В отличии от ящера, саламандер заметил чешуйчатую тень за углом. Женская фигура и негромкий всхлып подсказали многое, пока не исчезли.

– Держись, парень. – подумал Темпестас, возвращаясь на поле. – Скоро у тебя начнется веселая жизнь.

– Мортем, не хотели бы вы вступить в ученический совет?

– _ – на этот раз день начался с прихода давнего знакомого. В отместку за побег, а также за грубость, Нокс и Инот натравили на Мортема Сильверу.

Несмотря на недоверие к этой персоне, он прекрасно понимал возможности девушки. Будучи президентом северного отдела Академианты, она имела мощное влияние на преподавателей и учеников. Однако, ей мешал дисциплинарный комитет, что находился вне юрисдикции совета, хоть и входил в него.

– Я уже состою в дисциплинарном.

– Если так, то попрошу быть осторожней. Лунара опасна, а также весьма изворотлива.

– Ты обо мне беспокоишься?

– Конечно! Как президент ученического комитета, я забочусь об учениках и их нуждах!

– А выступить против дисциплинарного кишка тонка? – это не было издевкой. Драконер наблюдал за ее яростной борьбой с диктаторскими выходками оперативников дисциплины. Когда учеников отправляли на задания, девушка тайком высылала группу более обученных учеников, чтобы те помогли новичкам. Когда проходили “чистки”, темная эльфийка прятала самых ярых, а тех, кому уже промыли мозги, с помощью придуманного ангелоидом приспособления частично приводила в чувство. Также благодаря ее усилиям проводились тайные уроки и тренировки, посланные подготовить молодое поколение к жестоким испытаниям не только тиранов-дисциплинаров, но и учителей Академианты. Уже видя пример коррумпированной экзаменаторши, инженер заподозрил, что проблемы создают не только силовики. Слишком часто его защитные программы отражали весьма умелые, хоть и провальные, попытки взломать его профиль.

– Можно задать вопрос? – собеседница зарделась (опять же, с ее то темной кожей).

– Какой?

– Ваше сердце... уже принадлежит какой-нибудь даме?

– _? Нет.

– В смысле?!

– Прямом. – сказав это, парень сразу же пожалел. Взгляд, которым его наградила темная эльфийка пронизывал его непроницаемые глаза, хотя больше чем пустоту она там, скорее всего, не видела. По крайней мере, он на это надеялся.

– Метром, я не понимаю вас. Каждый раз, когда я смотрю в чьи-то глаза, я могу понять особу, хоть и частично. Но ваши глубоки, как пропасть и необъятны, как пустыня.

– Не следует копаться в моей голове.

– Стены, которые вы создаете с окружающими, слишком слабы. Чего вы боитесь, раз так сторонитесь других?

– Мне не о чем с тобой говорить, темная эльфийка. Ваш народ всегда высокомерно относился к другим, и столетия истории не изменили этого.

– Все совсем не так!

– Высший пол, да? Такими вы, женщины, себя возомнили. Аэзеровый коллапс ослабил мужчин, дав вам шанс возвыситься. Но ни деньги, ни власть, ни сила не дадут вам возможности понять таких, как я. Можешь передать это остальным, если хочешь. Но я говорю это зря.

– А?

– Вы ничего не поймете и продолжите лезть со своим “пониманием”.

Юноша не знал, что говорить, когда снова увидел взгляд Сильверы. Он излучал жалость. Резко повернувшись, он пошел дальше.

“Может вы и лишены эмоций, но они прекрасно понимают, что вы чувствуете. Такие девушки существуют” – голос Келии прозвучал в голове. Вот только не вовремя.

Сконцентрировав мощную волну аэзера, драконер направил ее в неготовый разум навитас, заставив ту корчиться и кричать от ужасной психической боли.

“Мне неинтересно твое мнение, навитас. И никогда больше не используй Начальную телепатию, иначе я приму меры к тебе и твоим дочерям”

Свернувшись калачиком внутри “Изгнанника”, девушка была сразу же окружена своими детьми.

“Мама! Ты впорядке?! Мама?!”

“Д-да, все хорошо, мо-ои милые...” – все еще ощущая мощные отклики ответной волны, Келия прослезилась.

“Мортем... Объясните, почему вы согласились на ту зверскую операцию?!?!” – обняв детей, аэзеровая дева тихо заплакала.

“Эффективность для меня важнее, чем полнота” – словно мертвец, ответил разум парня.

Пока Мортем добирался до штаба дисциплинарного комитета, уже начинался комендантский час. По дороге сюда он думал, какое излучение ему понадобиться для той миссии, что он сейчас надумывал решать. Однако, Вилана помогла ему – дриада раздобыла небольшую бутылочку, с беловато-розовой жидкостью, заменяющую силу Начал. По крайней мере, в этом случае.

Находясь у кладовки комитета, драконер притаился. Изнутри доносились томные стоны и тихие всплески. Открыв дверь, он вошел. На ящиках с оборудованием сидела молодая оперативница из расы сафагинов, очень активно используя вибратор по назначению. Когда юноша попал в поле ее зрения, она резко сомкнула ноги, прикрывая интимное место.

– Эээ?! Ну... я... это... – зарделась она, пытаясь натянуть штаны.

– Не беспокойся. Я сюда пришел по той же причине. – голос юноши звучал невероятно успокаивающе, заставив девушку остановить попытки одеться.

– А?

– Ну, тут хорошее место для уединения. Я тоже иногда сюда прихожу, когда хочется отдохнуть. Ты не против, если я присоединюсь?

– Эммм... думаю, нет...

Плавно прошествовав к ящику рядом, инженер расстегнул молнию штанов, явив затемненному помещению отличительный атрибут мужской физиологии. Пока ладони скользили вверх-вниз по затвердевшей основе, сидящая рядом девица никак не могла сосредоточиться на собственном ублажении. Делая вид, словно занят своим, инженер тщательно изучал ее реакцию. Мастурбация была весьма вынужденным средством отдохнуть и расслабиться, особенно если у организма начинался такой период, как зрелость. В отличии от сафагиньи, драконер мог контролировать свою гормональную составляющую. Девушка рядом уже в буквальном смысле потела и растеклась – так сильно ей хотелось получить здоровенную пульсирующую штуку себе между ног.