети своей жизни в виртуале. Он работал в виртуале, он учился в виртуале, он отдыхал в виртуале, он в нем и умирал. Он стал там жить. Мечта политического олимпа воплотилась в реальность. Средний пенсионный возраст в развитых странах достиг 55 лет и найти работающего полный день живого человека в учреждении или на предприятии стало очень трудно. И снова, все были довольны. Зрелищ и хлеба, хлеба и зрелищ человеку хватало с лихвой. Борьба была только за наиболее вкусный кусок пирога — лучший социальный статус, выше качество медицинского и виртуального обеспечения. Шиком были возможности реальных развлечений и путешествий, это было признаком причастности к элите, богатству и роскоши. Уделом же большинства стал эрзац жизни. И опять же большинству было плевать. Только вот детей в семьях становилось все меньше. Да и семей, в полном смысле этого слова, в странах с 99% виртуализацией населения не стало вовсе.

Дед же, известный в нашей семье, как записной ретроград и радетель традиций, последние годы проводил безвыездно на даче, в Подмосковье, как в медведь берлоге. Только и виделись в Игре. Игру Дед, как ни странно, уважал и любил, словно ребенок, дорвавшийся до сладкого после многих лет воздержания. Да и я, наверно, его самое главное разочарование. Ни нормальной семьи, ни детей. Не сложилось как-то. Типичный представитель «хомо задротикус». Еще одно дедово словечко. Не с кем ему делится жизненной мудростью. А мои родители, царство им небесное, давно в мире лучшем, чем этот. Поэтому, дед для меня - все. Вот так и точка.