– Орудийные системы и подсистемы модулей помощи в режиме готовности. Мортем, командуй! – пронзительный голос Мисертаса вывел их из раздумий. – Приготовиться к бою и рассыпаться, если встретим противника. Готовьтесь. Не сбавляя темпа, танковый эскадрон помчался к месту происшествия.

Перед ними были руины. Длинные и еще черные столбы дыма уходили в небо. Повреждения катастрофические – всю крепость просто раскурочили наизнанку. Некоторые части этажей и стен еще сохранились, но...

– Стихийная Спираль, что здесь произошло?.. – руки Хекен закрыли лицо от ужаса. Повсюду лежали трупы мертвых амос. Они сражались до конца, но врагов было намного больше. Их тела покрывали раны разного вида, показывая разновидности вооружения напавших. Кровь и боль покрывали все, ухудшая вид.

– Опоздали. – Мортем оперся рукой на стену, прикрыв глаза. Это и было значение слов, сказанных песчаной путешественницей. Амос погибли, а пустыня оплакивала их смерти... и желала мести.

Внезапно, слева послышался шорох, и все повернулись туда. Одна из мертвых дев зашевелилась, пытаясь встать. Хекен моментально подбежала к ней и помогла сесть. Она была тяжело ранена, и оставалось ей недолго.

– Меко! Ты жива, сестра! Пожалуйста, не двигайся! Тебе...

– ...уже ничего не поможет. – амос харкнула сгустком крови, прерывисто дыша. – У меня пробито... легкое и... сильное кровотечение...

– Нет! Я спасу тебя! Ты не можешь умереть! Как же твое обещание?! – слезы уже потоками лились из глаз несчастной девушки.

– Не плач... за мной... – улыбка пересекла опаленное лицо Меко, и рука слабо указала в сторону одного из сохранившихся этажей. – Там... еще... есть... наследие... и...не... мсти...за... меняяя......

С губ Хекен сорвался крик отчаяния и горя, руки обняли обмякшее тело мертвой сестры. Мортем молчал. В нем никогда не закипит ненависть, но его разум все еще работал, как компьютер. “Убей или убьют тебя” – все, кто пытался втереть ему этот “животный закон” умирали очень мучительно. Драконер не уважал смерть и убийства, прибегая только если нет альтернативы. Не из благородства или жалости... а потому что прах ничего не дает.

– Мортем, тут что-то есть... – Мисертас прислонился ухом к еще целым металлическим дверям того самого места, которое указала умершая. Судя по сосредоточенному выражения, он прислушивался к чему-то внутри.

– Отойдите. – драконер вогнал лезвие в сочленения створок дверей и начал медленно резать, применяя искусство эн-мана. Состав явно был крепче, чем у обычных заслонов, но делу это помешало только немного. Закончив последний разрез, парень прикоснулся подушечками пальцев к обшивке и потянул на себя. Аэзер сделал его пальцы липкими и помог отодвинуть дверь на себя. Когда проход освободился, Мортема прищурился. Внутри сидела большая группа детей амос, живых и здоровых.

– Хекен! Тут выжившие! – Курсе помахал скорбящей деве. Услышав голоса малышни, она бросилась к ним с такой скоростью, что удивила бы кентавров.

Такие милые сцены не вызвали у инженера никакого ответа. Ведь это было еще не все.

“Движение” – “Вера” оповестил пилота в мгновение. На еще приличном от них расстоянии ехал очень большой эскадрон танков. Их огни приближались, и должны были добраться сюда с минуты на минуту.

– К танкам. Немедленно. Хекен, отведи детей в танк Мисертаса!

– Хорошо!

Парни сорвались на бег, пока амос собирала детей. Мисертас имел еще много места, да и медотсек тоже располагался внутри исполина. А детей будет защищать многослойная броня и силовой щит, который пробьет разве что удар очень большой мощи. Темпестас подготовил свое осколочное ружье и кинетический таран, встав по правую сторону от “Цели”. Курсе расположился слева, приведя множественные стволы “Свободы” в режим боевого прогрева. Мортем со своей “Верой” выехали наперед, возглавив группу. У него в рукаве имелось множество очень неприятных сюрпризов и козырных тузов для противника. Его уверенность не убавилась даже когда он посчитал количество противников. И цифра вырисовывалась внушительная.

Венто пронзил свист, и в небо взмыла белая сигнальная ракета. Приближающийся отряд предлагал мирные переговоры и не желал конфликта. Это ни капли не усыпило бдительность драконера, но он все же ответил, запустив в воздух зеленую и желтую ракеты. Это значило: “Присылайте посла и держитесь на расстоянии”.

Подготовив системы машин к возможному бою, они стали ожидать прибытия неизвестных. Видимо, опасения командира были необоснованными. Группа замедлила свое движение и остановилась на расстоянии двух сотен метров. Они немного разъехались, но не стали в ударный строй. Их превосходство сравнивалось приблизительно 10 к 1, если не больше. Вперед выехал средний танк, напоминающий три бумеранга в форме псевдо-наконечника копья, по размерам много уступающий “Вере”. Он подъехал на 100 метров и остановился. Мортем также приблизился, но медленнее, опасаясь предательства. Сзади уже закончили погрузку детей, и необходимо было еще немного потянуть время. Когда между ними оказалось не более 20-ти метров, из люка машины напротив вылез пилот. У драконера почти поднялась правая бровь. Девушка обладала дьявольской красотой темной ночи. Ее кожа по оттенку напоминала кожу Курсе, но более серая. В глазах сиял алый блеск гранатов, а длинные волосы отдавали серо-белым контрастом. Острые уши торчали из-под прядей. О теле говорить будет сейчас немного не к месту – из-за ситуации, но нужно заметить, что возбудиться от него было проще простого (но не Мортему). Девушки, куда же без них.

– Приветствую тебя. Я... – темная эльфийка имела микрофон, потому разговор слышали все. Но ее прервали.

– Я знаю кто ты, Сельвера Ла’Дере. – стоило парню бросить взгляд на знак, изображенный на броне ее транспорта, как его настроение сменилось с мертво-нейтрального на мертво-враждебное. – И я тебя не приветствую.

Недоумение отразилось даже на соратников драконера. Они никогда не видели, чтобы Мортем настолько сильно излучал враждебность к кому-либо.

– Прости если чем-то тебя оскор... – попыталась извиниться девушка.