– Я ведь не причиняю тебе вреда. Чего ты так яростно пытаешься убить меня? – громовержец уселась на его грудь, пристально смотря парню в глаза, пока тот противостоял пыточным кандалам. – Давай просто поиграем.

Одета она была, откровенно говоря, смело – легкая футболка с открытым пупком и непристойно короткие шортики. Плюс личико довольно милым оказалось. Но вот достоинства...

– С детьми не кувыркаюсь. – вспышка белого света осветила проход, будучи заметной даже из центра.

– У-у-у-у, так не честно! – затрепыхалась раздосадованная гарпия, метясь от одного закоулка к другому. – Это уже второй! Ну чего со мной никто не хочет поиграть? Что я делаю неправильно?! Блин, блин, блин! Вернись! Прости меня! Я так больше не буду! Уаааа!!!

Расплакавшись, обиженная девушка улетела прочь. Как только ее сияние скрылось, Мортем выглянул из бокового здания. Легкие восстановились, раны зажили, а эффект громовых перьев – исчез. “Мать” прекрасно справилась, быстро адаптировавшись к специфическому урону. Также, парень получил важную информацию. Эта гарпия точно принадлежала к той же организации, что и двойница – их ауры абсолютно идентичны. По могуществу и мастерству, они тоже на одном уровне. Инженер не дрался в полную силу, но и не в половину. Если бы она решила его убить, то преимущества бы испарились вместе с последними процентами победы. Но вот ее последние заявления...

“Она что, серьезно?” – покачав головой, драконер почувствовал приближение солдат-защитников со стороны дворянского квартала. – “Наконец-то”

Скорее всего, их привлекла вспышка.

“Опять...” – вздохнул юнец, доставая “Жандарм” и “Конкистадор”. Стоило ему бросить взгляд своих усовершенствованных глаз на прибывших солдат, как парень понял о незаконченности его приключений на сегодня – их доспехи не имели маркировки. Отряд состоял из двадцати хорошо вооруженных бойцов в “мантиях” и тяжелой броне. Но это не пугало молодого спецназовца. Он смог в одиночку перебить многомиллионную армию, занявших неприступную цитадель. Закрыв глаза, Мортем открыл второй ствол сколопида. Посылать импульс драконер не рискнул – среди незнакомцев двое носили легкое оружие, а их ладони были одеты в заметные перчатки. Когда приготовления закончились, шлем беззвучно соскользнул на место.

Враг действовал осторожно. Войдя в зону недавнего боя, они распределились по местности, одинаково прикрывая каждого. Дабы оставить главное представление на конец, инженер решил попугать нерадивых элитов.

Первого нашли пришпиленным к стене за ногу, второго – с распоротым брюхом на столе, третьего и четвертого – в обнимку зажаренных на повороте. Пятеро погибли на месте, убитые взрывами собственных винтовок – код “Подстрекатель” привел боезапас к самоуничтожению. Однако же, они вели себя подозрительно спокойно. Даже после того как их число упало до десяти. Когда большинство солдат собрались в группу, драконер выстрелил в них дважды. После первого попадания все покрыло металлическое облако, а после второго – мощный всплеск энергии. Особый патрон “Дочь Нибелунгов” создавал широкий и густой туман, состоящий из вспышковых частиц, глушащих показатели шлемов и визоров. А пуля “Подарок бывшей” смешивал потоки аэзера в местности попадания, провоцируя сильную нестабильность в пространстве, что очень негативно влияло на “мантии”. Визоры “Матери” изготавливались с учетом подобных устройств, потому сейчас инженер прекрасно видел тушки деморализованных врагов. Не позволяя противнику оклематься, он поднял революты.

Неожиданно, “Мать” подогнула его ногу, заставляя уйти в укрытие (вообще-то они синхронно увернулись). Через секунду, на него обрушился град лучей и пуль. Поняв свою ошибку, Мортем отбежал ко второму выходу из здания – это были не просто элитные солдаты, а спецназ. Их оборудование имело безупречные сенсоры, которые помогали видеть даже сквозь такой туман, хоть и плохо. Сразу же почувствовав мощные волны аэзера, инженер приготовил колебательные (снаряды, вызывающие нестабильные волны, разрушающие концентрацию адептов эн-мана) пули – адепты врага обнаружили его импульсами.

Уже зная, куда направляется их цель, враги прицелились в дверной проем заднего прохода. Когда оттуда выскочил драконер, они разорвали его своими пушками. Их удивление, когда за исчезающей приманкой появился настоящий враг, было роковым. Колебательные пули попали в “мантии” адептов эн-мана, заставив тех схватиться за головы. Командир успел спрятаться за колону, а вот его солдатам повезло меньше. Уворачиваясь, Мортем выстрелил с обеих рук, убив нескольких врагов одиночными выстрела. Некоторые снаряды попали по его броне, но срикошетили от твердого биометалла из-за неточности. Адепты прочухались достаточно быстро, чтобы использовать свои силы против одинокого врага. Один сконцентрировал в руках сгустки аэзера, формируя физические шары, а второй – аэсому с участием Второго Начала. Закончив формирование, они запустили процесс, моментом позже умерев от аналогичных попаданий бронебойных боеприпасов. В направлении драконера прокатилась волна жидкого льда. Он увернулся, и переохлажденный сгусток врезался в стену рядом, покрыв ее большими друзами льда. И в этот момент в эту друзу попал физический шар. Взрыв разбросал осколки, которые ударили инженера роем острых игл. “Мать” увернулась от большинства, но некоторые случайно попали, оставив на поверхности царапины.

Странное жужжание заставило инженера отскочить, но не совсем вовремя. Раздувшись как Вентовые шарики, вражеские адепты взорвались чистой энергией всех Начал. Эта отчаянная атака не могла причинить много вреда биоброне, но она вывела носителя из равновесия. Скользя сквозь вихрь энергии, на Мортема налетел выживший командир. Женщина превосходила парня по росту и весу в два раза, а также несла большой палаш (не путать с палашентисом!), источающий знакомую энергию. Противница оказалась тяжело ранена, а ее доспехи – практически разрушены. Это была последняя атака в ее жизни. Лезвие понеслось вперед, направленное в сердце инженера.

– Умри, Второй!!! – послышался отвратительный звук рассекаемой плоти. Окровавленный наконечник вылез из спины юноши. Но когтистая рука выскочила вперед, расширила трещину в тяжелых доспехах и погрузилась в тело. С еще большей жестокостью, чем его оппонентка, драконер вырвал из груди командира еще трепыхающееся сердце. Некоторое время шокировано смотря на собственный алый орган, женщина упала на Эрдэ и умерла. Ее омертвевший палец так и не успел вытянуть кольцо из зажатой в руке гранаты.

– Мне вот интересно, ты садо-мазохист или актер-антагонист? – знакомый голос послышался с балкона бокового дома. Пока Рапидис спрыгивал вниз, инженер вытянул меч из своей груди. Рана закрылась через десять секунд. Палаш пронзил вовремя созданное пространство между сердцем и левым легким. Этот трюк мог кончиться хуже, но все же он успел сработать. Органы вернулись в нормальное положение.