Пауза.

К и р и л л. Да, такого вольта я не ожидал.

О л я. Я пошлю отцу телеграмму. Благодарственную…

К и р и л л. Олежка, дружище, я думаю — все обойдется…

О л я. Но почему ты сразу согласился с ней? С Грибовой…

К и р и л л. Ее тоже понять надо.

О л я. Не знаю. Не понимаю. А отцу напишу.

Медленно открывается дверь, входит В а с с а Ф а д е е в н а.

В а с с а Ф а д е е в н а. Можно взойти?

К и р и л л. Баба Вася! (Бросается к ней.) А мы только что о тебе говорили.

В а с с а Ф а д е е в н а. Помоги-ка мешок скинуть. Плечи ломит.

К и р и л л (помогает). И не мудрено, полцентнера! Не меньше!

В а с с а Ф а д е е в н а. То положишь, другое втолкнешь, оно и набирается. Ну, здорово живете! С воскресным днем!

К и р и л л (Оле). Это и есть моя бабаня — Васса Фадеевна.

О л я. Я сразу догадалась. Садитесь, пожалуйста.

В а с с а Ф а д е е в н а. Сесть можно. Ноги гудят. Должно, к дождю.

К и р и л л. Баба Вася, знакомься — моя жена. Олюшка.

В а с с а Ф а д е е в н а (встревоженно). Жена?!

К и р и л л. Прошу любить и жаловать.

В а с с а Ф а д е е в н а. Ну, будь здорова, ежели так. Папаня, маманя живы-здоровы?

О л я. Спасибо. Все хорошо.

В а с с а Ф а д е е в н а. Должно, городские сами?

К и р и л л. Из Южноуральска.

В а с с а Ф а д е е в н а (вздыхает). Тощой там народ.

О л я. А я и не хочу быть толстой.

В а с с а Ф а д е е в н а. Так я не в попрек сказала. Фу!.. В дороге совсем запарилась. Тряско на машине. И жарынь. Испить бы…

К и р и л л. Тебе холодненького?

В а с с а Ф а д е е в н а. Уж чего бы лучше.

К и р и л л. Этим добром богаты. У нас колодец глубокий.

О л я. И вода холодная. Сейчас принесу.

К и р и л л. Я сам сбегаю!

О л я. Нет-нет! Разреши мне! (Выбегает из комнаты.)

В а с с а Ф а д е е в н а. Почто сам кинулся? Пускай идет, ноги не отвалятся.

К и р и л л. Баба Вася! С чего так?

В а с с а Ф а д е е в н а (вдруг заплакала, запричитала). Дожила! Дождалась! Ростила его, ростила… (Вдруг обрывает плач, говорит строго.) Ты мне, Кирька, правду скажи — жена? Все по закону, как у добрых людей положено? Я к тому, что надо, мол, тебе к берегу прибиваться. Возрос. (Разговаривая с Кириллом, выкладывает из мешка на стол продукты.)

К и р и л л. Вот я и прибился. Навсегда.

В а с с а Ф а д е е в н а. А Любашка, видать, по тебе сохнет.

К и р и л л. Баба Вася, вины за собой не чувствую.

В а с с а Ф а д е е в н а. А девка-то! С такого лица сладко воду пить. Царевна-лебедь белая! А певунья! А плясунья! И к тому — своя. На закорках таскал ее. Во младости на одной печке грелись. А ты отколь-то приволок…

К и р и л л (шутливо). Видно, судьба.

В а с с а Ф а д е е в н а. В штанах! Тьфу! С красными ногтями! Стыд! И коровушка не подпустит. Работать-то чего умеет?

К и р и л л. Она тоже агроном, как и я, и Любаша.

В а с с а Ф а д е е в н а. Тоже… У тебя да у Любашки руки насквозь земляные…

К и р и л л (прерывает). Лучше расскажи, как здоровье.

В а с с а Ф а д е е в н а. А что здоровье? Слава богу. Вот только грипп на той неделе прицепился. На ухо ударился. На правое. Доктор говорит — долбить будем. Надо, чего удумал?! Голову, мол, себе, супостат, продолби. Не далась. Достала бензина очищенного, закапала в ухо — ничего. Вот только шум остался. Так ты скажи, всурьез — жена?

К и р и л л. Серьезнее некуда. И ты полюбишь Олю, как и я.

В а с с а Ф а д е е в н а. Уж больно скоро окрутился. Прописал бы или телеграмму отбил — такое, мол, дело, обженился.

К и р и л л. Виноват. Вот тут хоть голову под топор.

В а с с а Ф а д е е в н а. Как я теперь на Любашу Кравцову взгляну? Войдет человек, а ей тут рады, как прошлогоднему снегу.

К и р и л л. Баба Вася, ты никак ее сюда пригласила?

В а с с а Ф а д е е в н а. Не знаю, кто кого. Вместе приехали. Она к тетке завернула.