— Нет! — яростно и настойчиво проговорила полковник, — мы не можем идти у них на поводу!

— Вы просто их не видели… — возразил ей парень. — Они всех убьют…

***

Рогозина была категорически против, но в операцию поневоле пришлось включить и подростка. Чтобы еще больше не нервничать, она ушла из лаборатории, где на пацане закрепляли все датчики и жучки.

Откинувшись на стуле, она шумно дышала, пытаясь успокоиться и выровнять дыхание. Очевидно, придется ей сегодня выпить успокаивающее, прописанное ей врачом «на всякий случай». Крайний случай насупил — уже живот чуть начало жать снизу, а в ее положении это очень опасно.

Две таблетки были тут же запиты водой. Она, ожидая их действия, расслабилась, все так же пытаясь успокоиться. Конечно, ей бы лучше прилечь, но… В кабинет вежливо постучались.

Она повернула голову, и увидела Тихонова. Паренек, как и все, волновался за нее — программист, наверное, единственный кто знал, как трудно Рогозиной дается ее беременность. Сохранить ее — это было главным для женщины. Вероятно, это ее самый последний шанс стать матерью.

— Входи…

— Галина Николаевна, с вами все в порядке? — парень подошел к ней. — Может, скорую вызвать? Вы бледны…

— За меня не беспокойся. — Ласково проговорила она чтобы его успокоить. — Сейчас я уже приняла лекарство… Оно подействует… и мне будет лучше… Тем более, мы сейчас все на нервах…

— Это да. Может… я с вами останусь?

— Конечно… Давай.

***

— Все, — с облегчением выдохнула Рогозина, услышав отчет оперативников по телефону. — Слава Богу!

— Все живы?

— Да… — Рогозина потянулась на своем неудобном стуле. — Отлично!

— Галина Николаевна! — в дверях появилась Алла Семенчук. — Там вас… муж и сын ждут… Давно уже… — призналась она.

— Ой-ей! — Рогозина резко встала со стула, и ее повело в сторону. Постояв несколько минут, она «отошла» от состояния качки и пошла к рецепшен. — Иду! Я совсем забыла их отпустить!

Похоже, они были тут давно, и не мешали ей. Гарри и Кваетус, на лавочке, прислонившись друг к другу, спали, приоткрыв рты.

— Гарри! — тихо позвала она.

Гарри сразу же распахнул глаза. Спал он всегда чутко — Рогозина, за практически год жизни с ним, узнала и о том, что однажды его в школе хотели придушить, и поэтому ему пришлось провести на ногах и не смыкая глаз около недели. С тех пор, малейший шум — и он моментально просыпается.

— Галь? Ну, что, нашли детей?

Рогозина не удивилась, что муж все знает. Ему все, что касается детей, известно. А это — тем более… Тем более, были подняты по тревоге все городские службы. Проверялись все автобусы.

— Да… Все живы… Здоровы.

— Вот и хорошо… Галь… тебе-то домой можно?

— Нужно! — рассмеялась женщина. — Меня уже Султанов по телефону оповестил, что я могу уехать… Пожурил меня, что мне, беременной, давно надо бы баиньки…

Тут зашевелился и крепко спящий Кваетус.

— Мама? Ты?

— Все, — улыбнулась женщина, подходя ближе к нему, и прижимая его к себе (как раз на уровне живота), — сейчас поедем… Гарри, ты машину везти в состоянии?

— Да. Я у тебя славно выспался…

— Надо же… Толкаются, — проговорил мальчик, слушая и кончиками пальцев касаясь живота женщины. Вот раз пульс — большой, сильный… Вот два… Три… Четыре…

— Что за четыре? Квай, мы двух вообще-то ждем! — мягко поправил его отец. Но Кваетус, отлипнув от нее, сказал, помотав головой и повернув голову на звук отцовской речи:

— Не-а. Меня не обманешь. Одно сердце — сильное, это сердце матери. Два маленьких сердечка бьются неровно с большим пульсом… А еще один — такт в такт с большим сердцем… Я хорошо слышу!

— Елки, — выдохнула Рогозина, понимая, что парень-то не лжет. На узи, возможно, не увидели или не все увидели… — ты… Похоже, мне нужно сделать еще одно узи… И срочно!

***

— А ваш старший прав… — проговорила ей врач, водя по животу «сканером». — Вот, сморите… Очевидно, его эти двое на том узи загородили, а сейчас… Вот, красавец… Только опять к нам спинкой… Так что пол я не смогу сказать…

— Господи… Тройня! Я, когда узнала, что у нас двойня — в шок пришла… А теперь их три! — мысленно женщина уже хваталась за голову.

— Зато теперь вам не придется их рожать. По медицинским показаниям, вас теперь кесарят. Трое, в вашем возрасте, опасно… Я советую вам уйти в декрет немедленно…

— Я дома просто взвыла… Мне недели хватило…

— Ну, тогда… Еще месяц — и я вас, клянусь, насильно положу сюда!

— Месяц, так месяц… — смирилась женщина, одеваясь.

Рогозина, все сжимая в руке съемки нового узи, вышла в коридор. Гарри, ожидавший ее, заулыбался. Но тут же прочитал в глазах жены шок.