Шрифт:
— Алло? — осторожно произнесла она.
Воздушные волны принесли мужской голос. В нем звучал своеобразный, неторопливый среднезападный акцент человека, проводящего жизнь вне дома.
— Миссис Дороти-Энн Кентвелл?
— Да… Да, это я.
— Это капитан Уильям Френдли, координатор команд спасателей в Скалистых горах. — Его сообщение звучало спокойно и неэмоционально. Именно так учатся разговаривать офицеры полиции по всей стране. — Прошу прощения за то, что побеспокоил вас в такое время, мэм.
Дороти-Энн громко сглотнула.
— Мисс Флуд сказала, что вы нашли самолет моего мужа.
— Не нашли, мэм. Мы обнаружили его.
Дороти-Энн оказалась в замешательстве:
— А разве это не одно и то же?
— Боюсь, что нет, мэм. Только не в наше время. Видите ли, мы установили его местонахождение благодаря электронному аварийному устройству, которое автоматически посылает сигнал бедствия на специальной частоте. К счастью, оно не пострадало от удара.
«Удар, — язвительно повторила Дороти-Энн. — Разве может такое простое легкое слово адекватно обозначить страшную катастрофу?»
Она крепко сжала пальцы левой руки и поднесла кулачок к пульсирующему виску.
— Тогда в чем проблема? — дрожащим голосом спросила женщина.
— Мэм, проблема в том, что мы не можем к нему подобраться. Самолет очень рискованно расположен на западном склоне страшно крутой горы, прямо на самом краю пропасти. Обычно мы спускаем команду спасателей на вертолете. Но в этом случае мы боимся, что ветер и шум, вызванные мотором вертолета, могут спровоцировать лавину. А она снесет самолет в пропасть в тысячу футов глубиной. Это просто чертово место, простите мне мои слова.
— Но кто-нибудь сможет туда добраться? — с тревогой спросила Дороти-Энн.
— Да, мэм. Но по старинке, медленно. Пока мы с вами разговариваем, две группы опытных альпинистов продвигаются вверх. Одна по северной стороне, другая по южной.
Если все пойдет по плану, то они достигнут цели сегодня после обеда.
Дороти-Энн закрыла глаза.
На краю пропасти.
Глубина в тысячу футов.
При одной мысли об этом у нее начинала кружиться голова.
— А есть ли, — она глубоко вздохнула и потерла лоб костяшками пальцев, — какие-нибудь признаки, что кто-то остался в живых?
— Нет, мэм. Но это не означает полной безнадежности. И все-таки мне не хотелось бы давать повод для необоснованных надежд. Самолет погребен под снегом. Мы обо всем узнаем несколько позже.
Позже.
— Благодарю вас за звонок, капитан.
— Я просто выполняю свою работу, мэм. Я свяжусь с вами немедленно, как только что-нибудь узнаю. Даю вам слово.
— Спасибо, капитан.
Дороти-Энн опустила трубку и нажала кнопку «конец разговора». И еще долго сидела так, глядя на стену высотой в три этажа из пластика, синтетических, почти диснеевских стекла и кедра, а ее мозг удерживал одно-единственное слово.
Позже.
14
Тяжело дыша и изо всех сил стараясь сконцентрироваться, Глория пыталась сохранить самообладание. Ее глаза ярко блестели, но взмахом ресниц она сморгнула готовые пролиться слезы. Облачившись в доспехи собственного достоинства, молодая женщина целеустремленно вышла из зала ресторана, прошла сквозь похожую на клуб гостиную, потом вниз по короткому коридору, украшенному офортами с изображением балетных танцовщиков. С высоко поднятой головой Глория пересекла вестибюль «Оперной гостиницы», и только когда она оказалась на тротуаре Фултон-стрит, самообладание покинуло ее.
«Вот сука! — бушевала про себя молодая миссис Уинслоу. Ее кровь свирепо кипела. — Как только Алтея осмелилась грозить тем, что меня снова запрут! ДА КАК ОНА ПОСМЕЛА!»
Глория не обращала внимания на сильный, пронизывающий до костей ветер. Она сознавала только, что в душе завывают и пронзительно визжат фурии, царапаются и бранятся демоны, порождающие ненависть — чистую, неразбавленную ярость, странным образом поддерживающую ее и придающую ей силы, — которая питала решимость молодой женщины не доставить Ханту и Алтее удовольствие увидеть ее подчинившейся их воле.
Она взглянула вверх, потом вниз по улице, но ее лимузина нигде не было видно.
Подняв руку, Глория отвела ее подальше и сощурила глаза, чтобы сфокусировать взгляд на циферблате крошечных часиков с бриллиантами. Ей бы помогли очки, но красота прежде всего.
Она моргнула. Неужели такое возможно? Неужели она на самом деле пришла на тридцать восемь минут раньше? Неужели ей придется как-то убить еще тридцать восемь лишних минут, прежде чем подъедет машина?