Полупрозрачные трехмерные изображения висели рядами. По всей грани куба. Они заполняли все пространство в глубину. Первый ряд начинался чуть выше головы взрослого человека. Потом шли ещё и ещё. Но почему то на самом верху было всего две фигуры.

Анаста присмотрелась к смеющемуся мальчишке, в ногах которого валялся сломанный ошейник раба. А рядом, и чуть прикрывая его, стояла девочка-подросток с двумя мечами в руках.

– Это наша с Сумми пра- прабабушка Майя .
– Тихо пояснила Рианна.
– Здесь она изображена в возрасте, когда была продана в рабство. Уже потом она стала принцессой и контактором-основателем.

– А рядом кто?
– Нэстэ озадаченно почесала затылок. С историей Арден она была знакома поверхностно. Слышала что-то в общих чертах. Что-то читала, еще вместе с мамой. И только. Детали исторических событий, тем более закрытой для нее империи, были до сих пор не интересны.

– Её брат. Лютимир. Родным он позволял называть себя Лютиком.

– Погоди, Лютимир непримиримый?
– Удивилась Нэстэ.
– Дознаватели из совета контакторов часто его вспоминают. Особенно когда поминают свои уставы на допросах.

– Еще бы.
– Стоящая рядом Лика весело улыбнулась.
– Он основал службу контроля при совете и ввёл правила, по которым эта служба до сих пор живет. А тогда, она по сути, он объявил войну рабовладельцам и всем, кто хоть прямо, хоть косвенно был с ними связан. Их контакторы-основатели его безоговорочно поддерживали в этой войне.

– А их высочества Иллис и Вирт?
– Нэстэ неуверенно посмотрела на Рианну.

– Они были рождены с этими титулами - Улыбнулась та.
– Как-нибудь я тебе расскажу их историю. Не ту, что дают в школах Объединённых миров, а настоящую. Даже с видеозаписями. В официальной версии многие острые углы и неудачи все же сильно сгладили, если не замолчали.

Нэстэ с интересом следилала за приготовлениями Саниры. Она возилась с каким-то небольшим прибором, изъятым из ниши в основании куба.

– Первым на грани появилось изображение Лютимира. Ещё когда Майя считала его погибшим в рабстве. Его нарисовал один из её друзей в день создания куба. А потом уж так повелось. Сначала рисовали лица тех, кто был продан только на этом рынке рабов. Потом просто незаконно проданных в рабство и не успевших получить свободу. Когда выяснилось что Лютик жив и знак смерти над ним убрали, сюда стали приходить и те, чьи родственники незаконно попали в рабство, но потом вернули себе свободу. Преполагалось, что куб простоит несколько лет. А потом будет демонтирован. Но традиция не умерла, и мемориал было решено оставить. Сейчас в Арден нет рабства. Но наши граждане похищаются также как твоя мама или попадают на рынки рабов, выезжая за пределы Арден. В общем, куб постоянно пополняется.

– Много портретов.
– Заметила Нэстэ.

– В конце первой сотни лет его существования решили сделать проектор. Ну, чтобы он воспроизводил лица прямо в кубе, вместо того, чтобы рисовать. Размеры ведь граней не Безграничны. Но идея не прижилась. Граждане продолжали пользоваться старым способом и рисовали в каждом уголке. Тогда проектор переделали. Он стал считывать изображения прямо с граней помещать в свою базу. Через два-три десятка лет, физическое изображение стирается и на его место можно нарисовать новое. А все старые изображения начинают воспроизводиться в глубине куба. Чем более старые, тем ближе к центру. Это создает эффект уходящих в даль портретов. А на гранях время от времени проводят чистку, для новых портретов

– Красиво получилось.
– Согласилась Нэстэ.
– И сюда может со своим портретом прийти любой?

– Конечно. Правда не факт, что портрет останется.
– Рианна пожала плечами.
– Во времена Майи, в рабство попадали по суду. И если приговор не был отменен, то на кубе ему было не место. Иногда, пытались нанести портреты разумных, никогда не носивших ошейник. Просто так или из каких-то своих соображений.

Над приборчиком в руках Саниры появилось небольшая голограмма.

– Наверно мы давно должны были это сделать. Но как то не подумали.
– Заметила Рианна вместо комментария к действиям Саниры.

На чистом месте грани куба начали прорисовываться знакомые черты.

– Моя мама не была гражданкой Арден.

– Она была нашей кормилицей. А ты наша молочная сестра.
– Возразила Лика.
– Кроме того, её выкупил гражданин Арден и привёз во дворец. По законам миров, признающих совет контакторов, вы стали свободными и гражданами Арден сразу, как пересекла границу. Так что твоя мама и ты были похищены второй раз уже из дворца.

Нэстэ молча наблюдала как над головой мамы появляется знак смерти.

– Первая дата - время попадания в рабство. Вторая - освобождения. Без разницы по закону или в результате побега. Если разумный умер не получив свободы, второй датой ставится время смерти.
– Снова продолжила объяснения Риана.
– Твоя мама погибла свободной. Поэтому тут стоит число вашего последнего побега.

– Спасибо.
– Нжстэ тихо вздохнула, и как будто немного расправила плечи.

– Кстати, о том бароне, что вас выманил из дворца. Он все ещё жив. Я вчера специально навела справки.