Наконец, она начинает говорить:

— Я не скажу, что все нормально, потому что это не так… — Ее глаза красные и распухли от слез.

— Я знаю, — я наклоняю голову и убираю ладони от ее лица. Через секунду я чувствую, как ее пальцы прижимаются к моему подбородку, заставляя меня посмотреть на нее, как обычно делаю я.

— Я расстроена, опустошена, но ничего не могу с этим поделать, поэтому нет смысла сидеть здесь и рыдать все выходные. И я уж точно не хочу, чтобы ты винил себя в этом, — она из-за всех сил старается выглядеть спокойной, но я, то знаю, как ей больно на самом деле.

— Я склею его для тебя.

— Хорошо? — Произношу я, когда она не отвечает.

Она протирает мокрые глаза от слез, ее макияж размазался. Из-за ее молчания мне ужасно тяжело, лучше бы она орала на меня, чем вот так вот молча плакать.

— Тесс, пожалуйста, поговори со мной. Хочешь я отвезу тебя обратно в Сиэтл? — Даже если она скажет “да” , я точно не сделаю этого. Но предложение слетает с моих губ быстрее, чем я успеваю это обдумать.

— Нет, — она трясет головой, — я в порядке.

Вздыхая, она встает на ноги и выходит из спальни. Я тут же вскакиваю и иду за ней, но она закрывает дверь ванной, и я иду обратно в спальню, чтобы взять ее косметичку. Я знаю, что Тесса точно захочет подправить свой макияж.

Я стучусь в дверь ванной, и она приоткрывает ее ровно настолько, чтобы я мог просунуть косметичку.

— Спасибо, — тихо произносит она.

Выходные только начались, а я уже все испортил.

— Моя мама и твой папа хотят, чтобы ты привез ее завтра к нам, — говорит Лиам из другой комнаты.

— И?

— Просто говорю, что моя мама соскучилась по Тессе.

— И что? Твоя мама может повидаться с ней и в другой раз, — мне нужно придумать что-нибудь, что заставит Тессу забыть о чертовом письме, — хорошо, — отвечаю я, прежде чем он успевает что-то произнести, — я привезу ее завтра.

— Она плачет?

— Она… Это не твое дело! — Огрызаюсь я.

— Вы здесь меньше двадцати минут, а она уже закрылась в ванной, — он скрещивает руки.

— Сейчас не время ругаться со мной. Я и так уже готов взорваться и последнее, что мне сейчас нужно - что бы ты лез не в свое дело, — рычу я, но он закатывает глаза, прям как Тесса.

— Ох, значит, я могу вмешиваться только когда тебе это нужно? — Говорит мой сводный брат. Что, блять, с ним не так и почему я продолжаю называть его своим сводным братом?

— Отъебись.

— Она и так подавлена, так что нам стоит прекратить, пока она не вышла из ванны, — пытается убедить меня он.

— Хорошо, тогда перестань говорить мне всякую херню.

Прежде чем он успевает ответить, дверь ванной открывается и Тесса выходит в коридор.

— Что происходит? — Беспокойство появляется на ее лице.

— Ничего, Лиам собирается заказать пиццу, и мы проведем остаток вечера, как одна большая дружная семья, — я перевожу взгляд на него, — не так ли?

— Ага, — соглашается он ради Тессы. Я скучаю по тем дням, когда Лиам не рисковал умничать передо мной. Но теперь он накачал мышцы и считает себя крутым. А может это я стал слабее… Понятия не имею, но мне это не нравится.

— Хорошо, — тяжелый вздох заставляет плечи Тессы опуститься, и я киваю Лиаму, отправляя его заказать ужин.

— Не хочу портить твои выходные, — я охватываю ее ладони своими руками и подношу к губам, — с этого момента все будет хорошо, ладно?

— Хорошо, — вздыхает она. Мне нужно, чтобы она улыбнулась. Мне нужно знать, что она больше не злится на меня.

— Я отвезу тебя завтра к своему отцу. Может, Карен поделится с тобой рецептами или еще какой-нибудь херней? — Предлагаю я.

Ее глаза светятся и она, наконец, улыбается.

— Рецептами или еще какой-нибудь херней? — Она прикусывает губу, чтобы не улыбнуться еще шире. Напряжение в моей груди испаряется.

— Да, или какой-нибудь херней, — я улыбаюсь в ответ и веду ее обратно в гостиную, где нам придется провести мучительный вечер, развлекая Ричарда и Лиама.

***

— Дай мне еще кусочек, пожалуйста, — просит Ричард уже в третий раз с того момента как мы включили этот идиотский фильм.

Я смотрю на Тессу и Лиама, которые, конечно, полностью очарованы любовным письмом Мэги Райан и Тома Ханкса. Если бы это был современный фильм, они бы поебались уже после первого письма, а не стали ждать последней сцены, чтобы хотя бы поцеловаться.

— Держи, — мычу я, передавая коробку с пиццей Ричарду. Он уже итак занял весь диван, а теперь еще и отвлекает меня каждые десять минут, чтобы я подал ему кусок ебанной пиццы.