Нож, зловеще подрагивая, вошел в мишень по самую рукоятку. Взмыленный Константин победно поглядел на нее.

– Молодец, – сухо отозвалась Наташа.

– Стараюсь, – прохрипел Константин: они уже около трех часов метали эти чертовы ножи. Тетя не давала ему даже вздохнуть нормально, была слишком придирчивой и строгой. Пить хотелось ужасно.

– Пошли ко мне в дом. А, кстати, мне надо бы воды из колодца достать, подсобишь?

– Конечно, тетя, – спокойно поговорил Константин, хотя в мыслях сейчас уже начинал жалеть о своем согласии: лучше сидеть сейчас в своей комнате с дробовиком, настороже.

Пьянка в доме Брагинского была в самом разгаре.

Холл курил подозрительную смесь, явно запрещенного характера. На его лице иногда расплывалась довольная улыбка как у чеширского кота. Гил вел себя, мягко говоря, неадекватно: суммарно принятое на грудь количество огненной смеси прямо пропорционально влияло на и без того нелегкий характер. Сейчас он сосредоточено крутил огурец на вилке.

А вот самого Ивана это не так уж и брало: он уже успел поругать и себя, и политиков, и жизнь в Российской Федерации. Он с огромным удовольствием перемывал кости и Америке, и Англии, и прочим государствам.

Вслед второй выпитой бутылке водки полетела третья.

Гилберт от выпитого наконец скопытился и заснул прямо за столом. Холл ругался на своем наречии, изредка говоря по-русски пару-тройку фраз. Но было видно: язык ворочался с трудом.

Брагинского неумолимо начало клонить в сон. Устал он сегодня от прессинга президента, очень устал. Холл уже сполз на пол и храпел во всю силу своих легких. И ничто мирское его больше не волновало.

Очевидно, пьянка удалась на славу: полный разгром на кухне, коридор навевал мысли о бомбежке, в комнатах был полный кавардак. Еще и окно они умудрились разбить: по кухне свободно гулял легкий летний вечерний ветерок.

Сознание дало трещину, и Брагинский благополучно вырубился.

====== Глава 6. Полет. Альфред Ф. Джонс. ======

Тушка самолета неспешно выруливала на взлетную полосу. Константин с отцом и президентом молча ждали.

Борт номер один действительно оказался блатным самолетом. Сегодня Ивану с Константином предстояло лететь в Америку. Президент, по доброте душевной, решил их “подбросить”. И денег за билеты не платить, что очень обрадовало Брагинского.

Президент приехал заранее, поэтому встали все сегодня рано.

У Ивана нещадно трещала голова – пьянка с Холлом сказывалась, да еще он должен был забрать Константина у Наташи. Выбитое стекло Гилберт обещал вставить. Холла удалось спровадить.

Константин же обрадовался приходу отца – тетя Наташа смело использовала его весь день и часть ночи. Он смог починить окно, вычислить сверху донизу дом, разобрать и снова собрать кран, наколоть дров, побелить потолки, выкосить забор, починить калитку и прочее, прочее, прочее.

Сама Наташа то и дело бурчала под нос об отсутствии нормальных мужиков в современном мире.

– Здорово, – выдохнул Константин, прижимаясь носом к стеклу, глядя на красавец самолет. Самолет действительно был просто прекрасен.

Президент улыбнулся, глядя на мальчика.

Иван, сидя в кресле, заметил его взгляд, направленный на сына.

– Он любит небо и все, что с ним связано.

– Эх, жаль что у меня нет сыновей... – сказал президент, когда Иван, встав со своего места, мягко прижал сына к себе. Сын с явным удовольствием обнял своего отца.

Иван усмехнулся и взъерошил волосы ребенку. Поморщился: голова все еще трещала.

– Этот мальчик появился у меня в сложные для нашей страны годы. Не будь его – наверное, мне бы было бы весьма непросто приходить в пустой дом...

– Да, Вторая Чеченская Война, подводная лодка “Курск”, потом дело ЮКОСа, реформы... Все так быстро закрутилось, – президент говорил теперь очень тихо.

– Волна терактов, – обессилено проговорил Иван, не отпуская от себя сына. Его костяшки пальцев, впившихся в плечо мальчика, побелели, – «Норд-Ост», Беслан, одиннадцатое сентября в Америке...

– Ладно, давай завершим разговор, Иван. Мы не должны задерживаться в аэропорту.

– Конечно, идемте, господин президент. И, все же, зачем вы едете в США?

– Как чего? Надо же отдать старые долги? – хмыкнул он.

– Ой! – Иван хлопнул себя по лбу.

– Вспомнил! Молодец!

– Я, лично, у Альфреда ничего в долг не брал! Себе дороже! – недовольно воскликнул Иван.

Президент мудро проигнорировал выкрик Брагинского. Они втроем уже шли к трапу самолета. Константин первым взобрался по лестнице и восторженно, совершенно забыв о том, что в паре метров от него стоит президент Российской Федерации, восклицал, осматривая все. Еще рядом были и телохранители.