– Было несколько взрывов, - цокнула Ольша, когда маски оказались сняты, - Похоже на торпеды.

– Надо пошевеливаться, сало быть, - мотнул ухом Пефтень, - Быстро идут, как бы не упустить... Оль, цокни им по радио, чтоб развернулись обратно.

– Обратно?
– фыркнула грызуниха, - Ну ладно.

– Штурмовая группа!
– цявкнул Пеф, - К бою!

В перископ он уже заметил еле различимый силуэт корабля, мотыляющийся по трёхметровым волнам, и составил представление о диспозиции.

– Торпеды - к бою!

Механик засуетился в носовом отсеке, приводя в боеготовность два торпедных аппарата - через пару минут будет готово, можно запускать. Штурмовая же группа, состоящая из четырёх хвостов, прошуршала по корридорам в заднюю часть лодки, и по узким шахтам полезла в свои штурмовики, пристыкованные сверху. Лезть туда, прямо цокнуть - удовольствие ниже среднего. Подводный аппарат "Клыкъ" по диаметру равен боевой торпеде, так что разместиться там можно только в полулежачем положении, а люки крайне узкие. Вдобавок, на подводных пилотах напялены водолазные костюмы со всей дребузнёй - масками, трубками, баллонами за спину. Без опыта влезть в штурмовик практически невозможно, с опытом - это тот ещё балет. Отдуваясь и скрипя резиной по стенкам, грызи кое-как залезли на положенные места, и остающиеся внизу морячки наглухо закрыли за ними люки.

Когда экипаж уже устроен на месте - более-менее можно жить, теснота практически такая же, как в истребителе, например. Над головой пилота - немного выступающий наверх фонарь с окнами, через которые можно хотя бы примерно определить глубину по степени освещённости. Под носом - приборы, под лапами - такая же лапка управления, как и на самолёте. Ещё не устроив хвост, Раждак уже щёлкнул тумблерами прогрева, чтоб точно успеть - если прогрев пройдёт до конца, значительно меньше шансов, что будет сбой в пуске двигателей.

– Как оно, Мурь?
– не отвлекаясь от возни, цокнул грызь назад.

– В пух, в пух, - хихикнула Мурка, также устраиваясь на сидушке и приводя в годность оборудование.

– Не в пух, - цокнул в это время Пефтень, - Ещё двое? Придётся одного снимать торпедами. Похоже, этот умник решил маячить возле "баклана"... Хем! Глубина - минимум!

– Ааа... а если...
– икнула Ольша.

– Если бы да кабы, - фыркнул грызь, приложившись к перископу и положив палец на пусковую кнопку.

Да, у него был шанс всадить торпеду в тот самый транспорт, который следовало охранять. Однако грызь резонно полагал, что там сидят с открытыми ушами, и услышат грохот от торпеды - а услышав, сделают правильные выводы. Эсминец развернулся кормой и полным ходом грёб поперёк курса "баклана", чтобы остаться по одну сторону со своими, и не бояться уже дружественного огня. Позиция для стрельбы так себе, но, если повезёт, пройдёт мимо этого - попадёт в другой... Пефтень знал, что медлить здесь никак нельзя. Поэтому, прикинув на глазок, два раза надавил кнопку, и подлодка заметно качнулась. Из аппаратов вылетели две торпеды, и набирая скорость, понеслись вперёд, едва погружаясь так, чтобы не выпрыгивать из воды на волнах. Хем огурцом, правильно посчитал минимальную глубину, отметил Пеф, вернёмся на базу - надо будет выписать премию. А вот себе, похоже, с премией облом - время на секундомере вышло, а взрыва не последовало, значит - мимо...

Как раз на этой мысли грызь ощутил, как дёрнулся пол под ногами, и лодка заскрипела от давления ударной волны, даже ослабленной приличным расстоянием. Ткнув в пневматику, чтобы очистить стёкла перископа, Пеф довольно крякнул - из передней части эсминца валил густой дым, и похоже, даже полыхало яркое пламя. Как бы там ни было, этого следовало пока списывать со счетов, и заниматься другими.

– Оль, связь с "бакланом"!
– цокнул грызь, не отрываясь от управления.

– Эй морячки, гуся вам в свинарник!
– тявкнуло из радио.

Однако, не обязательно быть лисой, чтобы понимать, что тявкнувшая это имела ввиду вовсе не гуся и не в свинарник, а таки очень рада видеть союзное судно.

– Не задели?
– хихикнул Пеф, - Сейчас пускаю штурмовики!

– Ясно, поднимаю перископ, чтоб видели!

– Огурец, лисичка, - пробормотал грызь, ухмыляясь.

Нет, натурально - лисчика успела сообразить увеличить глубину, а теперь не стала тявкать всуе, а сразу сделала то, что необходимо. Спустя десять секунд Пеф уже увидел перископ "баклана", режущий волны.

– Штурм!
– цокнул грызь в радио, - Азимут сто семьдесят, дистанция полтора, союзная подлодка! Азимут сто восемьдесят, дистанция два, эсминец! Цель уничтожена! Между эсминцем и союзной подлодкой - мины! Азимут сто восемьдесят два, дистанция три, групповая цель, эсминцы, двое!

– Чисто цокнуто!
– отозвались штурмовики.

– Пуск!
– дал отмашку на атаку Пефтень.

Открылись замки, удерживавшие штурмовик на палубе лодки, и аппарат вместе с двумя боевыми торпедами скользнул назад, отправляясь в свободное плавание. Спустя десять секунд пошёл второй, после чего подлодка резко повернула, уходя с курса штурмовиков, и для того, чтобы не вписаться в линию из пяти мин, которые всё ещё мотылялись по волнам. Теперь всё зависело от пилотов... "Хочу летать на подводной лодке" - обычно цокали грызи на этот счёт, и ржали.