— Ты очень добра ко мне, — Леодан сложил накрашенные губы в усталую улыбку. — Я так люблю тебя, Шеммер-Та-Нат! Как жаль, что в этом грубом и несовершенном мире слишком мало людей, подобных тебе! Точнее сказать, их вовсе нет. Твоя красота делает тебя подобной божеству.

— И я тебя люблю, — Шеммер-Та-Нат поднялась с подушек, подошла к Леодану, обняла его и поцеловала. — Ты хоть и мужчина, но понимаешь женскую душу лучше иной женщины.

— Ты мне уже говорила об этом сегодня. — Леодан внимательно посмотрел на девушку. — Ты надела берилловые серьги? Сапфировые тебе идут гораздо больше. Они изумительно подходят к твоим синим глазам и к твоей смуглой коже. Надень их, прошу.

— Да? — Шеммер-Та-Нат схватила зеркало, критически осмотрела себя. — Пожалуй, ты прав. Просто это новые серьги. Подарок Самедьяра.

— Фу! — Леодан скривился в брезгливой гримасе, в театральном ужасе распахнул подведенные глаза. — Ты все-таки принимаешь от него подарки?

— Почему бы и нет? Он очень милый юноша.

— Милый? У него пахнет изо рта. И он скверно одевается. Надеть оранжевую с золотом хламиду вместе с сандалиями зеленой кожи — о, боги! У него совершенно нет вкуса. И его подарки просто убоги. Всего лишь берилловые серьги! Он просто скупердяй. Мог бы подарить тебе украшение подороже и поизысканнее. А в прошлый раз он подарил тебе эту мерзкую обезьяну. После нее целую неделю в покоях воняло мочой.

— Однако у него красивые глаза, — сказала Шеммер-Та-Нат, рассматривая себя в зеркало. — И он в меня влюблен. Он не может делать мне дорогие подарки, потому что денег у него не так много. Но ты прав, Леодан, эти серьги мне не идут. Я послушаюсь тебя и надену сапфировые.

— Не стоит давать Самедьяру надежду, — сказал Леодан. — Он никогда не станет твоим мужем. Ты привыкла к роскоши, а в доме Самедьяра ты ее не получишь. Он всего лишь офицер, хоть и служит в гвардии самого шофета. Ты достойна того, чтобы твой муж осыпал тебя золотом, будто алтарь Шат-Цебу… Ты послушалась моего совета, а теперь мне нужен твой совет. Каким лаком мне лучше покрыть ногти? Позавчера я выбрал перламутровый лак. Сегодня мне хочется чего-нибудь новенького, праздничного.

— Цвет царского пурпура. Тебе ведь нравится этот цвет, не так ли?… Ого, нас с тобой потеряли!

Восклицание Шеммер-Та-Нат заставило Леодана отвлечься от ларца с туалетными принадлежностями и обернуться. В дверях покоя появился управитель Шебтар, осанистый, важный и разодетый, как на праздник.

— Поди сюда, дориец! — велел управляющий, подкрепив свои слова призывным жестом. — Есть работа для тебя. Хозяин поручает тебе важное дело.

— И какое же? — Леодан с видимой неохотой поднялся с расшитых подушек.

— В эту субботу хозяин намерен принять очень высоких гостей. Нужны новые драпировки для трапезной. Ты отправишься в Торговый город и выберешь ткани для этих драпировок. Деньги я тебе дам.

— Я должен идти немедленно? — Леодан вопросительно посмотрел на Шебтара, потом на Шеммер-Та-Нат.

— Конечно. Или ты думаешь, что хозяин будет ждать, пока ты соизволишь поднять свою холеную дорийскую задницу и выполнить то, что он велит?

— Выбирай слова, Шебтар! — нахмурилась девушка. — Леодан принадлежит мне, и только я могу отдавать ему распоряжения.

— Прости, госпожа, но дело спешное, а лучше твоего раба никто задание хозяина не выполнит. Если только ты сама…

— Ну уж нет! — Шеммер-Та-Нат перевела взгляд на Леодана. — Тебе ведь нетрудно будет выполнить поручение отца?

— Конечно, нет. Я и сам хотел бы немного пройтись по магазинам и посмотреть новинки.

— Очень хорошо, — Девушка подошла к низкому комоду из резного дерева, открыла стоявший на комоде ларец и достала из него несколько золотых монет. — Возьми, купи себе подарок. Порадуй себя. А потом мы вместе посмотрим твои покупки.

— Отличная мысль! — лицо юноши просветлело. — Ты очень добра ко мне, милая Шеммер.

— Потому что ты у меня самый лучший, — девушка поцеловала Леодана. — Ступай и возвращайся быстрее. Мне будет скучно без тебя.

День был знойный и пыльный, рынок был полон народу, и Леодан, пробираясь между рядами торговцев, с тоской вспоминал приятную прохладу покоев Шеммер-Та-Нат. Его вышитая виссоновая одежда промокла от пота, на зубах хрустел песок. Леодану казалось, что грим начал течь у него по лицу. Обмахиваясь веером, он шел по рынку, втихомолку проклиная жару, Узмая с его заданием и вонючих плебеев, окружающих его. Торговцы принимали его за знатного господина и глядели на него с любопытством. Сам же Леодан бросал равнодушные взгляды на горки разноцветных ароматных плодов, зелени и пряностей, на глиняную, медную и стеклянную посуду, останавливаясь лишь у лотков с тканями, обувью и одеждой, но ничего стоящего не увидел. Продвигаясь по рынку, он оказался в его восточной части, там, где находились самые дорогие лавки, торгующие привозными товарами.

Ткань для драпировок он купил сразу: во-первых, ему побыстрее хотелось разделаться с заданием Узмая, а во-вторых, ткань ему действительно понравилась. Сопровождавший его раб с готовностью принял купленные штуки материи, и Леодан знаком велел рабу возвращаться домой. Теперь он был свободен, и стоило выбрать подарок для себя.

Ювелирных лавок на рынке было много, и Леодан обошел их все. Рассматривал золотые и серебряные безделушки, примеривал, вертясь перед зеркалами. Торговцы прятали улыбки, наблюдая за ним. В лавке рябого Туме Леодан купил серебряное ожерелье с крупными нефритами — вещь была изысканная и на удивление недорогая. Расплачиваясь за покупку, он даже не обратил внимания на худого одетого в лохмотья человека, который вошел в лавку и остановился справа от Леодана у прилавка, делая вид, что рассматривает выложенные на нем бронзовые и медные украшения. На деле оборванец все время посматривал на молодого раба. Он подскочил к Леодану, когда юноша собрался было выйти из магазинчика.