К и р и л л. Думаю, временно. Словом — койка найдется?

А н т о н. Чай, земляки! В нитку вытянусь! Раскладушку дам. Удобство! Особенно для старого человека. Можно сейчас.

К и р и л л. Не к спеху. Иди отдыхай. Перед облавой.

А н т о н. Что верно, то верно. До свидания. (Уходит.)

К и р и л л. Олежка! Тебе! (Достает из-за спины букетик степной ромашки.)

О л я. Милый Слон! Ты где это?! (Прижимается к нему.)

К и р и л л. Неподалеку! Вчера еще высмотрел.

О л я. Если бы ты знал, Слон, как я тебя люблю.

К и р и л л. А я вообще — хожу по земле, а кажется, плаваю, летаю. И петь хочется! Орать во все горло: «Люди! Хорошо жить на белом свете!»

О л я. Тсс… Соседи соберутся.

К и р и л л. А я при них могу. Еще громче. На всю степь! Кстати, ты никогда не пела в степи? Жаль. Люблю! Там слова сами приходят. Но главное — степь откликается. Двинемся сегодня?

О л я. В степь? (Смеясь, машет рукой.) Двинемся!..

К и р и л л. Устанешь — на руках понесу.

О л я. Нашел пушинку! Хотя для такого силача… Вчера вон трактор взялся подталкивать.

К и р и л л. Что могу, то могу. Как говорят — стараемся. (Сажает ее к себе на колени.) Олежка, можно задать тебе вопрос?

О л я. Попробуй.

К и р и л л. Разговор откровенный…

О л я. Давай без преамбулы.

К и р и л л. Хорошо. Отчего ты частенько грустишь? Увижу тебя печальной, и на душе у меня тревожно становится. А в голову всякие мысли лезут.

О л я. Это, кажется, интересно…

К и р и л л. Нет, подожди. Видишь ли…

О л я. Я все поняла! Не продолжай! Нет! Не раскаиваюсь. И не буду. И ты заруби это, Слон, на своем хоботе…

К и р и л л. Олежка…

О л я. Вот ты много и нежно говоришь о своей бабушке: баба Вася, баба Вася… И я по глазам вижу — не только уважаешь ее… Так и я… люблю своих. Особенно отца. Я безумно люблю его. Вот и грусть… Не выходит из головы наш отъезд. Думаю и не могу понять, постичь… Расстались хуже, чем чужие…

В дверь стучат.

К и р и л л. Пожалуйста! (Распахивает дверь.) Прошу!

Входит Г р и б о в а.

Г р и б о в а. Добрый день!

О л я. Садитесь, пожалуйста, гостьей будете!

К и р и л л. Значит, вечерком на волков двинемся?

Г р и б о в а. Сказать откровенно, настроения нет.

К и р и л л. Почему? Отличная погода!

Г р и б о в а (деланно угрожающе). Я вот вам сейчас поднесу «отличную погоду»… Только что получила один документик… Прочтите. (Отдает ему исписанный лист бумаги.)

О л я. А что там?

Г р и б о в а. Выписка из протокола ученого совета Южноуральского института. Взгляните, любопытно.

Оля присоединяется к Кириллу, читают.

О л я. А зачем это? Вам зачем прислали?

Г р и б о в а. Не знаю.

К и р и л л. Здорово! Все еще не разучились у нас наклеивать ярлыки, чуть не попал в струю — пожалуйста: и прожектер, и еще не знаю что… Какая-то заушательская дубина. Дрын!

О л я. Ну и пускай пишут. Наплевать!

Г р и б о в а (неуверенно). Не скажите…

К и р и л л. А что?..

Г р и б о в а. Вы не обратили внимания, во сколько адресов послана копия?

К и р и л л. А, ничего не страшно.

Г р и б о в а. Да. Конечно. Протокол-то кем подписан? Профессор Свиридов — непререкаемый авторитет. Кто как поймет. Можем попасть под микроскоп.

К и р и л л. Пожалуйста, все и так на виду!

Г р и б о в а. Но ваши замыслы не у всех вызовут восторг. И я хочу просить вас, — только поймите меня правильно, — немного повремените со своими опытами.

К и р и л л. Да? Но я упущу время. Время!.. Жаль…

О л я (Грибовой). Скажите, нам огород дадут? По-моему, должны! (Кириллу.) Вот и занимайся там. Земля ведь одинакова? Или мало?

К и р и л л. Для начала хватит!

О л я (Грибовой). Имеем мы право участвовать в самодеятельности?

Г р и б о в а. Бесспорно! (Шутливо.) До конфликта дело не дошло. Ну, будьте здоровы, всего хорошего. (Уходит.)