– Нет, мама. Только несколько раз, но не так, как раньше, – он уверяет.

Не так, как раньше? Я знаю, Гарри может слишком много выпить, но она произносит эту фразу так, как будто все гораздо хуже, чем есть на самом деле.

– Ты расстроилась из-за того, что мы виделись? – он спрашивает ее. Я кладу руку ему на спину, в попытке успокоить.

– Гарри, я бы никогда не расстроилась из-за твоих отношений с отцом. Просто я удивлена, вот и все. Ты мог бы сказать мне, – Энн отвечает и быстро мигает, чтобы избежать слез.

– Я думал, ты расстроишься.

– Нет, я хотела, чтобы ты перестал так долго держать свой гнев. Это было темное время в нашей жизни, но мы прошли через это, все в прошлом. Твой отец уже не тот человек, каким был раньше, и я тоже.

– Это все равно ничего не изменяет к лучшему, – он тихо произносит.

– Я знаю, но иногда ты должен отпустить прошлое и двигаться дальше. Я действительно рада, что ты виделся с ним, это хорошо для тебя. Одна из причин, по которой я отправила тебя учиться сюда, так это то, чтобы ты простил его. Я узнавала, что ты делаешь и как твои дела через него.

– Я не простил его.

– Ты должен, – она искренне говорит. – Я простила.

Гарри опирается локтями о столешницу, и я вожу рукой вверх-вниз по его спине. Энн замечает этот жест и дарит мне понимающую улыбку. Я восхищаюсь ей, даже больше, чем раньше. Несмотря на отсутствие эмоций со стороны сына, она остается сильной и любящей. Я хочу, чтобы она нашла своего спутника жизни, как Кен нашел Карен.

Видимо, Гарри подумал о том же, о чем и я.

– Но он живет в огромном доме и ездит на дорогих машинах, у него новая жена, а ты одна, – он говорит.

– Меня не волнует размер его дома или количество денежных средств, – она уверяет. – И вообще, почему ты думаешь, что я одна? – Энн улыбается.

– Что? – он поднимает голову.

– Не удивляйся так! Я еще ого-го, сыночек.

– У тебя кто-то есть? Кто?

– Робин, – она краснеет, и мое сердце теплеет.

– Робин? Твой сосед?

– Да, мой сосед. Гарри, он хороший человек, и то, что он живет по соседству, очень удобно, – она смеется.

– Как долго? Почему ты мне не сказала? – его тон любопытный.

– Несколько месяцев, у нас нет ничего серьезного... пока. Кроме того, я не думаю, что ты можешь дать совет по поводу отношений, – она дразнит.

– Почему именно Робин? Он же...

– Не говори о нем ничего плохого, ты еще не слишком взрослый для порки, – Энн ругает, и он смеется.

– Ладно... ладно... – он шутливо поднимает руки.

Я могу сказать, что сейчас он гораздо спокойнее, чем был утром, и я чувствую то же самое. Между нами исчезла напряженность, и меня делает счастливой то, как он смеется и шутит вместе со своей мамой.

– Пойду выберу фильм, без печенья не приходите, – Энн улыбается и оставляет нас на кухне.

Я возвращаюсь обратно к миске и заканчиваю мешать тесто.

– Не думаю, что это хорошая идея, в плане санитарии, – он говорит, когда облизываю остатки теста со своего пальца.

Я погружаю палец обратно в миску и подхожу к Гарри.

– Есть немного, – я говорю. Поднимаю руку, пытаясь слизать остатки, но он опережает меня, оборачивая губы вокруг моего пальца. Я задыхаюсь и напоминаю себе, что он просто убирает тесто для печенья, независимо от того, как он смотрит на меня с темными глазами. Независимо от того, как он скользит своим теплым языком по моему пальцу. Независимо от того, насколько поднялась температура на кухне. Независимо от того, как мое бьется мое сердце и воспламеняются внутренности.

– Думаю, достаточно, – я пищу и тяну палец из его рта.

– Тогда, позже? – он пошло ухмыляется, и я киваю.

Комментарий к Часть 128. Вау, ребята! Больше четырехсот лайков!! Это здорово:)

Спасибо вам за поддержку!

Люблю!!ххххх

====== Часть 129. ======

Тарелка с печеньем была опустошена еще в первые минуты фильма, и я, должна признать, горжусь своими вновь приобретенными кулинарными навыками. Энн хвалит меня, а Гарри съедает больше половины, что является для меня самой большой похвалой.

– Это плохо, если печенье пока самое любимое мое воспоминание об Америке? – Энн смеется, когда заправляет в рот последний кусочек.

– Да, ужасно плохо, – Гарри дразнит, и я хихикаю.

– Тебе придется готовить их каждый день, пока я не уеду, – она сообщает мне.

– Звучит заманчиво, – я улыбаюсь и облокачиваюсь на Гарри.

Его рука обвивает мою талию, и я пододвигаюсь ближе.

К концу фильма Энн засыпает, и Гарри убавляет громкость, чтобы не разбудить ее.

Я плакала в конце, а Гарри даже не пытался скрыть смех по этому поводу. Это был один из самых печальных фильмов за всю мою жизнь, не понимаю, как Энн удалось уснуть.